Чтение онлайн

Алиса танцевала с Ричардом. Маленькая Марго с отцом – он поднял ее на руки, и теперь сестрица вальсировала с лордом Роттенгейном наравне с остальными молодыми дамами, что вызывало искренний восторг на ее лице.

– Позволь и мне пригласить тебя на вальс, - шепнул Бен. – А затем мне придется тебя похитить. Гости ожидают этого, не так ли?

Да, время уже было позднее. Я и не заметила, как следом за сгустившимися сумерками быстро вступила в свои права ночь и полагаю, часы давно показывали за полночь.

Пора.

Сердце пропустило удар, когда я вложила ладонь в руку мужа. И ведь знала, что ничего такого мне брачная ночь не сулит, но все равно волновалась, словно была самой настоящей влюбленной невестой.

Получив мое согласие, Кэшем с легкостью подхватил меня за руки и вовлек в толпу вальсировавших. Завидев нас, виновников торжества, пары с улыбками расступались, давая дорогу и пространство для новой семейной четы.

Бен закружил меня под звуки музыки. Несколько мгновений, долгих, как целая жизнь, мы танцевали и смотрели друг другу в глаза, будто не видели ничего вокруг. Впрочем, для меня так почти и было. А он, конечно же, отменно играл свою роль, полагая, что я тоже играю.

И пусть думает так. Мне будет лишь легче скрыть эмоции под этим обманом, который таковым на самом деле не является.

Покружившись в толпе, помелькав среди гостей, Бен неожиданно потянул меня в сторону и продолжая танцевать, мы вальсировали прямо к выходу из зала.

На нас смотрели, нам даже зааплодировали, а затем Кэшем потянул меня за руку и мы, оглянувшись на собравшихся гостей, побежали прочь от толпы, явно давая понять о своем праве уединиться. Ведь это наша первая брачная ночь.

– Боги, Бенедикт, я сейчас упаду, - с легким смехом произнесла, когда мы остановились на середине лестницы.

Нет, он и вправду думает, что я буду вот так бегать, после того, как провела на ногах целый день и танцевала, как никогда в своей жизни?

– Устала? – ласково спросил он. У меня даже брови приподнялись от его мягкого тона и этого взгляда, просто лучившегося любовью и счастьем.

«Ох, милорд, по вам, действительно, плачут театральные подмостки!» - подумалось невольное, но вслух я лишь ответила короткое: «Да», - когда мужчина вдруг притянул меня к себе и снова поцеловал. Не нежно, не ласково, а с той жадностью и пылом, которые так поразили меня в храме во время церемонии венчания.

Его губы были такими твердыми, но мне нравилось, как они касаются моих губ. И да, от такого поцелуя голова могла пойти кругом. А я еще и выпила вина. Поэтому немудрено, что вместо того, чтобы образумить супруга и напомнить о том, что игра завершилась в большом зале, где остались наши родные и гости, я потянулась к Бену и обвила руками его шею, прижавшись всем телом к супругу и ощутив с удивлением, как он на миг отстранился. Но его удивление длилось недолго. Выдохнув мое имя, прозвучавшее удивительно сладко и волнующе, муж снова поцеловал меня, а затем с прежней легкостью подхватил на руки и произнес:

– Раз ты устала, я понесу тебя на руках!

Я рассмеялась. Грешное вино тому виной! Но хотелось еще немного побыть любимой женой, а потому я зачем-то подыграла Бену, хотя не видела в этом необходимости.

Он поднял меня наверх и понес куда-то. Я видела лишь мелькавшие стены с портретами предков Кэшема. Они смотрели на меня кто угрюмо, кто с потаенной улыбкой, и опять же в своих ощущениях я винила вино.

У огромных двустворчатых дверей, украшенных гирляндами из цветов, Бен остановился. Мне показалось, что сейчас игра закончится, что он поставит меня на ноги, затем откроет предо мной дверь и дождавшись, когда войду в супружескую спальню, гордо удалиться прочь. Но нет! Вопреки моим ожиданиям, Кэшем ногой толкнул двери и когда они распахнулись, со мной на руках вошел в самую огромную спальню, какую я когда-либо видела в своей жизни. Там, опустив меня на покрывало, усыпанное лепестками роз, он подмигнул, вернулся к дверям и закрыв их, привалился спиной, вздохнув с очевидным облегчением.

– Что это было? – поинтересовалась как можно равнодушнее.

Бен щелкнул пальцами и быстро пояснил:

– Я установил полог тишины, чтобы никто не смог подслушать, чем мы тут занимаемся, любимая супруга, - глаза его горели и мужчина напомнил мне соблазнительного падшего небожителя.

– Я не об этом, милорд, - приподнявшись на локтях, взглянула на Бенедикта. – Там, на лестнице! – произнесла с долей укора.

– Мне показалось, что вам понравилось и вы были не против? – он оттолкнулся от двери и шагнул по направлению ко мне.

– Вам показалось, - парировала я, садясь ровнее и поправляя волосы и платье.

– Тогда открою страшную истину, - зловеще произнес муж. – За нами наблюдали две любопытные пары глаз. Угадайте с первого раза, кому они принадлежали?

Прежде чем ответить, я вдруг поняла, что не одна перестаралась сегодня с игристым. Кажется, муж немного опьянел, как и я. Самую, так сказать, малость.

– Леди Вайолет и моя матушка? – высказала свои мысли.

Лицо Бена осветила улыбка.

– В самую точку, моя дорогая и любимая жена. Увы, мне пришлось поддержать нашу игру. Я просто не успел тебя предупредить. Но ты успела все понять и отлично мне подыграла.

Я ответила улыбкой, а про себя осознала, что ни капельки не играла. Я целовала его в ответ, потому что мне нравилось и потому что я хотела этого.

Насколько знаю, от поцелуев дети не рождаются, так почему бы не попробовать такую малость, тем более, что это крайне необходимо для нашего общего дела!

– Итак, что будем делать, милорд? – спросила важно.

Он подошел ближе и сел рядом.

– Эту ночь нам придется провести в одной спальне, - ответил Кэшем.

Я тут же ощутила, как краска заливает лицо.

– Заприте дверь, милорд, и ложитесь на пол, - предложила супругу.

Он с сомнением взглянул на ковер, затем на широкую кровать и сказал:

– Нам вполне хватит места на двоих. Я лягу с самого краю и положу между нами подушку. А да, дверь придется запереть, иначе как объяснить слугам, что мы спим с подушкой, разделяющей нас?

Взглянув на кровать, сильно засомневалась в плане Бена. Не хотелось, чтобы он лежал так близко. Но боюсь, он был прав.

– Хорошо. Но если вы хоть пальцем коснетесь меня… - предупредила серьезно.