Скриптер
Шрифт:
Когда появилось нужное ему изображение – и в нужном для последующей операции формате – «закрасил» ящики, захватил курсором обе партии и перенес их в иное место. А именно, поместил на открывшуюся в другом окне картинку с надписью «Монастырская зона»
– Часовщик, – раздался в рубке голос стажера. – Выставьте местное время с учетом длительности сеанса!
Воистину, «влюбленные часов не наблюдают»… На одной из лавочек в парке возле Большого Новодевичьего пруда, обнявшись, сидят двое молодых людей, парень и девушка. Днем тут довольно много народа; мамы с колясками, бабушки, выгуливающие внуков, туристы, гости города, фотографирующие находящийся по другую сторону пруда монастырь, жители ближних кварталов, любители покормить лебедей и уточек… А вот ночью здесь практически никого не встретишь.
Парень и девушка пришли сюда со стороны набережной; и находились они здесь не менее часа. А может и больше, кто знает – само время для этой парочки, казалось, исчезло.
Однако же, в какой-то момент стали происходить некие вещи, некие события, которые даже этих двух влюбленных людей, не замечающих, казалось бы, ничего вокруг, заставили перенестись обратно в реальный мир.
Парень вдруг вскочил на ноги. Он отчетливо слышал низкий протяжный колокольный звон; сам этот звук поначалу и вызвал в нем беспокойство.
Затем он обратил внимание на ряд не менее странных деталей.
Вот только что – так ему казалось – Новодевичий монастырь, от которого сквер отделяет гладкое в эту безветренную ночь зеркало пруда, был щедро освещен огнями ночных светильников и прожекторов.
Но что-то произошло; и сейчас, в эти самые мгновения, там не видно вообще ничего – в той стороне залег мрак; там разлита невероятная, глубокая, чернильная темень.
Более того, само водное зеркало пруда – оно только что было гладким и в нем отражались огни подсветки монастыря – в такт этим тревожным, похожим на протяжный колокольный звон звукам раз за разом покрывается морщинками; по воде идет хорошо видимая рябь!..
Парень, заметив какое-то движение, повернул голову вправо. Увиденное заставило его приоткрыть рот от удивления.
Всего в нескольких шагах от них, на самом берегу пруда, у обреза, стоят двое мужчин. Вот только что – парень готов был поклясться – здесь никого не было! И вдруг, словно ниоткуда, возникли двое странных субъектов…
Это были молодые, сильные, плечистые, рослые – под два метра – мужчины, экипированные в камуфляж.
Поверх пятнистой формы без знаков отличия надеты «разгрузки»; видны запасные сдвоенные автоматные рожки. Из других кармашков «лифчика» выглядывают зеленые ребристые гранаты с ввинченными запалами. У обоих «калаши» в руках; а у одного из них – темноволосого, смуглого южанина – на ремне через правое плечо подвешен еще и РПГ-7 со снаряженной гранатой.
Не обращая, казалось бы, никакого внимания на парня и девушку, эти двое напряженно смотрели в сторону расположенного на другом берегу пруда монастыря. Вернее, они смотрели туда, где должен находиться Новодевичий монастырь, поскольку самой обители, – ни стен, ни башен, ни церковных куполов – в данный момент почему-то видно не было (в той стороне лишь беспроглядная темень).
– Опоздали… – процедил Рыжий. – А все из-за тебя, Ахмед!
– Па-ачиму из-за меня? – возмутился южанин. – За наводку ты у нас отвечаешь!
– Валить отсюда надо! – сказал Рыжий. – Дождемся другого момента… чтоб наверняка!
Эти двое исчезли так же внезапно, как и появились минутой ранее.
– Что это было? – уцепившись за его руку, шепотом спросила девушка. – Кто они такие?
– Не знаю… – Парень шумно перевел дыхание. – Уфффф! Просто глазам не верю!..
Какое-то время он удивленно смотрел туда, где только что стояли двое вооруженных мужчин – тех и след простыл!
– Я их в первый раз вижу… – пробормотал молодой человек. – Надеюсь, что и в последний.
– Слушай… мне страшно!.. Пойдем отсюда!
Парень, хотя девушка пыталась его увлечь за собой, тянула его за рукав легкой кожанки, стоял, как вкопанный: почему-то не мог шевельнуть ни рукой, ни ногой.
Он вдруг увидел, как с неба – так показалось ему – на монастырь опустилось некое облако. Полупрозрачное, как кисея, оно слегка светилось, мерцало, переливалось слабым фосфорическим светом.
Затем это облако – бог весть, что это за субстанция – полностью накрыло весь монастырский комплекс…
А уже в следующую секунду мгла по другую сторону пруда рассеялась; появились и нарядные резные стены, и красные башенки, и луковки церквей, подсвеченные светильниками и прожекторами – все это было прекрасно видно теперь в ночи при включенной подсветке.
По воде в последний раз пробежала рябь. После чего поверхность Большого пруда вновь стала похожей на зеркало, в котором отражаются подсвеченные стены и башни старинного московского монастыря.
Парень повернулся к девушке. Он хотел поделиться с ней своими впечатлениями, хотел рассказать о той необычной картинке, которую он только что видел, только что лицезрел собственными глазами.
Но…
Но сама эта мысль вдруг испарилась, исчезла; как исчезла из памяти и виденная им только что картинка, как испарились и воспоминания о внезапно появившихся – или проявившихся – на берегу Большого Новодевичьего пруда двух странных вооруженных личностях.
Он перестал думать об увиденном; спустя минуту они поднялись с лавочки и двинулись в сторону набережной; двое молодых людей шли по дорожке, держась за руки и разговаривая о том, о чем во все века обычно разговаривают влюбленные молодые люди.
– Николай, включайте пакетник! – скомандовал Редактор. – Да будет свет…
В помещении «погребов» под Лопухинскими палатами включилось электрическое освещение.
– Павел Алексеевич, – донесся голос охранника. – Вас к телефону! Михаил Андреевич спрашивает, можете ли вы подойти?!
Редактор взял у охранника трубку.
– На связи, Михаил Андреевич.
– Павел Алексеевич, сеанс, как я понимаю, закончен?
– Да… вот только что вышли из канала.