Сквозь тернии
Шрифт:
Яська разинул рот.
«Словно и впрямь ходим во сне, а точнее бегаем от неизвестности, в попытке выскочить к свету, – вот от чего неизменно скачет давление! Потом просыпаемся и ничего не можем вспомнить, потому что запрещено. А когда всё же вспоминаем, обзываем кошмаром или обычной чушью. Ведь так спокойнее жить. А тех, кто пытается в чём-то разобраться, того: подальше от здорового населения, чтобы не сеяли смуту. Ведь могут заразить! Что-то делать тогда? Хоть атомную бомбу взрывай!»
– Ты чего это? – забеспокоилась Тимка. – Крови что ли боишься?
Яська тут же встрепенулся. Попытался взять себя в руки.
– Ничего я и не боюсь! Так просто, задумался...
– И о чём же?
Яська засопел. Мельком глянул Тимке в лицо – нет ли на том «смешинок»? Вроде нет, серьёзна, как никогда.
Яська набрался смелости и спросил:
– А как ты думаешь, во снах можно путешествовать?
– Путешествовать?
– Ну да. Плыть, там, куда-нибудь, или в гору лезть?
Тимка задумалась. Принялась машинально перевязывать Яськину руку. Потом тихо сказала, пряча глаза:
– Наверное, можно. Есть такие люди – лунатики, – которые ходят во сне. Никто не может определить причину, почему происходит именно так. Точнее могут, но только с научной точки зрения.
– А разве надо объяснять как-то ещё?
Тимка всё же глянула Яське в глаза.
– Конечно. В одиночку наука не может дать ответа даже на самый просто вопрос.
– Например?
– Например, что такое вода. Два газа соединяются между собой, так что получается жидкое вещество. Учёные не могут сказать, как именно это происходит. Значит, помимо науки, в исследованиях нужно учитывать что-то ещё. То же самое, и в случае с лунатиками. По какой-то причине они ходят во сне. Но узнать эту причину современной науке не дано, как и то, где именно бродят лунатики на пару с реальным миром, – Тимка умолкла, но потом всё же добавила: – А почему ты заговорил именно о снах?
Яська пожал плечами.
– Мне сны последнее время снятся какие-то странные.
– Кошмары?
– Я бы не сказал, что именно кошмары. Но и не цветочки, там, всякие.
– И что снится?
Яська уставился на Тимку и выдал:
– В мои сны наведывается странная девочка.
Тимка никак не прореагировала – закончила с повязкой и посмотрела на Яську.
– И кто же она такая?
– Я не знаю, – разочарованно ответил Яська.
– А она сама разве ничего не говорит?
– Говорит. Только я мало чего понимаю. Она постоянно твердит, что нужно «плыть».
– Плыть?
– Да нет же! – Яська открыл, было рот, чтобы всё объяснить, но понял, что не знает, с чего начать.
– Тогда я совсем ничего не понимаю, – Тимка состроила жалобную гримасу. – Объясни толком, прошу!
– Я вот и пытаюсь. Понимаешь, это «плыть» – только на первый взгляд похоже на то плавание, какое мы знаем. Та девочка имеет в виду что-то другое. Помнишь, как в «Алисе?..»
Тимка встревожено кивнула.
– Ты хочешь сказать, что эта девочка, которая является во сны, приказывает тебе перемещаться в пространстве?
– Ничего она не приказывает. Просто говорит: мол, для того, чтобы чего-то добиться нужно «плыть»... а ещё всякие странности рассказывает, от которых кровь стынет в жилах.
– Хм... – Тимка подобрала книжку. – Здесь тоже про это.
– Про что? – не удержался Яська.
– Про перемещение и жуть. Мальчишка, вроде тебя, попадает в прошлое. Перед этим он с друзьями исследует подземные коммуникации заброшенного города. На развилке мальчишки разделяются, чтобы сэкономить время, но в итоге всё получается наоборот – они теряют друг друга. Потом происходит обвал. Коммуникации засыпает вместе с ребятами. В живых остаётся лишь один мальчишка. Он долго бродит по лабиринту и когда уже вконец отчаивается найти выход на поверхность, судьба всё же дарует ему шанс. Мальчишка оказывается в средневековой Европе, где всюду расползлась кровожадная чума. Что послужило этому причиной – не понятно. По крайней мере, я ещё не дочитала до развязки.
– Страшно, – поёжился Яська. – А как его звали, этого мальчишку?
– Павлик.
Яська кивнул, словно одного-единственного имени для него было достаточно, чтобы нарисовать в мыслях образ незнакомого мальчишки, что прошёл сквозь пространство и время.
Тимка прижала книжку к груди.
– Я не особо люблю читать фантастику, но чего-то другого попросту не нашла. А потом втянулась в сюжет, ведь... – Тимка осеклась.
– Похоже на то, как было с нами?
Тимка молча кивнула.
Яська вздохнул. Сжал кулак, проверяя повязку – туго, но ничего, ещё растянется.
– Спасибо, – сказал он и улыбнулся.
Тимка улыбнулась в ответ.
– А зачем нужно «плыть»? – спросила она.
Яська пожал плечами.
– Сам не могу взять в толк. Мне кажется, что та девочка хочет, чтобы я бежал.
– Бежал? Но от кого и куда?
– Не знаю я от кого. Да и куда – тоже без понятия! Хотя... Я однажды уже бежал из закрытого подвала... прямо сквозь стены.
Тимка смотрела на него ничего не понимающим взором.
– Не веришь?
– Почему же. После того случая в пещере, я теперь много во что верю. Просто ты слишком поверхностно всё рассказываешь. Трудно уловить суть.
Яська кивнул.
– Ладно, идём, а то Колька сейчас переполошиться. Потом как-нибудь расскажу.
Тимка кивнула. Помогла Яське подняться. Затем озорной песчинкой скатилась вниз.
Колька о них, такое ощущение, и думать забыл – лишь помахал рукой и тут же скрылся под плакучими стеблями ивы.
– Лихо вы это придумали, – радостно сказала Тимка. – С берега ничего не видно.
Яська кивнул.
– Только, – продолжила Тимка назидательным тоном, – не хорошо было делать вот так: брать без спросу.
– Да она и не нужна Юлию Валентиновичу вовсе, – принялся оправдываться покрасневший Яська. – Он, поди, о ней и думать забыл.
– И что с того?
Яська пожал плечами. Обругал про себя руки, которые по привычке скользнули вдоль тела в поисках карманов шорт.
Тимка выждала паузу, потом всё же закончила мысль:
– По-твоему, выходит, что если человек забыл про какую-нибудь вещь, так её можно присвоить просто так?