Сладкая русалка

В синем небе среди пушистых облаков клонился к закату Сол, желтая звезда, словно стыдливо наливающаяся румянцем. Вокруг лодки, собранной вручную из грубо обработанных досок, горячими волнами шипело безбрежное море.

На корме сутулился мужчина, взгляд не отрывался от темного пятна Новой Луны. Это искусственное сооружение, содержащее ЦНС бессчетного количества людей, образовывало на Лагуне приливные явления. Без нее Лагуна давно лишилась бы жизни.

Мужчина вообразил, как темное пятно Новой Луны растворяется в синем небе. С исчезновением Новой Луны воздух нагревался, море закипало, стена испарений обступала лодку. Сол выжигал Лагуну, превращая цветущий мир в безжизненную пустыню.

Презрительная улыбка скривила губы мужчины. Цветущий мир Лагуны отделяли от гибели только ЦНС бессчетного количества людей, волей Всемирного Жребия соединивших свою судьбу с судьбой Новой Луны. Он сомневался, что межзвездное судно «Оазис», отправленное на поиски нового дома для человечества, когда-нибудь возвратится.

«Страх перед Новой Луной наверняка преследует улетевших, если дочь верховного судьи Кахтана не отправила всех в переработку на запасные части, – подумал мужчина. – Верховный судья… – презрительная улыбка скривила губы сильнее. – Кахтан превысил свои полномочия, когда сделал так, чтобы Скайна сбежала с Лагуны от Всемирного Жребия… от Новой Луны».

До последних багровых лучей Сола оставалось не так много времени. Мужчина принялся выбирать сеть, сплетенную вручную, чтобы к ночи успеть возвратиться домой. Сеть натянулась, он ощутил сопротивление, словно поймал исключительно огромную рыбу. Но его не обрадовала такая удача. В исключительно огромной рыбе не было необходимости, ему хватило бы скромного улова.

Пустая сеть складывалась на дне лодки, сопротивление натянутой сети возрастало. Мужчина пытался разглядеть исключительно огромную рыбу. Среди волн возникла женская голова. Рыжие волосы облепляли лицо, в больших глазах застыло отчаяние. У мужчины перехватило дыхание.

– Помоги мне! – донесся голос женщины. – Освободи меня!

Подтянув сетью женщину к себе, мужчина свесился с края лодки. В лицо ударила волна. Он протянул руки к женщине. Мокрые запястья заскользили под пальцами.

– Ты в безопасности! – прошептал мужчина. – Ты в безопасности, еще немного! Держу тебя!

Смуглое тело вырвалось из воды, и мужчина помог женщине перебраться через край лодки. Он двинулся к ней, чтобы избавить от сети, но при виде необычного строения ее ног замер. Его затрясло. Перед ним лежала русалка – существо из древних преданий.

– Ты не имеешь научного подтверждения! – прохрипел мужчина. Тем не менее он видел русалку. Какое еще научное подтверждение было нужно? – Ты из морских глубин или?..

В больших глазах русалки искрилась ярость. Мужчина не представлял, как вести себя. Он должен был отпустить существо из древних преданий, чтобы забыть об этой встрече, позволив Колесу судьбы продолжать отмерять годы его безрадостной жизни.

– Твоя сеть! – Русалка подергала ячейки. – Убери ее!

Мужчина опустился на колени. У русалки были яркие зеленые глаза, они следили за ним. Каждое прикосновение к русалке заставляло сердце биться сильнее. У него не хватало смелости признать: существо из древних преданий почти не отличается от людей. Почти…

– Тебе нужно в море. – Отбросив сеть, мужчина протянул русалке руку. – Тебе нужно в море.

– Алуай, – указала на себя избавленная от сети русалка. – Мне не нужно в море… прямо сейчас. Как твое имя?

– Талел. – Протянутая рука мужчины опустилась. – Извини, что поймал тебя.

– Талел, в тебе чувствуется доброта, – проговорила русалка. – Ты не причинишь мне вреда?

Талел покачал головой.

– Извини, что поймал тебя.

– Это свершилось. Успокойся. Я не пострадала.

Талел присел напротив Алуай. Его привлекало нежное лицо. Подавшись к ней, он пропустил между пальцами прядь рыжих волос.

– Ты дышишь. Как и я?

– Как и ты. – Алуай улыбнулась, обнажив ровные белые зубы. – У нас тоже нет жабр. Мы тоже млекопитающие.

Талел не мог отвернуться от Алуай. Его взгляд, скользнув по тяжелым грудям, мягкому животу, странной нечеловеческой промежности, остановился на хвосте. Казалось, длинные ноги обтянуты гладкой смуглой кожей с расширением на конце в виде раздвоенного плавника.

– Удивительно… – прошептал Талел. – Удивительно…

– Удивительно, – согласилась Алуай. – Я никогда не видела человека так отчетливо.

– Я никогда не видел русалок…

– Ты старше, чем кажешься?

– Намного, – кивнул Талел. – Я перестал следить за возрастом после того, как меня исключили из Всемирного Жребия.

– Ты выглядишь молодо.

– Моя ЦНС по возрасту не подходит для Новой Луны. – Презрительная улыбка скривила губы Талела. – Только в моем случае Колесо судьбы раскрутилось не в ту сторону, и я не испытываю никакого утешения.

Алуай склонила голову на бок, ожидая продолжения.

– Я – ничто, и, наверное, я сделал что-то не так. – Талел помолчал. – Все не так. Трудно разобраться, если нельзя вернуться в прошлое, чтобы принимать другие решения.

Выгнув бровь, Алуай улыбнулась.

– Искусство воплощать воображение сохраняет мою молодость, – прошептал Талел. – Мое сознание умеет замыкаться на себе, я не чувствую течения времени.

– Очень хорошо, – кивнула Алуай. – Я понимаю.

– Мои родители не обладали даром искусства воплощать воображение. Областью применения их дара было бесплотное творение. То есть я мог бы принадлежать более высокому сословию.

– Какое отношение к твоим способностям имеет сословие?

– Это новые условности общества Лагуны. Нельзя занимать чужое место. Так решили государственные чиновники.

– Возможно, наша встреча неслучайна, – мечтательно произнесла Алуай. – Но ты – человек.

– Это ничего не значит, если за нас не решают государственные чиновники.

– Ты никогда не присоединишься к русалочьему народу.

– Это сложный вопрос.

Алуай провела тонкими пальцами по предплечью Талела.