Шрифт:
Меньшов Виктор
Слава богатырская
Было это в те древние времена, когда Русь только начиналась, когда по лесам ходили звери невиданные, а над лесами летали Змеи Горынычи. И даже Москву еще не построили. И был тогда на Руси Киев - всем городам - главный город.
Правил в славном Киеве князь Владимир. Имя Владимир значит властелин мира, а прозвали его Владимир Красное Солнышко. Не потому, что цвета красного, А потому, что раньше слово "красный" означало красивый. Так и площадь в Москве называется: Красная, красивая.
Разная память о князе осталась. Прославился он тем, что Русь объединил. Но и хитрый он был, и жадный, а порой и жестокий.
Велика Русь, богата сказочно, а как такие большие и богатые просторы от врагов защитить, князь не знает.
Из угла в угол похаживает, думу думает. А Соловей Разбойник на дорогах со всех прохожих и проезжих дань берет, по этим дорогам и ходить и ездить перестали. Змей Горыныч людей в плен забирает.
Пришла к князю жена, красавица княгиня Апраксия, и говорит:
– О чем, князь, печалишься? Почему из угла в угол ходишь?
– Велики богатства и просторы наши, - говорит ей князь, - а вот как сохранить их, не ведаю. Войску платить нужно, кто же даром служить будет? Воинов нам нужно великое множество, так и казны на всех не хватит. Вот если бы не платить...
– Если воинам не платить, они взбунтуются, - заметила рассудительная княгиня.
– Давай призовем на службу богатырей. Каждый богатырь один войско заменит.
– Ну, если так, - повеселел князь Владимир.
Хлопнул он в ладоши, и помчались гонцы во все концы, богатырей на службу звать. А сам князь к гостям заморским, которые его ожидали, вышел об руку с княгиней Апраксией. Только сначала, конечно, нарядился. Надел шубу кунью, на ноги сапожки сафьяновые, на бровь надвинул шапку соболью, на пальцы перстней золотых нанизал, чуть не до локтей. Пускай завидуют красоте княгини да богатствам земли Русской.
А в селе Карачарове, под городом Муромом, сидит у окна Илья Муромец. Тридцать три года он на печи лежит, да на лавке у окна сидит, никак встать не может. Сила великая Илье от рождения отпущена, только ноги не ходят.
Сидел Илья у окна, а мимо шли калики перехожие. Каликами называли всех нищих, слепых и убогих, а еще тех, кто в святые места на богомолье ходил, по дорогам подаянием кормился.
Остановились двое калик под окном у Ильи, просят его подать воды напиться.
– Рад бы я добрым людям воды подать, только тридцать три года лежу да сижу, встать не могу, - отвечает Илья.
– Зайдите в избу, сами напейтесь.
Прошли калики в избу, напились водицы, а Илью напоили медвяным отваром целебным. Напоили и спрашивают:
– Что чувствуешь в себе, Илья?
– Чувствую в себе силу богатырскую, - отвечает.
– Держат тебя ноги?
– спрашивают калики.
Илья встал, да и пошел по избе, словно всю жизнь так ходил.
– Если ноги твои ходят, если чувствуешь ты в себе силу богатырскую, тогда тебе, Илья, прямой путь лежит в город Киев, служить князю Владимиру.
– Не хочу служить князю, - отвечает Илья.
– У него своих слуг хватает, а мне землю пахать нужно, хлеб растить, родителям помогать.
– Ты знаешь, что твое имя означает? Илья значит - опора Господняя, образумили его калики.
– Ты Господу опорой должен быть на Руси. Ты не князю служить, ты землю Русскую защищать будешь.
– Ну, это другое дело, - согласился Илья.
– Землю Русскую я всегда защищать готов.
Пошел он к родителям. Вспахал им на прощанье пашенку, получил от них родительское благословение.
– Негоже пешим на службу княжескую являться, - говорят ему калики.
– Где же мне коня взять?
– развел руками Илья.
– На нашем только землю пахать.
– А ты выйди в чистое поле, да свистни на все четыре стороны, посоветовали
ему калики.
Вышел Илья в чистое поле, свистнул четыре раза на все четыре стороны, смотрит, скачет к нему жеребец, пшеницей вскормленный, в утренних росах трижды выкупанный.
Сел на жеребца Илья, краюху хлеба в карман положил, шапку на брови надвинул, и поехал.
– Негоже на службу к князю безоружным являться!
– кричит ему вдогонку отец.
Остановил коня Илья, слез, осмотрелся. Видит, дуб растет в три обхвата, а рядом орешник толщиной в богатырскую руку. Подъехал он, сломал орешник, согнул его, тетиву натянул, сделал себе лук. Вывернул дуб с корнями, получилась палица.
Едет Илья в Киев мимо Чернигова. Видит: окружили Чернигов три Королевича, а с каждым войска по сорок тысяч.
Стоят они под Черниговом, обозы перехватывают, в город никого не пускают, сами пируют, а в городе люди голодают, но врагу не сдаются.
Рассердился Илья, помчался на врагов. Те как глянули, испугались: скачет на них мужик огромный, большим дубом над головой размахивает. Пока они опомнились, Илья тут как тут. Врагов вокруг море, сам Илья в середине. И давай врагов дубиной по спинам оглаживать. Направо махнет - улица, налево махнет - переулочек, вокруг махнет - площадь целая.
Побил Илья войско вражье, Королевичи перед ним на колени упали, сами в плен просятся.
– Мне ли, простому мужику, вас, Королевичей, в плен брать?
– отвечает им Илья, сам посмеивается.
– Да и зачем вы нам в плену? Даром хлеб наш есть будете. Поезжайте домой, только по дороге всем рассказывайте, что Святая Русь не без защиты стоит, есть на Руси богатыри, которые за землю свою заступиться готовы.
Отпустил Илья Королевичей, стал его народ Черниговский благодарить, к себе на воеводство звать. Отказался Илья.