Чтение онлайн

— Кто вас видел утром? Мальчик проснулся?

— Когда я уходил, он шел в туалет.

— Разговаривали?

— С ним? «Доброе утро!» — «Привет!» Все.

— Что можно сказать о ваших взаимоотношениях?

— На доверии. Самое главное. Но, конечно, не те, что у него с матерью. Она с ним с утра до ночи люлюкалась.

— Как вы были одеты в тот день?

— В куртке.

— В этой?

— Я всегда в одной. Костюм. Он и сейчас на мне.

— Что за работа была четырнадцатого?

— Как обычно. Каждый день одно и то же.

— Что еще?

— Работал до конца смены. По дороге домой зашел в столовую. Пиво. Разве угадаешь, в какой день случится несчастье! Все.

— У вас царапины на лице. Справа.

— Это? Собака. Знак дружеского внимания.

— Тоже четырнадцатого?

— Сейчас не помню.

— К врачу обращались?

— Зачем? Собака домашняя, выросла на глазах.

— Придется показать судебно-медицинскому эксперту. Припомните точнее дату.

— Может, шестнадцатого. Не болит — и не замечаешь. Скорее всего, пятнадцатого.

— Я считаю необходимым осмотреть куртку.

— Снять?

— Сделаете это в присутствии понятых. А сейчас начните, пожалуйста, сначала. И постарайтесь лучше вспомнить. По моим данным, в тот день вы на работе отсутствовали...

Но это было потом!

Казалось, плоские крыши Виршулишкес [4] с горизонтальными нашлепками, словно для вертолетных площадок, никогда не появятся.

В невыключенной рации рядом с передним сиденьем хрипели голоса:

— ...Несовершеннолетнего?!

— Да. Мальчика. В своей квартире...

— Оперативная группа?

— Выехала. Сейчас должна прибыть на место.

— Кто возглавляет?

— Геновайте Шивене. Старший следователь городской прокуратуры, старший советник юстиции...

Шивене смотрела в ветровое стекло. На невысоких холмах по обе стороны дороги белели подтаявшие за день полоски сугробов, но шоссе уже очистилось от снега.

Темнеть только начинало.

— ...На преступнике могли остаться следы борьбы, царапины, пятна крови... — предупреждала рация. — Обратите внимание на одежду. Не исключено, что разыскиваемый в зоне постов. Повторяю...

Еще не было ни следов, ни версий. Но дежурный следовал верному милицейскому правилу: бездействие всегда неоправданно и, уж наверняка, безрезультатно.

Впереди показались дома. Шивене взглянула на часы: теперь недалеко. Шофер выключил круговерть огня над кабиной, с разгона нырнул в лабиринт дворов и арок. У одного из корпусов Шивене бросилась в глаза группа людей. Словно по команде, они повернулись навстречу машине.

«Газик» затормозил.

— Пирмин [5] ! — бросил шофер, оставаясь сидеть.

Шивене согнулась — при ее росте не так просто вылезать из низкой дверцы — и вышла первой.

На ней был черный костюм, белая кофточка с кружевным платочком в нагрудном кармане — вечером собиралась на концерт. Сейчас никому, кроме нее самой, не было до этого дела.

Слово «убийство», растрепленное по буквам, казалось, шелестело на тротуаре: «у-б-и-й-с-т-в-о!»

Старший инспектор уголовного розыска — плотный, в кожаном пальто и шляпе майор Репин представил понятых — бухгалтера и референта республиканского правления общества «Знание». Понятые — мужчина и женщина — молча кивнули; бухгалтер, кроме того, приветственно махнул рукой: они где-то встречались.

— Сюда! К лифту!

Человек в короткой куртке, без шапки — хозяин квартиры — вошел в подъезд. Спотыкаясь, стал подниматься. У него был продолговатый, похожий на яйцо череп, вытянутое лицо, чуть сваленный на бок нос, очки с толстыми стеклами. От лба к затылку посредине тянулась узкая лысина со свисающими по обе стороны крутого свода жидкими волосами. На вид ему можно было дать лет сорок.

Шивене двинулась за ним. Следом, по одному, входили в лифт ее помощники: Антоновас [6] — вчерашний стажер, теперь следователь городской прокуратуры, эксперт-криминалист Караева — грузная, рыжеватая, с неожиданными девчоночьими лицом и прической. Последним был бородач Альфонсас, судебно-медицинский эксперт. Он числился в отпуске, но кто-то упросил поехать вместо себя, злоупотребив его покладистым характером и независимым образом жизни холостяка.

Лифт поднялся на седьмой этаж.

— Здесь, — хозяин квартиры остановился у обитой дерматином двери. — Открывать?

— Откройте.

Вторым рейсом прибыли понятые.

У двери, внизу, Шивене заметила кусок не то пластмассы, не то плексигласа с острыми неровными краями. Она показала находку криминалисту, но Караева уже увидела сама. Подняла, продемонстрировала понятым.

— Похоже на кусок пластмассовой ручки от чайника или утюга, — Караева поднесла ближе к глазам. — Непонятно, как попал сюда.

Хозяин квартиры между тем уже несколько минут безрезультатно манипулировал ключами. По вертикали двери было врезано три замка, похожих на финские.

— Сейчас, гражданин следователь...

Шивене заметила, что он выпивши, хотя старается это скрыть. Дрожащим рукам никак не удавалось попасть ключом в замочную скважину.

«Гражданин» вместо «товарищ» резануло слух. «Случайная обмолвка? — подумала Шивене. — Или привычная формула?»

Он, наконец, открыл дверь, неловко шатнулся в сторону.