Чтение онлайн

Гарри снова посмотрел на часы. 2:21.

У них в запасе оставалось самое большее минут сорок относительно безопасного времени. А может быть, и того меньше.

–  После родов мне пришлось перенести массу операций, возникли осложнения из-за глаз, пошли разные инфекции. Здоровье мое резко пошатнулось, несколько приступов паралича, и я уже никогда не смогла возвратиться домой к матери. Что, вобщем, было даже к лучшему. Потому что там находился он. В течение многих лет я жила в общественном доме призрения, и моей единственной мыслью было поскорее умереть, о чем я ежедневно молилась, так как была слишком слаба, чтобы покончить с собой… слишком слаба духом. Затем, два года тому назад, после того как он убил мою мать, свою бабушку, он перевел меня в эту лечебницу.

–  Откуда вам известно, что он убил вашу мать?
– спросила Конни.

–  Он сам мне это сказал. И даже рассказал, как это сделал. Он любит хвастаться передо мной своей силой, говорит, что она прибавляется у него с каждым часом. Кое-что он даже демонстрировал мне… И я верю, что он действительно способен сделать, что говорит. А вы?

–  Мы тоже, - ответила Конни.

–  Как нам его найти?
– все еще не отрываясь от окна и глядя на туман, спросип Гарри.

–  Он живет в доме моей матери.

–  Адрес?

–  Я многое успела забыть… но это почему-то помню.

Она назвала улицу. Место показалось Гарри знакомым. И находипось оно совсем неподалеку от "Пэсифик Вью".

Он бросил взгnяд на часы. 2:23. Изнывая от желания побыстрее убраться отсюда, и не только потому, что необходимо быпо срочно разделаться с Тик-таком, Гарри поспешно отошел от окна.

–  Пора.

Сэмми Шамрой тотчас вышел из своего укрытия. Джанет, держа на руках спящего сына, встала с кресла сиделки, пес быстро вскочил с пола.

Одна Конни не спешила уходить. У нее на языке вертелся вопрос сугубо личного характера, который обычно мог задать Гарри и от которого, до сегодняшней ночи, Конни всегда воротило: ведь основная информация,была уже у них в руках, что же тут еще размусоливать?

–  А почему Брайан ходит сюда к вам?
– спросила Конни.

–  Чтобы мучить меня, - ответила спепая.

–  Только и всего? Да ведь он может мучить сколько угодно людей, если пожелает?

Отпустив поручень, за который все еще держалась рукой, Дженнифер пробормотала:

–  Любовь.

–  Вы хотите сказать, что он приходит сюда, потому что любит вас?

–  Нет, о нет. Только не он. Он не способен любить, даже слова этого не понимает, хотя думает, что понимает. Нет, ему нужно, чтобы я любила его.
– Подобие скелета на кровати затряслось от сухого безрадостного смеха.
– Представляете, он приходит но мне просить у меня любви!

Неожиданно для самого себя Гарри вдруг стало жаль этого несчастного ребенка, которого, нежеланного, произвела на свет эта душевнобольная женщина.

Палата эта, хотя и довольно теплая, и достаточно уютная, была самым последним местом на земле, где следовало искать любовь.

Наплывавший с Тихого океана туман укутывал сушу густой, плотной, холодной пеленой. Словно призрак древней приливной волны, граница которой лежала далеко за пределами теперешней береговой линии, растекался он по спящему городу.

Гарри летел по шоссе к океану на скорости, значительно превышавшей безопасную в условиях столь ограниченной видимости, рассудив про себя, что риск врезаться в хвост идущей впереди машины был меньшим, чем риск прибыть в дом Тик-така слишком поздно, когда тот уже успеет попностью восстановить свои энергетические запасы.

Ладони Гарри, лежавшие на рулевом колесе, были влажными, словно осевшие на них капельки тумана немедленно превращались в воду. Но внутри фургона не быпо никакого тумана!

2:27

Почти час прошел с того момента, как Тик-так отправился отдыхать. С одной стороны, им многое удалось сделать за этот короткий промежуток времени. С другой стороны, однако, время текло "не медленной рекой", как поется в попупярной песне, а стремительно низвергалось вниз водопадом скоротечных минут.

За спиной Гарри в неловком молчании тряслись Джанет и Сэмми. Мальчик спал. Пес явно нервничал.

Над сиденьем рядом с ним Конни включила подсветку для чтения дорожной карты. Открыла барабан револьвера, проверила, все ли патроны на месте. Делала она это уже во второй раз.

Гарри догадывался, что у нее на уме: а что, если Тик-так уже проснулся и остановил время после того, как она в первый раз проверяла оружие? Ему ведь ничего не стоит изъять патроны из барабана, и, когда ей представится возможность стрелять, он только зпорадно ухмыльнется, а боек щелкнет в пустоту. Но, как и в предыдущий раз, все патроны, тускло отсвечивая, оказались на своих местах. Сухо щелкнул, вставая на место, барабан. Конни выключила подсветку.

Вид у нее был очень утомленный, с беспокойством отметил про себя Гарри. Изможденное лицо. Покрасневшие от бессонницы, набрякшие веки. А ведь дело придется иметь с самым опасным за всю их совместную работу преступником, и случится это тогда, когда оба они уже на пределе своих возможностей. О самом себе Гарри точно знал, что весьма далек от обычной своей формы. Все чувства притуплены, реакции замедленны.

–  Кто пойдет в дом?
– спросип Сэмми.

–  Гарри и я, - ответила Конни.
– Оба мы профессионалы. Так будет разумнее.

–  А мы, нам что делать?
– спросила Джанет.

–  Останетесь в фургоне.

–  Мне кажется, я мог бы как-нибудь помочь, - предложил Сэмми.

~ Даже думать об этом не смей, - грозно сказала Конни.

–  А как вы попадете внутрь?

Ответил Гарри:

–  У моей коллеги целый набор отмычек.

Конни похлопала себя по карману куртки, чтобы удостовериться, все ли на месте.

–  А что, если он уже проснулся?
– спросила Джанет.

Пристально вглядываясь в уличные указатели, Гарри коротко бросил: