Чтение онлайн

Слегка ироничный тон его голоса не смог испортить для нее ни безыскусной прелести этой легенды, ни изумительных звуков птичьего дуэта. Она прикусила дрожавшую нижнюю губу и вдруг почувствовала полное изнеможение.

— У вас такой вид, словно вы слишком долго были на солнце, — резко сказал он, заметив ее состояние. — Это ведь вам не Новая Зеландия. Здесь гораздо жарче. Или об этом вас тоже не предупредили?

— Нет, почему же. На пляже на каждом шагу только и твердят об этом и еще продают всевозможные кремы от солнца.

— И все-таки при всем при этом многие ухитряются обгореть. Вам лучше сейчас подняться в дом. Вы можете идти?

— Да, конечно! Я просто немного устала. И хотя я ничуть не обгорела, но, наверное, действительно слишком много времени провела на солнце. Свирепые собаки, охранники, ну в общем…

Его предложение взволновало и смертельно напугало ее. Решительно улыбнувшись, она повернулась в сторону поросшего джунглями берега, постепенно принимающего очертания скалы.

— Мне сразу станет лучше, как только я выпью чего-нибудь и немного побуду в тени.

Одна из собак стояла совсем близко от нее. Успокоенная ее теплым прикосновением, Кэндис незаметно положила руку ей на спину.

— Джо! — позвал он тихим, но не допускавшим ослушания голосом. Собака дождалась, когда Кэндис последовала за ним вверх по склону, и только потом побежала следом.

Ведущая вверх тропа была хоть и крутой, но удобной для подъема. Кэндис сравнительно легко одолела весь путь, но, когда они вышли на газон перед домом, почувствовала себя совсем обессиленной. У нее буквально подкашивались ноги. Он был прав. С этим климатом шутки плохи. Даже усилием воли она не могла унять легкую дрожь усталости и напряжения.

— Как вы себя чувствуете? — спросил он, заглядывая в ее бледное, несмотря на загар, лицо.

— Все в порядке. Я даже сама не знаю, почему дрожу.

— По всей вероятности, это выброс адреналина. — Он улыбнулся одними губами, быстро и резко. Их жесткие контуры свидетельствовали о сильном характере и железной воле. — Кто не рискует, тот не выигрывает, — закончил он свою мысль.

Она закусила губу. Конечно, он прав. Сначала она чувствовала прилив сил, потом они стали убывать, но она не могла позволить себе сдаваться.

Несмотря на волнение и усталость, при виде дома она застыла в немом восхищении. Громадный, великолепной конструкции, с высокой крышей из пальмовых листьев, он был воплощением могущества и власти его хозяина. Мощные деревянные опоры поддерживали крышу с четырех сторон, при этом пространство стен оставалось совершенно открытым, и дом, словно огромный шатер, плыл по зеленому морю буйной растительности.

В саду, окружавшем дом, крупные шелковистые цветы гибискуса соседствовали с причудливыми листьями экзотических тропических растений и лиан. Влажный теплый воздух был напоен сладким ароматом уроженки этих мест — гардении. Ее мелкие цветы мерцали среди глянцевых листьев, как опустившиеся на землю звезды. Острые листья банановых пальм прочерчивали сад резким пунктиром, а в одном из его уголков росло огромное дождевое дерево, чьи похожие на папоротник листья были раскрыты, несмотря на дневную жару. В тени его причудливой кроны в беспорядке стояли легкие плетеные кресла и диваны. На фоне фантастически окрашенной листвы растения, которое Кэндис раньше считала комнатным, стояла огромная ваза, покрытая глазурью самых разных оттенков зеленого. Ползучие лианы, усыпанные мелкими розовыми и белыми цветами, обвивали террасу. Откуда-то доносился тихий, постоянно меняющийся звук льющейся воды, тонкое, мелодичное журчание, которое и освежало, и услаждало слух.

— Как здесь чудесно! — воскликнула она тихим от восхищения голосом.

— Благодарю вас.

Прохладная нотка в его голосе лишала эти слова благодарности всякого тепла.

Кэндис вся мгновенно сжалась, как улитка, до которой случайно дотронулись рукой. Ясно. Значит, он считает, что она не имеет никакого права восхищаться его домом, но обычная вежливость заставила его тем не менее ответить на комплимент. Она упрямо сжала рот. Она не позволит себе расстраиваться из-за его пренебрежительного отношения.

На пороге она в нерешительности остановилась и в ответ на его вопросительный взгляд сказала:

— Я вся в песке.

— Это не имеет значения, пол выложен плиткой. — В тоне его прозвучало некоторое нетерпение.

Она пожала плечами и вслед за ним вошла в дом. Каждая ее клеточка была напряжена, глаза возбужденно блестели, уши прислушивались к малейшему звуку, ноздри трепетали, улавливая слабый запах духов, слегка приторный для тропиков, сухой терпкий запах пальмовых листьев на крыше и тонкий, дразнящий мужской запах Сола Джеррарда — его запах. Ей казалось, что она может попробовать на вкус этот воздух — теплый и свежий, густо напоенный обещанием чего-то неизвестного.

В доме стояла тишина. Бесшумными шагами он прошел анфиладой комнат через весь дом, который внутри оказался намного больше, чем выглядел снаружи. Стены комнат были отделаны роскошным темным деревом, полы выложены плиткой, повсюду — множество великолепных растений. Под потолком в сложном и красивом узоре переплетались и скрещивались балки и стропила. С внешней стороны крыша опиралась на вертикально поставленные стволы бамбука. Что-то глубоко спрятанное внутри вдруг пробудилось в ней, какое-то смутное воспоминание, словно она всегда знала, что где-то есть этот дом и что он ждет ее.

И по иронии судьбы этот дом принадлежит Солу Джеррарду!

Кэндис незаметно оглядела комнаты, стараясь понять, здесь ли Стефани, но не смогла обнаружить никаких признаков присутствия людей — ни ее, ни кого-то другого.

Почувствовав на себе его пристальный взгляд, она сделала вид, что засмотрелась на цветы и лианы, обвивающие широкую деревянную лестницу.

— Это напоминает джунгли, — произнесла она негромко. — Как романтично! И как искусно все сделано!

Его строгое лицо неожиданно осветила улыбка, и волна мощного и такого неожиданного в нем обаяния омыла ее, как теплый тропический ливень, живительный, неукротимый и опасный. Она смутилась и опустила ресницы, почувствовав, как что-то неведомое пронзило все ее тело тысячами невидимых маленьких стрел.

Что-то неуловимое появилось в его лице, что-то в его взгляде заставило ее почувствовать себя очень неуютно.

— Это предмет особой гордости моей экономки, — сказал он, показывая рукой на великолепные орхидеи. — Может быть, вы хотите принять душ?

— Да, с удовольствием! — И она искоса посмотрела на свои ноги, покрытые тонким серебристым налетом соли.

— Тогда вам нужно вернуться в тот конец дома, откуда мы с вами входили, а я пока приготовлю какой-нибудь освежающий коктейль.