Чтение онлайн

Четвертый шуруп никак не поддавался и требовал от Чарли напряжения всех его сил. Обеими руками он нажимал на отвертку, стараясь сдвинуть шуруп с места. Ругаясь почем зря, Чарли всем телом налег на отвертку, и от крышки гроба отлетела здоровенная щепка. Однако и шуруп наконец поддался его усилиям. Ухмыльнувшись, Чарли стер со лба пот тыльной стороной ладони, вытащил шуруп и начал работать над пятым.

Пятый он вытащил легко и перешел к шестому – последнему препятствию между ним и целью. Внезапно он опять услышал позади какое-то движение. На этот раз много ближе к нему. Руки у него задрожали. Замерев на минуту, он не знал, что лучше – выпрямиться или остаться в согнутом положении. И опять раздался тихий, непонятный звук где-то совсем рядом, не более чем в трех метрах от него.

Сразу в голове пронеслась мысль: закрыл ли он на замок ворота? Может быть, это викарий решил проверить, чем он занимается ночью? Чарли весь напрягся, стараясь уловить малейший звук. Он затаил дыхание и старался не шевелиться.

Очень медленно звук приближался. Было похоже, что кто-то сопит, гнусавит с забитым носом, а через секунду это уже больше напоминало какое-то царапанье. Держа в руках отвертку как оружие, Чарли выпрямился.

Он огляделся вокруг – ничего и нигде не двигалось, все оставалось на своих местах. А потом он увидел мышь, сидевшую на мраморной плите ближайшей могилы.

Он с облегчением вздохнул, злясь на себя за то, что стал таким пугливым. И немного постоял, наблюдая за мышкой, которая грызла стебелек травы.

Чарли уже совсем было собрался вернуться к шестому шурупу, когда раздался резкий пронзительный вопль, от которого кровь застыла у него в жилах.

Как торпеда пронесясь над его головой, сова точным движением сцапала беззащитную мышку. Держа крепко в когтях свою добычу, она отлетела к стоящему недалеко дереву и уселась на корявый сук. Чарли видел, как луна отражается в зловещих глазах совы. Казалось, ночная птица наблюдает за ним, не отводя своего стеклянного взгляда. Он повернулся к ней спиной и опустился в могилу, чтобы вытащить наконец последний шуруп. Справившись с ним, он взялся за крышку гроба и поднял ее, поставив на ребро.

И заглянул внутрь.

Если бы он был в состоянии заорать во все горло, то, наверное, и орал бы изо всех сил, на какие только способен. Но его как будто парализовало. Он стоял как загипнотизированный и не мог оторвать взгляда от того, что было в гробу. А потом в изнеможении откинулся на край могилы.

Весь труп был покрыт огромной, скользкой, шевелящейся массой слизней. От этой орды шло страшное зловоние, и Чарли хотел было отвернуться, но им завладело то же самое чувство смертельной зачарованности опасностью, с которым кролик смотрит на кобру, приготовившуюся нанести свой смертельный удар. Это секундное колебание его и погубило.

Когда он очнулся, множество слизней уже переползли через край гроба и два или три успели добраться до сапог Чарли, а самые проворные смогли как-то проползти внутрь сапог и начали подниматься по внутренней стороне его штанов. Он почувствовал клейкую слизь на ногах, и уже через секунду первый слизень вонзил в его щиколотки свой острый передний зуб, и Чарли закричал. Кровь струилась по его ноге, привлекая своим запахом вылезающих из гроба чудовищ.

Вскоре они уже вгрызались в его мускулы, откусывали клочки кожи. Чарли упал, попытался встать, держась за край могилы, и при этом наступил на самого большого слизня. Тело мерзкой твари лопнуло у него под сапогом. Чарли поскользнулся на этом гадком месиве и, к своему ужасу, почувствовал, что опять падает.

Он упал ничком, прямо в гроб, в середину шевелящейся массы. Лежа на уже объеденном трупе, он почти уткнулся лицом в оголившийся череп, который, казалось, улыбался ему в шелковой подкладке гроба.

Дико закричав, Чарли опять попытался встать, но дюжины толстых слизней набросились на него, вгрызаясь в его плоть. Они ели его заживо! Он смог оторвать от себя несколько штук, ужасаясь, когда в его руке они успевали повернуться и вонзить свой острый как бритва передний зуб в его пальцы. Он тряс рукой, стараясь их сбросить, но они крепко держались на своих зубах-якорях.

Чарли чувствовал, как что-то раздирает мускулы его спины, прорываясь внутрь, к почкам. Не прошло и минуты, как его спина была сплошь покрыта черными чудовищами. Пройдя насквозь, они принялись пожирать его внутренние органы.

Ему все-таки удалось подняться. По лицу текли слезы боли и ужаса, смешиваясь с кровью, и в этот момент какая-то из тварей вгрызлась в его щеку. Схватившись за росшую по краю могилы траву, он пытался подтянуться, но его руки были уже слишком для этого слабы. Кровь лилась потоком изо всех его ран, и он упал на колени.

Слизни успели объесть его ноги до костей. Он еще пытался сопротивляться, но один из особенно чудовищных хищников начал выгрызать ямку у основания его черепа. Он опрокинулся навзничь и еще раз упал прямо на труп. Теперь он был весь, как мхом, покрыт слизнями, они съели его глаза, кровь лилась из пустых глазниц. Последнее, что он видел перед тем, были золотые часы, висевшие на полусъеденной руке трупа, прямо перед его лицом.

Слизни продолжали сновать по его поверженному телу, привлекаемые огромным количеством крови, которая продолжала литься из всех ран.

Сова подняла голову от своей еды и посмотрела в ту сторону, откуда доносились звуки пиршества. Она сидела спокойно на ветке и наблюдала, как умирает человек. Огромные веки моргали очень редко. Потом она дважды крикнула, и этот крик разнесся в воздухе как весть о смерти.

Майк Брэди сидел, глядя на телефон и держа во рту карандаш вместо сигареты. Наконец он вытащил карандаш изо рта и начал рисовать на бумажке круги. Кондиционер не работал, и, несмотря на раннее утро, жара в кабинете была непереносимой. Стенные часы показывали десять часов пятнадцать минут.

Глубоко вздохнув, он потянулся за телефонной трубкой и стал набирать номер кончиком карандаша. Он ни на минуту не забывал о том, что случилось прошлой ночью. Ужасная картина все время стояла перед глазами. Сама мысль о том, что слизни уже прошли в канализационные трубы города, ужасала и одновременно вызывала отвращение. Снова и снова он пытался осмыслить, как далеко могло распространиться заражение.

Сегодня утром, прежде, чем они с Ким отправились на работу, он заново замотал все краны полотенцами. Так, на всякий случай.