Чтение онлайн

К тому времени Кейт уже десять лет работала в сыскном отделе полиции и узнала о жизни достаточно, чтобы понять человеческую суть Патрика Келли. Она знала: по меркам порядочных граждан он был плохим человеком. Но он жил по другим жизненным правилам, и приходилось признать, что эти правила работали на него. Вдобавок ее собственный начальник Ретчет состоял в сговоре с Келли.

И все-таки какая-то сила влекла Кейт к Патрику Келли. Она многое ему простила и предпочла поверить в него и в то, что он изменится ради нее.

Патрик бросил криминальные дела, стал законопослушным гражданином. Такого доказательства любви Кейт вполне хватило. Она решила связать с Патриком свою жизнь и больше не противиться зародившейся любви.

Для такого человека, как Патрик Келли, повернуться спиной к собственному прошлому означало проявить огромное мужество. Такого человека можно любить и уважать. И она действительно любила его всем сердцем.

Патрик сидел в оранжерее и с удивлением слушал Вилли.

— Кажется, Микки был связан с Джоуи Партриджем и Джеки Ганнером, — сообщил Вилли.

— Кто тебе это сказал?

Вилли пожал плечами:

— Я многое слышу на улице, Пэт. Я же еще живой, черт возьми!

— Н-да, похоже на то. Но что за дела у него были с ними?

Вилли усмехнулся:

— Старая профессия. Скажи по правде, Пэт, Микки всегда занимался птичками, то есть шлюхами?

Патрик почувствовал, как его охватывает злоба против покойника. Даггон, проклятый сутенер!

— Не европейские ли птички? — спросил Патрик.

Вилли кивнул.

— Откуда у тебя такие сведения?

— Птичка на хвосте принесла, — скаламбурил Вилли.

Патрик усмехнулся, видя самодовольное выражение лица своего помощника, и спросил:

— Думаешь, именно они разделались с ним?

Вилли развел руками:

— Ну кто-то же сделал это, Пэт. Микки мог иногда действовать как последний сутенер. Даже мне иногда хотелось разбить ему башку.

— Да, многие наверняка хотели разделаться с Микки. Итак, откуда они привозили птичек?

— Из Паддингтона, как обычно. У них там было несколько квартир. Завлекали нескольких девчонок, накачивали их наркотиками, затем Микки предлагал им спасение. Они готовы были на все, только бы выбраться из страны. Он все устраивал, затем отбирал у них паспорта и прочие документы и говорил, что они должны отработать потраченные на них деньги. Конечно, он врал — ведь он, наоборот, зарабатывал на девчонках большие деньги. Если же они начинали огрызаться, он отсылал их в такое место, где вправляют мозги. Я всегда говорил, что Микки мерзавец.

Патрик вздохнул:

— Ну, теперь он вышел из игры. Кто будет искать ему замену?

— Его партнеры. Я думаю, они захотят с тобой встретиться.

— Если я сам не захочу первым их увидеть, — сказал задумчиво Патрик. — Приготовь машину пораньше, Вилли. Мы с тобой поедем, так сказать, на охоту за паразитами.

Вилли вышел, а Патрик почувствовал, как сжалось его сердце. Если бы Кейт узнала о том, что он задумал, она бы вырвала у него яйца и повесила их в столовой.

Он знал: все думали, будто он отрекся от прошлой жизни ради Кейт, хотя она и не смогла поймать убийцу его дочери. Дочь он боготворил, обожал, она составляла для него смысл жизни. Потеряв ее, он, по мнению многих, размяк, утратил твердость. Ну и ладно, пусть думают что хотят.

За последние несколько лет Кейт и Патрик убедились, что прекрасно подходят друг другу. Пугало теперь лишь неведение Кейт. Она считала, что он теперь на правильном пути и сомнительные дела, которыми он занимался раньше, от массажных заведений до рэкета, остались в прошлом. Он в отчаянии закрыл глаза. Стоит ей узнать о последних событиях, и она взорвется. Кто посмеет осудить ее? Келли понимал: он — последний лживый гад.

В тот день, когда Кейт переехала к нему, он обещал ей стать праведнее католической монахини, но не сдержат слова. Собственно, он и не собирался выполнять свои обещания.

Подобно подсудимому, плачущему в суде, он сожалел не о содеянном, а лишь о том, что его поймали и изобличили. Или вот-вот изобличат.

Гарри Дженкинс был человеком небольшого роста, с крупными зубами и толстыми губами. Его работа считалась вредной, но ему нравилась. Он всю жизнь выгружал мусор из баков. По отбросам Гарри мог очень многое рассказать о жильцах того или иного дома. Наметанным глазом он выделял из массы мусора то, что имело ценность, что можно продать. Гарри был ходячей барахолкой. Он твердо верил: одна и та же вещь для одного человека — мусор, для другого — богатство.

Он разбирал кучу старья, оставленную рядом с баками пенсионерами из многоквартирного дома. Они иногда выбрасывали стоящие вещи. Роясь в картонных коробках, он радостно улыбался. Пусть его товарищи подождут. Тут можно найти фарфоровые вещички, которые потянут на несколько фунтов. Тем временем Дэнни Гарднер и Джон Пайлс сидели в мусороуборочной машине и разговаривали. Они привыкли к тому, что Гарри занимается кладоискательством, и даже приветствовали его занятие, поскольку оно давало им небольшую передышку.

— Дэнни, что нужно сделать, чтобы зажечь огонек в глазах девицы? Посветить фонариком ей в ухо!

Оба рассмеялись.

Дэнни продолжал свертывать папиросу. Он добавлял туда что-то неприятно пахнущее, и Джон машинально открыл окно.

— Если ты закуришь эту папиросу, то окажешься вон там, на грязной улице!

Дэнни ухмыльнулся:

— Кому какое дело? Что у нас за работа? В пивной меня за нее прозвали чемпионом по вывозу дерьма.

— Но это работа, сынок, помни.