Чтение онлайн

«Оставь, Ананда! Не мечтай, чтобы это было позволено женщинам!»

Затем досточтимый Ананда обращался с той же просьбой во второй и в третий раз – и получал от Возвышенного все тот же ответ.

И вот подумал досточтимый Ананда: «Не разрешает Возвышенный, чтобы женщины уходили... для бездомной жизни... А что, если мне попросить Возвышенного дать такое разрешение каким-нибудь другим способом?» Так, через некоторое время досточтимый Ананда спросил Возвышенного:

– Господин, способна ли женщина, уйдя из дома для бездомной жизни по правилам дхаммы, установленным татхагатой, – способны ли они понять плод вступления в поток, однократного возвращения, невозвращения и состояния араханта?

– Женщины способны на это, Ананда.

– Тогда, господин, если женщины способны на это, то, поскольку Готами Маха-паджапати сослужила Возвышенному большую службу, – ибо она была теткой, нянькой и кормилицей, кормила грудью Возвышенного после смерти его матери, – нельзя ли разрешить женщинам уходить из дома для бездомной жизни по правилам дхаммы, установленным татхагатой?

– Тогда пусть будет так, Ананда: если Готами Маха-паджапати возьмет выполнять восемь важных правил, можно считать, что она получила полное посвящение. Вот эти правила:

Во-первых, бхиккуни, даже если она носит одеяние в течение сотни лет, должна приветствовать бхикку, должна вставать пред ним, должна отдавать ему поклон и оказывать все знаки уважения, даже если тот бхикку только надел одеяние. Пусть это правило никогда не будет нарушено, пусть к нему относятся с уважением, с почтением, с пониманием, пусть его соблюдают до конца жизни.

Во-вторых, бхиккуни не должна проводить дождливый сезон в таком месте, где не живет ни один бхикку. Пусть это правило никогда не будет нарушено, пусть к нему относятся с уважением, с почтением, с пониманием, пусть его соблюдают до конца жизни.

В-третьих, пусть каждые полмесяца бхиккуни ожидает от сангхи двух вещей: назначения дня отдыха и прихода одного из бхикку для поучения. Пусть это правило никогда не будет нарушено...

В-четвертых, в конце сезона дождей пусть каждая бхиккуни в присутствии мужской и женской сангхи должна будет добровольно отчитаться в отношении трех вещей: о виденном, о слышанном и о подозреваемом. Пусть это правило никогда не будет нарушено...

В-пятых, бхиккуни, повинная в серьезных нарушениях, должна покаяться в конце полумесяца перед обеими сангхами. Пусть это правило никогда не будет нарушено...

В-шестых, когда бхиккуни провела для периода в практике шести правил, она может просить полного посвящения от обеих сангх. Пусть это правило никогда не будет нарушено...

В-седьмых, бхиккуни не следует ни при каких обстоятельствах оскорблять или порицать бхикку. Пусть это правило никогда не будет нарушено...

В-восьмых, отныне отменяется право бхиккуни говорить в присутствии мужчин-бхикку; однако не запрещается бхикку обращаться к бхиккуни. Пусть это правило никогда не будет нарушено, пусть к нему относятся с уважением, с почтением, с пониманием, пусть оно соблюдается до конца жизни.

Так вот, Ананда, если Готами Маха-паджапати возьмет на себя обет соблюдать эти восемь важных правил, пусть это считается для нее полным посвящением.

Тогда досточтимый Ананда, получив от Возвышенного эти восемь важных правил, пошел к Готами Маха-паджапати (и передал ей все сказанное Возвышенным). Она ответила:

«Так же, о господин Ананда, как женщина, или мужчина, или юноша, или подросток любят украшать себя, вымыв голову и надев венок из цветов голубого лотоса, или жасмина, или из других пахучих цветов, берут его обеими руками и возвращают на макушку, – так и я, господин Ананда, беру на себя обет соблюдать эти восемь важных правил, не нарушать их до конца жизни».

Затем досточтимый Ананда вернулся к Возвышенному, склонился перед ним и сел подле него. Сидя так, досточтимый Ананда обратился к Возвышенному: «Господин, Готами Маха-паджапати приняла обет соблюдать восемь важных правил; сестра матери Возвышенного получила полное посвящение».

(Тогда Учитель ответил:)

«О, Ананда, если бы женщины не получили позволения уходить из дома для бездомной жизни согласно правилам дхаммы, установленным татхагатой, тогда праведная жизнь продолжалась бы долго, а благая дхамма продолжалась бы в течение тысячи лет. Но теперь, Ананда, поскольку женщины получили разрешение уходить из дома для бездомной жизни... недолго будет преобладать праведная жизнь; только пятьсот лет, о Ананда, продолжится благая дхамма [35] .

Как те семьи, Ананда, в которых много женщин и мало мужчин, легко становятся жертвами разбойников и грабителей, точно так же, о Ананда, в любых правилах дхаммы, когда женщины получают разрешение уходить из дома для бездомной жизни, недолго будет преобладать праведная жизнь.

Подобно тому, о Ананда, как порча, называемая плесенью, нападает на рисовое поле в цвету, и это поле не продержится долго, точно так же, Ананда, в любых правилах дхаммы, когда женщины получают разрешение уходить из дома для бездомной жизни, недолго будет преобладать праведная жизнь.

Подобно тому, Ананда, как порча, называемая ржой, нападает на поле сахарного тростника в цвету, и это поле не продержится долго, – точно так же, Ананда, в любых правилах дхаммы, когда женщины получают разрешение уходить из дома для бездомной жизни, недолго будет преобладать праведная жизнь.

И вот точно так же, Ананда, как человек должен с осторожностью строить дамбу на берегу большого водохранилища, чтобы воспрепятствовать разливу воды, точно так же, о Ананда, я с тщательностью провозгласил эти восемь важных правил, которые не должны быть нарушены до конца жизни».

(«Виная» II, X)

Так я слышал. Однажды Возвышенный находился в Кимбили, в бамбуковой роще. Тогда бхикку Кимбила подошел к Возвышенному, сел подле него и спросил:

– Господин, в чем причина того, что когда татхагата в конце концов умирает, благая дхамма оказывается недолговечной?

– Здесь дело в том, Кимбила, что когда татхагата в конце концов умирает, бхикку и бхиккуни, а также миряне мужчины и женщины пребывают, не обращая внимания на татхагату, не повинуются ему; не обращая внимания на дхамму, пребывают они, не повинуясь ей; не обращая внимания на сангху, пребывают они, не повинуются ей; они пребывают вне обучения и не обращают на него внимания – как и на сосредоточенность ума, на серьезность и дружеские чувства.