Чтение онлайн

Женщина. Белая. Взрослая. Пожилая.

Я вернулась к тазовым костям, надеясь с их помощью подтвердить пол и более конкретно определить возраст. Меня особенно интересовало место спереди, где соединялись две половинки таза.

Я осторожно счистила обугленные ткани, проявилось сочленение лобковых костей и лонный симфизис. Сами лонные кости широкие, угол между ними большой. У каждой выступает гребень. Нижний отросток изящный и слегка загнутый. Типично для женщины. Я отметила наблюдения в бланке и сделала несколько полароидных снимков.

Из-за слишком высокой температуры соединительный хрящ сжался и разделил лонные кости по средней линии. Я крутила и вертела обугленную массу, пытаясь заглянуть в отверстие. Кажется, поверхности лонного сращения не пострадали, но рассмотреть лучше не удается.

– Давай выделим лобковые кости, – сказала я Лизе.

Запахло горящими тканями, пила зажужжала между крыльями, соединяющими лобковую и тазовые кости. Это заняло несколько секунд.

Лонное сращение опалено, но не до неузнаваемости. Никаких наростов или борозд на поверхности. Обе лицевые стороны имеют пористое строение, внешние края неровные. Беспорядочные нити тянутся из передней части каждого лонного элемента, окостеневая в окружающих мягких тканях. Женщина прожила долгую жизнь.

Я перевернула лонные кости. В районе живота каждую пересекала глубокая борозда. Жертва рожала.

Я снова взяла лобную кость и на мгновение застыла на месте. Флуоресцентный свет четко вырисовывал все, что я впервые заподозрила в подвале и что подтвердили металлические вкрапления на рентгеновском снимке.

До сих пор я сдерживала чувства, но теперь позволила себе пожалеть растерзанное человеческое существо на моем столе. И задуматься, что же с ним случилось.

Женщине было по крайней мере семьдесят, она имела детей, возможно, даже внуков.

Зачем кому-то стрелять ей в голову и бросать в горящем доме?

К полудню вторника я заканчивала отчет. Вчера я работала до девяти вечера, помня о том, что Райану нужны ответы на вопросы. Удивительно, но он до сих пор не появился.

Я проверила то, что написала. Иногда мне кажется, что согласование родов и знаки ударения – это такие французские проклятия, придуманные специально для моего мучения. Я стараюсь изо всех сил, но все равно каждый раз парочку пропускаю.

Кроме биологического описания неизвестной, отчет содержал анализ травм. При вскрытии я обнаружила, что рентгеноконтрастные частицы попали в бедро уже после смерти. Возможно, мелкие кусочки металла проникли в кость при взрыве пропанового баллона. Многие повреждения нанесены огнем.

Но не все. Я перечитала комментарии.

Рана "А" – круглое отверстие, сохранилась только верхняя часть. Расположена в средней передней области, примерно в двух сантиметрах над переносицей и в одном и двух десятых сантиметра влево от средней линии. Отверстие насчитывает один и четыре десятых сантиметра в диаметре и представляет характерное скашивание кромок на внутренней поверхности. По краям раны ткани обуглены. Рана "А" похожа на входное отверстие огнестрельной раны.

Рана "Б" – круглое отверстие с характерным скашиванием кромок внешней поверхности. Один и шесть десятых сантиметра в диаметре внутри черепа и четыре и восемь десятых сантиметра в диаметре снаружи. Расположено на затылочной кости, на два и шесть десятых сантиметра выше большого затылочного отверстия и в девяти десятых сантиметра влево от средней сагиттальной линии. Присутствует фокальное обугливание левого, правого и нижнего краев отверстия. Рана "Б" походит на выходное отверстие огнестрельной раны.

Из-за огневых повреждений полная реконструкция невозможна, но мне удалось достаточно восстановить свод, чтобы истолковать трещины между входным и выходным отверстиями.

Типичная модель. Пожилая женщина получила огнестрельное ранение в голову. Пуля вошла посредине лба, пробила мозг и вышла из затылка. Это объясняло, почему череп не лопнул в огне. Выход для избыточного внутричерепного давления появился до того, как температура повысилась.

Я отнесла отчет секретарям и, вернувшись, обнаружила возле своего стола Райана. Он сидел и смотрел в окно позади моего стула. Его ноги заполнили все свободное пространство кабинета.

– Прекрасный вид, – заметил он по-английски.

Пятью этажами ниже над рекой изгибался мост Жака Картье, по которому карабкались крошечные автомобильчики. Действительно, прекрасный вид.

– Помогает забыть о крошечных размерах кабинета.

Я проскользнула между Райаном и столом и села на стул.

– Сон разума опасен.

– Побитые голени возвращают меня к реальности. – Я повернулась на стуле и скрестила ноги на оконном карнизе. – Это пожилая женщина, Райан. Застрелена в голову.

– Возраст?

– По-моему, не меньше семидесяти. Может, даже семьдесят пять. На лонном сращении множество наростов, но в этом отношении люди разные. У нее был запущенный артрит и остеопороз.

Райан открыл рот и поднял бровь.

– Французский или английский, Бреннан. Только не врачебная терминология.

Его глаза сияли голубым светом, как экран "Windows-95".

– Ос-те-о-по-роз, – по слогам повторила я. – На рентгеновских снимках видно, что трубчатые кости слишком тонкие. Трещин я не заметила, но нескольких обломков длинных костей не хватает. Бедро – типичное место для перелома у женщины преклонного возраста, потому что туда переносится основной вес. У жертвы все в порядке.

– Белая?

Я кивнула.

– Что-нибудь еще?

– Похоже, она несколько раз рожала.

Голубые лазеры изучали мое лицо.

– На задней части каждой лонной кости борозда размером с Ориноко.

– Здорово.

– И вот еще что. Думаю, она уже лежала в подвале, когда начался пожар.

– Как так?

– Под телом не оказалось мусора с верхнего этажа. Я нашла несколько крошечных кусочков ткани между жертвой и землей. Похоже, женщина лежала прямо на полу.

Он задумался.