Чтение онлайн

Визг тормозов и лязгание железа оторвали Саньку от разглядывания диспетчерской, где-то рядом с которой должны были стоять коммерческие киоски. Он отшатнулся от наплывшего на него стеной троллейбуса и еле расслышал голос. Он звучал будто бы изнутри Саньки.

– - Пры-ыгай! Пры-ыгай!

Глаза вскинулись к распахнутой передней двери троллейбуса и нашли за нею что-то очень знакомое: большое, волосатое, лысое.

– - Андр-рей, эт...то т-ты?

– - Пры-ыгай быстрее!

Открыта была и средняя дверь троллейбуса. Санька не помнил, чтобы он когда-нибудь входил через переднюю дверь, и оттого кинулся к средней, хотя до нее было чуть дальше. В темном троллейбусе висел зловещий гул мотора. Санька еще никогда не ездил в пустом троллейбусе, да еще и без света в салоне, и новизна ощущения странно взбодрила его. Он даже как будто протрезвел.

– - Ты чего тут делаешь?
– - только и успел он спросить, заметив, что Андрей сидит на водительском месте.

– - За мной гонятся!
– - под скрежет двери проорал Андрей и стронул троллейбус с места.

Качаясь и одновременно пытаясь усмирить качку руками, цепляющимися за пластиковую шкуру поручней, Санька добрел до кабины водителя.

– - Кто... это... гонится?
– - повернулся он к салону.

Он был совершенно пуст, но заполнившая его темнота плотно лежала на сиденьях и выглядела мрачной, молчаливой толпой пассажиров. И только когда свет фонаря лезвием полоснул по салону, черные призраки исчезли. Но через несколько секунд опять вернулись.

– - Кто гонится?
– - зачарованно глядя на мираж, спросил Санька.

– - Там, на тротуаре!.. Смотри!

Глаза Андрея вскинулись к правому боковому зеркалу, и Санька тоже посмотрел в него. По серому тротуару бежал человек в куртке. Он вскинул руку, постоял немного с видом памятника, указывающего путь в светлое будущее, и все-таки руку опустил. Что в ней было, Санька так и не разглядел.

– - Тв-вари, надо бежать!
– - хрипел Андрей, неотрывно удерживая правой ногой педаль электромотора.
– - Они погонятся за нами! У них машина!

– - Где машина?
– - снова обернулся Санька.

Троллейбус уже пролетел мимо второго выхода из метро "Крылатское", человечек, который вскидывал руку, стал не виден, а три или четыре иномарки, лениво катящиеся по Осеннему бульвару, вовсе не выглядели бандитскими.

– - А-а-а!
– - с криком вогнал троллейбус в левый поворот Андрей.

Красный глаз светофора, под который они въехали, испуганно мигнул и погас, дав посмотреть на чудаков сначала оранжевому глазу, а потом зеленому. Штанги токоприемников троллейбуса раздраженно дернулись на крыше, но с проводов не сорвались. Взвизгнули совсем рядом тормоза.

– - Это не они?!
– - налег грудью на баранку Андрей.
– - Не они?!

– - А какая у них... это... машина?

В пьяных глазах Саньки мотался слева вправо вишневый капот "жигулей". Его водитель все-таки нагнал их, поравнялся с кабиной троллейбуса и покрутил пальцем у виска.

– - Там стояла "шестерка"... Почти желтая... Ну, та... такой цвет сафари называется. Видел?

– - Не-ет...

Троллейбус с хряском и скрипом повернул влево и по длинному-длинному спуску понесся к Крылатскому мосту. На асфальтных латках, густо усеявших спуск, он взбрыкивал норовистым жеребцом. Здесь уже Андрей работал не только правой ногой, но и левой. Тормоза, взвизгивая и наполняя салон едким запахом дымящихся эбонитовых колодок, спасли троллейбус от скорости, которая бы запросто швырнула его мимо моста в Москву-реку.

– - Ты что... это... получается, угнал его?
– - только теперь, кажется, понял, что произошло, Санька.

– - А что мне оставалось делать? Я его во дворе сразу засек. Обернулся -- он за мной телепается. У меня внутри все похолодело. Ты думаешь, Вовку просто так убили?

– - А если тот мужик... ну, просто бухой?..

– - Не-е!.. Я сам пьяный-пьяный, а внутри меня трезвяк сидит. Он сразу подсказал: "Андрюха, беги!"

– - Значит, гоп-стопщик тот мужик был, -- со знанием дела пояснил Санька.
– - В Москве несколько банд по ночам по пьяным работают. Бухого легче всего выпотрошить...

– - Да нет, дорогуша! Я уже давно уловил, что за мной секут.

– - В натуре?

Андрей не ответил. Троллейбус, подчиняясь его настырной правой ноге, несся по Мневникам, несся через последнюю оставшуюся внутри Москвы настоящую деревню Терехово, и собаки за заборами провожали бешеный вагон лаем.

– - А ты что, умеешь эту железяку водить?
– - спросил Санька.

– - А что, незаметно?

– - Вообще-то да...

– - Два года троллейбусного стажа!
– - похвастался Андрей.
– - У себя, в провинции. Здесь не водил.

– - А как ты это... в музыканты?

– - Игорек спротежировал. У них как раз ударник за бугор свалил, за сладкой жизнью. А мы с Игорьком в клубе железнодорожников полгода на танцульках вместе лабали. Я -- так, середняк. А Игоряха -- талантище. Ему б только волосы перекрасить, чтоб не так плебейски выглядеть. Упирается, не хочет...

Троллейбус несся по пустынному шоссе, и Санька впервые заметил, что оно, в отличие от латочного спуска к мосту, состоит из кусков. Сколько накатали за день дорожники -- такой и кусок. И колеса били по щелям между этими полосами, как поезд на стыках рельс. Та-дам, та-дам, та-дам... Будто отсчитывали исчезающие секунды жизни.

– - Менты!
– - заметил вырулившую справа, из проулка бело-синюю машину гаишников Андрей.

Он погнал троллейбус еще быстрее. Башмаки токоприемников в ярости искрили по проводам, яркие желтые капли осыпались вслед за троллейбусом, и гаишники, отпугиваемые этими каплями, то притормаживали, то бросали "жигули" на встречную полосу.

После моста через шлюзы на Карамышевской набережной на шоссе стали попадаться машины, и Андрей, отчаянно сигналя, заставлял их трусливо сворачивать в левый ряд. На его лысине ягодной россыпью лежал пот и проблескивал в свете встречных фонарей. Тоненькие пальцы, побелев, сжимали руль и, кажется, вот-вот должны были вырвать его с мясом.

– - Ну, давай, рогатенький, давай!
– - умолял он.

И вдруг сбросил ноги с педали электродвигателя. Троллейбус обрадованно вздохнул и пошел медленнее. Гаишники выскочили слева от них и пытались снизу рассмотреть людей в кабине.

– - Открой дверь! Сваливать надо!
– - закричал Санька.

– - Заткнись! Расходная стрелка! Нельзя посылать сигнал! Мы вправо свернем!

Парочкой -- троллейбус с приклеенным к нему пульсирующими сиренами "жигулями" ГАИ -- они выскочили к пересечению улицы Народного Ополчения с проспектом Маршала Жукова, и Андрей резко повернул руль вправо. Гаишники, заметившие на заднем стекле цифру "19" -- номер маршрута, -- по инерции поехали прямо, так, как и должен был двигаться троллейбус данного маршрута.