Чтение онлайн

Вон

Вечер показывает, кто есть кто среди богатейших засранцев Нью-Йорка, которых втиснули в самый роскошный отель города; они платят 10 тысяч долларов за тарелку, чтобы почувствовать свое превосходство над своими подопечными, которым собираются помочь. Через минуту я вхожу в дверь, в которую мне никогда не хотелось входить.

Но я нужен здесь Келли. Ей нужна поддержка. К черту все, здесь есть бар.

Я иду сквозь толпу, локтями расталкивая типов с Уолл-стрит и их гламурных жен.

– Я могу предложить Вам выпить, сэр? – бармен прекрасно понимает это дерьмо, потому что один взгляд на меня, и он уже потянулся к напиткам на верхней полке.

– Виски. Чистый.

– Это мой парень.

Я поворачиваюсь. Засранец из фирмы Келли вернулся в Лос-Анджелес. Картер Абрамс, самодовольный в кричащем галстуке с принтом пейсли.

– Отличная вечеринка, я прав? – он ухмыляется мне. – Но, насколько я помню, ты говорил, что у тебя нет отношений с Келли.

Это старое дерьмо.

– Она больше не работает на тебя, – говорю я ему ледяным тоном. – Поэтому нет ничего неправильного в том, что мы встречаемся.

– О, я всего лишь иронизирую, парень, – Картер хлопает меня по спине, и мне приходится сдержаться, чтобы не дать ему в глаз. – Мне все равно, что вы трахаетесь, как кролики. Живите и дайте жить другим.

– Знаешь, а ты везучий, – рычу я.

– Правда?

– Да. Будь мы в другом месте, я бы переломал тебе все кости, – говорю я как бы между прочим, будто бы мы просто валяем дурака. – Я бы так вмазал тебе по морде, что ты месяц провел бы в реконструктивной хирургии.

Картер побледнел.

– Но это испортит вечеринку, так? – продолжаю я, взяв с барной стойки свою выпивку и оставив огромные чаевые. – К тому же, Келли нужно, чтобы все прошло гладко. Так что сегодня твой счастливый вечер, сволочь. Но в следующий раз, когда ты заговоришь со мной, я, возможно, передумаю.

Я оставил его дрожать, словно трусливую сучку, кем он и является. Но к черту его, я готов был порвать на куски любого. Не Картера, а все это гребанное шоу.

Непомерно богатые, миллион лжецов.

Над лестницей висит черно-белый портрет Эшкрофта, сверху взирающего на всех нас. Я смотрю на него, ощущая знакомую боль обиды и кипящий гнев. Но сегодня что-то еще прячется под обычной яростью.

Сомнение.

С тех пор, когда Келли показала мне те фотографии с угрозами, я не знаю, что думать. Все было так просто, пока я не пришел сюда. Эшкрофт был бессердечным ублюдком, который уничтожил моего отца, и в отместку я бы уничтожил его наследие. Но сейчас мне интересно, что к чертям собачьим там происходило тогда? Кто его шантажировал? И чего он хотел?

Он вышвырнул моего отца, чтобы насолить ему, или чтобы попытаться спасти ему жизнь?

В любом случае, сейчас это ничего не значит. Эшкрофт и мой отец оба в могиле. Все, что осталось сейчас, это его компания, его наследие.

И Келли.

Я вижу, как она идет по залу.

Черт.

Она прекрасно выглядит. Черт, она всегда красива, но здесь есть еще кое-что: ее волосы заколоты, глаза сияют от восторга, ее тело обтягивает длинное платье.

Она болтает с кем-то из гостей, улыбается, заставляя их чувствовать себя непринужденно. Люди окружают ее, чтобы приветствовать неофициальную звезду сегодняшнего вечера. Она переносит это внимание так, будто была рождена для него, хотя, я знаю, она безумно нервничает, стараясь произвести правильное впечатление.

Чувствую непривычную дрожь в груди. Гордость. Одержимость.

Любовь.

Нет. Черт, нет.

Я допиваю остатки виски и с подноса беру еще один напиток.

Делаю глоток, и ругаю себя. Только лишь потому, что эта девочка сильная и умная, и чертовски классная в постели, ты ни на минуту не можешь подумать, что это могло бы быть реальностью. Это говорит твой член. Ты знаешь, как это кончается. Ты клялся никогда снова. 

Я снова смотрю на нее. На ее сочных губах красная помада, и я пристально смотрю на них, представляя, как они скользят по моему члену, как она стонет от удовольствия, когда я вхожу до самого конца. Как ее киска мокнет только от того, что она отсасывает мне.

Мой член дернулся. Да, это мне больше нравится. Никакого эмоционального дерьма, затмевающего мой разум, а простая жесткая похоть. Эта власть, которая есть у нее надо мной, только физическая. Так должно быть.

Мое сердце больше не знает, как любить.

Я пробираюсь сквозь толпу к ней. Ее окружают деловые типы, группа стариков, внимающих каждому ее слову и похотливо ее разглядывающих.

– …мы можем обещать вам…Вон! – ее лицо озарилось, когда она увидела меня.

– Привет, детка, – я обнимаю ее за талию и ухмыляюсь тем парням. – Извините, но мне нужно украсть ее на минутку.

Я увожу Келли прочь до того, как у кого-нибудь появится шанс возразить.

– Что происходит? – она спрашивает меня, семеня на каблуках, чтобы угнаться за мной.

Я веду ее вверх по лестнице на противоположную сторону мезонина. Здесь спокойнее вдали от толпы, с видом на актовый зал.

– Вот, что происходит, – я толкаю ее на балкон, наслаждаясь вкусом ее сочного рта. Она со стоном поддается мне.

Мой член стал тверже.

Я немного отстранился. Она улыбнулась.

– Эй, – мягко говорит она, проведя руками по лацканам моего смокинга. – Ты прекрасно выглядишь.

– А ты выглядишь чертовски привлекательно, – я схватил ее за талию, затянутую в красный шелк, словно в сексуальную подарочную упаковку. Мои руки скользнули ниже, по великолепному изгибу ее задницы. – Ты сделала то, что я тебе сказал? – бормочу я.

– Никаких трусиков? – взгляд Келли становится дразнящим. – Может быть, да. Может, нет. Тебе придется узнать это позже, – подмигнув, говорит она.

Позже? К черту это. Я в дюйме от ее голой дрожащей киски, и я ни за что не отпущу ее, не проникнув в нее глубоко и не доведя ее до сумасшествия.