Чтение онлайн

— Ну и как, выдержал я испытание? — Его глаза весело блеснули.

— На пять баллов!

— Рад слышать. Если бы я не произвел на вас впечатления, меня бы это обеспокоило. Ну а теперь позвольте вас поздравить — вы покорили Абигайль во время вчерашней встречи.

Пэт понравилась его манера вести разговор (шутливое замечание для начала и быстрый переход к делу), понравилось и то, что он не стал тратить время на вступление.

— Сенатор — поразительная женщина. Думаю, что это подтвердит каждый, кому довелось с ней встретиться. — Пэт сделала паузу и добавила со значением: — Хотя я не имела счастья беседовать с ней долго.

Пелхэм махнул рукой.

— Знаю, знаю. Абигайль трудно ухватить за пуговицу. Именно поэтому я и попросил ее людей заранее подобрать для вас нужные материалы. Не рассчитывайте на особое содействие со стороны самой леди — она не слишком склонна к сотрудничеству. Я запланировал ваш выход в эфир на двадцать седьмое.

— На двадцать седьмое? Двадцать седьмое декабря?! — В голосе Пэт появились звенящие нотки. — Но это же означает, что мы должны все отснять, смонтировать и озвучить за неделю!

— Именно так, — кивнул Лютер. — И вы как раз тот человек, который способен это сделать.

— Но к чему такая гонка?

Лютер Пелхэм подался вперед, скрестил ноги и самодовольно улыбнулся:

— Дело в том, что это не обычная документальная программа. Пэт Треймор, вы имеете шанс помочь рождению королевы.

Пэт вспомнила вчерашний разговор с Сэмом.

— Вице-президент?

— Вице-президент, — подтвердил Пелхэм. — Рад, что вы держите нос по ветру. Так вот, прошлогодняя операция ему не помогла. Мои шпионы в больнице сообщили, что у него обширный инфаркт и, если он не хочет отправиться на тот свету, ему придется изменить образ жизни. Значит, он скорее всего подаст в отставку, и это время не за горами. Конечно, президент сделает вид, будто рассматривает несколько кандидатур, и даже поручит спецслужбам их проверить, чтобы порадовать своим беспристрастием все партийные фракции. Но у Абигайль самые высокие шансы. И мы должны выпустить в эфир такую передачу, которая заставит миллионы американцев послать президенту телеграммы в поддержку Абигайль. Вот какая у нас цель. И подумайте, как это может сказаться на вашейкарьере.

Сэм говорил лишь о возможности отставки вице-президента и назначении Абигайль. Лютер Пелхэм явно считал и то, и другое почти решенным делом. Оказаться в нужном месте в нужнее время, стать свидетелем рождения истории — мечта каждого журналиста.

— Если слухи о состоянии здоровья вице-президента просочатся...

— Просочатся — слабо сказано, — ухмыльнулся Лютер. — Я выложу эту новость в сегодняшнем выпуске последних известий, включая сведения о том, что президент подумывает о назначении своим заместителем женщины.

— А на следующей неделе выйдет наша передача о сенаторе Дженнингс! Она ведь не очень хорошо известна среднему избирателю, и все захотят узнать о ней побольше.

— Точно! Теперь вы понимаете, зачем нужна спешка? Мы должны сотворить нечто совершенно умопомрачительное.

— Только вот... Если мы сделаем передачу такой пресной, как требует сенатор, вы не получите и дюжины телеграмм в ее поддержку, не говоря о миллионах. Я в этом уверена, поскольку заранее провела специальный опрос, чтобы выяснить отношение американцев к сенатору Дженнингс.

— И каковы же результаты?

— Пожилые люди сравнивают ее с Маргарет Чейз Смит. Они считают ее волевой, решительной, умной.

— И что в этом плохого?

— Все опрошенные отметили, что не знают Абигайль Дженнингс как человека. Ее считают слишком сухой и официальной.

— Продолжайте.

— Совсем другой подход у молодежи. Молодые люди обоего пола с воодушевлением отнеслись к известию, что сенатор когда-то победила на конкурсе красоты штата Нью-Йорк. Они хотели бы подробнее узнать об этом эпизоде ее биографии. А те избиратели, которые помнят, что сенатор Дженнингс родом с северо-востока, обижены, что она никогда не упоминает об этом. По-моему, замалчивая и то, и другое, сенатор делает ошибку. А мы усугубим эту ошибку, проигнорировав первые двадцать лет ее жизни...

— И все-таки она никогда не позволит вам рассказать об Эйпл-Джанкшене, — категорическим тоном заявил Лютер. — Так что давайте не будем попусту тратить время на уговоры. Абигайль призналась мне как-то, что, когда она отказалась от титула «Мисс штат Нью-Йорк», ее там чуть не линчевали.

— Лютер, она заблуждается. Неужели вы всерьез полагаете, будто кто-то в Эйпл-Джанкшене до сих пор осыпает Абигайль проклятиями за то, что она не поехала в Атлантик-Сити на конкурс «Мисс Америка»? Да я готова спорить, что едва ли не каждый в этом городе хвастает, что знал ее в те годы. А что касается отказа от титула, то подумайте сами: у кого не вызовет сочувствие рассказ о том, как юная Абигайль, шутки ради, приняла участие в конкурсе, а позже прониклась отвращением к самой идее шоу, где девушек выставляют напоказ, словно куски говядины на витрине? Конкурсы красоты теперь не в моде. Мы должны убедить сенатора изменить мнение, пока этого не сделал кто-нибудь еще.

Лютер забарабанил пальцами по столу. Рассудок и интуиция говорили ему, что Пэт права, но сенатор высказалась о том давнем конкурсе со всей определенностью. Предположим, они уговорят Абигайль включить в программу кое-какой материал о годах ее юности; а вдруг это приведет к неожиданным неприятным последствиям? Лютер был полон решимости стать той силой, которая протолкнет сенатора Дженнингс в вице-президенты. Конечно, партийные лидеры вытянут из Абигайль обещание не баллотироваться на пост президента в будущем году, но, черт побери, такие обещания даются только для того, чтобы их нарушать! «Потомак» будет продвигать Абигайль вперед и вверх, пока не придет день, когда она станет хозяйкой Овального кабинета — и этим будет обязана ему, Лютеру Пелхэму.

Он внезапно осознал, что молодая журналистка спокойно наблюдает за ним. Большинство людей, которых он брал на работу, не знали, куда себя девать во время первой личной беседы с боссом. Полная непринужденность Пэт вызывала у Лютера смешанное чувство досады и удовольствия. За две недели, которые прошли с тех пор, как он предложил ей работу, Лютер не раз ловил себя на мысли, что часто думает о ней. Она толковая девушка — при обсуждении контракта задала ему все необходимые вопросы; к тому же чертовски хороша собой — не просто смазливая девчонка, а настоящая красавица. У нее врожденный дар располагать к себе собеседника — качество, необходимое в профессии журналиста. Ее открытый взгляд, негромкий, чуть хрипловатый голос способны вызвать на откровенность кого угодно. А за всем этим чувствуется скрытая, волнующая сексуальность...

— Расскажите мне, как вы представляете себе передачу в целом, — потребовал Лютер.

— Сначала Эйпл-Джанкшен, — мгновенно откликнулась Пэт. — Я хочу съездить туда и посмотреть, что удастся найти. Может быть, сделаю несколько снимков города, дома, где она жила. Нам очень на руку то обстоятельство, что мать будущего сенатора была экономкой, а сама Абигайль училась в колледже и жила только на стипендию. Это же Американская Мечта, только на этот раз ее воплотила в жизнь женщина — национальный лидер.