Чтение онлайн

До пункта назначения добралась она быстро, ведь, во-первых, улицы Лутры к своим пятнадцати годам девушка знала хорошо, а, во-вторых, посещение семьи, а особенно Берта, вознаграждающего гостей улыбкой, было отдельным удовольствием. Правда, в этот раз мужчина отчего-то грустил, что и выражалось в отсутствии привычной для него улыбки.

– Добрый вечер, миледи.

Поцеловав руку, он вернулся к стойке и продолжил собирать одежду в красивые коробки.

– Добрый. Что случилось, Берт?

Окане не на шутку была взволнована поведением члена семьи, ведь без улыбки она видела его лишь пару раз, и оба раза были не самыми приятными на слова и события.

– Ничего серьёзного, милая леди. Просто в этом месяце у меня не выйдет посетить поэтический вечер, к которому я так сильно готовился…

Несомненно, это было значимым поводом для грусти, и Окане понимала, насколько Берту важно быть там. Выступление на вечере являлось для него особой наградой за труды, ведь в эти моменты портной, перевоплощающийся в поэта, буквально «подпитывался» настроением зала.

– А когда он?
– решила уточнить девушка, ведь с последними новостями совершенно про всё позабыла.

– Завтра, с шести до восьми вечера, - без былого восторга ответил мужчина. Обычно в день, предшествующий поэтическому вечеру, он не принимал посетителей по рабочим вопросам.

– А ты не можешь закрыть лавку? Почему?

– Увы, в этот раз никак. Путники завтра уходят из города, и они пообещали зайти именно в это время, ведь сегодня я не успел доставить заказ сам. Так бы, конечно, закрыл и ушёл, не переживая.

Окане также понимала, что Берт не имеет права подвести своих клиентов, и тут в голову ей пришла неожиданная идея:

– Я тебя подменю. Надо же просто отдать заказ? Я справлюсь, да и вечером мне делать нечего.

– Честно, я не хотел бы кого-либо обременять, но этим ты меня очень спасёшь, - на лицо его вернулась привычная улыбка.

– Тогда договорились. Я приду в пять, чтобы ты точно успел. И не переживай - для того и нужны друзья!

Планов на вечер у неё особенно-то не было, да и она была уверена, что успеет вернуться после встречи с Бароном Субботой.

– Ой, я был так раздосадован, что совсем забыл… Ты пришла за костюмом Мастера, да?
– всполошился мужчина, забежав за стойку и достав из-под неё коробку.

– Ага.

– Держи, всё уже оплачено. Я думал, что он придёт сам, дабы поставить новый портал, - тараторил портной.

– У Мастера сейчас немного удручённое состояние, но он обязательно заглянет в другой раз, не переживай, - принимая коробку, ответила девушка.

– Что ж, пусть. Хорошей дороги Вам, леди, - мужчина галантно придержал дверь.

– Спасибо, Берт. До завтра, - Окане поспешила к ближайшему порталу.

Одна лишь мысль о встрече с Бароном будоражила, но девушка искренне надеялась, что встреча эта пройдёт хорошо, а Мастер и правитель Лутры в ней не разочаруются… А других причин для встречи, кроме как убедиться в её способностях, у Барона, верно, и не было.

Утро следующего дня выдалось беспокойным. Окане встала раньше Мастера; в первую же очередь выпила гранулу от Вей и проверила кристалл связи, сообщение на котором гласило, что встреча состоится сегодня в девять часов вечера. Девушка улыбнулась, осознавая то, что всё успеет; умывшись и приготовив завтрак, она разбудила Мастера, и, пока тот приводил себя в порядок, успела позавтракать сама. Финальные же приготовления к визиту были куда более тщательными: по просьбе учителя Окане надела скромное чёрное платье ниже колен. Владелице оно не сильно нравилось, но Берт хорошо поработал над его дизайном, расшив золотыми птицами и розами. Сам Мастер надел костюм, накинул приличного вида плащ, вручив похожий девушке. Нечасто ей доводилось видеть Мастера таким: зализанные в хвост тёмные волосы, ухоженная борода, побритые щёки и сидящая «на ура» чистая одежда.

– Вот бы ты одевался так каждый день.

– Мы разорились бы, - довольно серьёзно бросил мужчина.

Было видно: сейчас мужчине не до шуток. Весь в напряжении, он с ученицей пробирался через телепорты. Барон Суббота, подобно остальным богачам, жил на южной стороне города, и оттого после цепи порталов путникам пришлось добираться пешком по широким улицам среди роскошных усадеб ещё около получаса, дабы наконец подойти к его дому.

Выглядело жилище Барона и больше, и светлее остальных усадеб, но главным украшением дома, в отличие от соседних с ним, были не цветы из мрамора, а змеи - с остальными точно не спутаешь. Двое личных охранников городского главы преградили было путь, но всё разрешилось после того, как Мастер показал им письмо. Вход был свободен, а за ним, внутри, открывалось необыкновенно просторное и красивое пространство. Окане казалось, что она попала в рай, но особенный, змеиный: они украшали здесь стены, потолки и даже столбы; не было, верно, ничего, что не отражало бы «чешуйчатой» эстетики. Дворецкий проводил гостей в дальнюю комнату на втором этаже: она, удивляющая огромными панорамными окнами с видом на город, пустовала, и лишь диван посередине был в ней единственным элементом мебели. Мастер замер, не садясь, и ученица сделала тоже самое. Ожидание казалось ужасно долгим, и хотелось было спросить Мастера о том, где запропастился этот Барон, но девушка вовремя решила этого не делать: змеи, нарисованные на полу, вдруг зашевелились и поползли к дивану, собираясь в настоящий круг телепорта. Круг засветился, и из него вышел высокий темнокожий мужчина в фиолетовом костюме с тростью и цилиндром на голове. Глаза его были неестественно большими, скорее походя на глазницы скелета… На это «нечеловеческое» сходство указывало и много другое: щёки Барона были впалыми, а скулы очень острыми; любой, его впервые увидевший, непременно бросил бы: «кожа да кости». На тёмной же коже Окане заметила очертания белой краски, и только в миг, когда свет вокруг погас, она поняла: белой краской на лице нарисован человеческий череп… Мимолётное сравнение переросло в мысли о том, что Барон Суббота - самый что ни на есть скелет. Строгий взгляд его чёрных глаз пугал, и девушка, не на шутку перепугавшись, невольно схватила Мастера за руку. Мужчина сжал её ладонь, стараясь приободрить. Барон же подошёл вплотную, заглядывая к нему в глаза, но тот даже не моргнул. Тогда хозяин поместья растянул белые губы в улыбке, обнажая ряд ровных зубов.

– Миктлантекутли!
– неожиданно воскликнул он, хлопая гостя по плечу. Окане вздрогнула: она впервые слышала, как Мастера называют полным именем.

– Да.

– Твои страхи стали глубже, - скелет жадно улыбнулся, словно желая съесть собеседников, - появление ученицы пошло тебе во благо.

Он сделал шаг назад, обратив своё внимание на Окане.

– Юная леди, - мужчина галантно протянул руку, и Окане по привычке вложила свою, но в ту же секунду об этом пожалела: из рукава Барона выползла толстая и холодная змея коричнево-зелёного окраса, что, тихо шипя, обернулась браслетом вокруг запястья девушки. Она чувствовала, как создание скользило по ней холодным, кожаным телом. Хотелось закричать, но приходилось сдерживать себя, дожидаясь, пока змея уползёт к хозяину.

– Потрясающе. Столько страхов, столько секретов, да и ты такая сладкая, - Барон наклонился к Окане, но коснуться губами её руки не успел, прерванный Мастером:

– Давайте перейдём к делу.

– Ах, да. Дело, - небрежно произнёс Суббота.

По пути к дивану он закуривал сигару, и, приземлившись на него, закинул ногу на ногу; живые змеи медленно ползали рядом с диваном, густая сигаретная дымка поднималась вверх, а тень его и вовсе жила в этот момент своей жизнью.

– Знаешь, Миктлантекутли, я так долго жду, что уже не знаю… Стоит ли оно, дело, того? Справишься ли ты? А если Окане сможет лучше?
– девушка вздрогнула, понимая, что Барон может прямо сейчас возложить на неё обязанности Мастера.

– Ученики должны превосходить своих учителей, - спокойно ответил тот, - однако Окане мала для такой работы даже по нашим законам.

– Да, в этом ты прав, но её изобретения, - владелец поместья растянулся в улыбке, а его тень стала потирать руки, - они столь новаторски, столь дики и интересны… Кто знает, быть может она и подаст тебе идею?

– Как только это случится, Вы сразу узнаете, - собеседник не дрогнул ни на секунду, подобно каменному форту вынося все слова Барона.

– Ты, - нахмурился он, выпуская дым из рта, - Миктлантекутли, знаешь, стал так скучен. Когда ты успел сделаться таким сухим? Может, после её смерти или…