Чтение онлайн

Черт, в конце концов, быть убитым своими собственными воинами, подумал он мрачно. Когда он открыл глаза, то на долю секунды заметил несколько юрт прямо впереди, потянул штурвал обратно вверх, чтобы пройти над ними и из-за потери скорости почувствовал содрогание, встряхнувшее машину. Управление было потеряно, и машина начала опускаться, сначала хвостом, затем вся с грохотом шлепнулась на землю.

Кабина отломалась от передка машины, и, закрыв лицо, он упал.

Наступил момент ошеломляющей тишины, а затем он почувствовал высокую температуру. Горели водородные баллоны.

Пинаясь и скребясь, он высвободил себя из запутанного плетения кабины и выполз на траву. Комок грязи брызнул ему в лицо, щелчок еще одной пули провыл над головой.

— Вы проклятые дураки, это — ваш кар-карт! — проревел он.

Еще одна пуля разрезала воздух настолько близко, что он почувствовал ее глухой всасывающий звук, когда она слегка задела его лицо и затем крики командира, несущиеся эхом, кричащего воинам, прекратить огонь.

Нерешительно, он встал на колени, зная, что съежиться на земле будет потерей лица. Он встал, отряхивая себя. Командир десятка подбежал, приостановился, повернулся, чтобы прокричать всем, опустить оружие, затем пал на колени.

— Простите нас, мой карт.

Его голос дрожал.

— Мы думали…

— Я знаю, что это был дирижабль янки.

— Да, мой карт. Возьмите мою жизнь в искупление.

Джурак потянулся и схватил командира за плечо, потянул его вверх, поднимая на ноги.

— Если бы я убил всех, кто сделал ошибку, я не думаю, что от моей армии многое бы что осталось.

Командир посмотрел на него широко раскрытыми от изумления глазами, и кивнул.

— Ваш командир умена, где он?

Дрожащий лидер десятки указал на поезд. Он видел, что к ним из любопытства подходили сотни. Он вдруг понял, что в долгой истории орд никогда не было кар-карта, который бы прибыл таким манером.

— Отведите меня к нему.

Джурак последовал за ним, поскольку его повели к длинной цепочке поездов. Новость о том, что произошло, уже распространилась вокруг, и все стояли на коленях, головы наклонились в искуплении и страхе.

Бокара, командир умена белоногих лошадей, выступил вперед на несколько шагов, остановился, и упал на колени.

Джурак показал ему жестом подняться.

Он начал бормотать извинение, но Джурак отрезал его.

— Твои воины будут готовы к рассвету?

— Да, мой карт. Последний из поездов прибывает прямо сейчас.

— Ситуация?

Бокара посмотрел на юг, на пылающий ад.

— Правду, мой кар-карт?

— Чего я и ожидаю и никак иначе.

— Угарк запаниковал, мой лорд. Когда он услышал, что янки приземлились в Сиане, он приказал, собрать всех лидеров скота и убить их. Мне доложили, что бунт уже вспыхнул, еще раньше, чем янки приземлились здесь днем. Слухи неслись между чинами, что их освободитель, бог Ганс, пришел, чтобы освободить их.

— Убить лидеров? Я это не приказывал.

— Я знаю, мой кар-карт.

— Продолжай.

— Мне доложили, что вчера вечером операторы-чины на городском телеграфе получили ваше сообщение. Я знаю, что оно было правильно передано через Ниппон, поскольку я был там и получил его, и удостоверился, что оно было передано.

Джурак кивал, ощущая, что Бокара также делал все возможное, чтобы умыть руки от этой ошибки.

— Очевидно, что телеграфисты скота не отдали сообщения Угарку, а на самом деле распространили новость среди своего собственного вида. Таким образом бунт фактически начался до того, как янки приземлились здесь.

Джурак кивал. «Снова это показывает нашу слабость», подумал он. «Наши важнейшие сообщения несут наши враги». Он должен был понять, что конечно, учитывая то, что содержало его сообщение Угарку, телеграфисты скота будут скрывать его и использовать против него. И то, как Бокара рассказывал о бунте, несло с собой определенное недоверие, ведь рабы чины, более немые, чем самое немое животное, с его точки зрения были неспособны на такое восстание.

— Мой поезд прибыл сюда прямо перед закатом. Я услышал, что Угарк уже был мертв и что Тамука захватил командование.

— Мерк?

— Да, мой кар-карт.

— Как, черт побери? Я хотел, чтобы его задержали.

— Сэр. Он носит крест кар-карта и сказал, что вы дали ему власть.

— Где он сейчас?

— Я не знаю, мой кар-карт. Согласно донесениям, он к западу от города, сражается, сплачивая вокруг себя воинов, которые выжили. Они говорят, что он отлично воюет.

Джурак уловил нотки восхищения в голосе Бокара. Не было ли это также тонким способом передать свое несогласие. Слишком многие из его собственной орды фактически восхищались фанатичной манерой Тамуки и ненавистью к скоту.

— Тогда позвольте ему сражаться там, в течение ночи, — заявил Джурак, наконец, посчитав, что решение проблемы с Тамукой может подождать.

— Я прибыл сюда, в то время когда скот начал толпами валить из горящего города. Это походило на волны большого океана, мой кар-карт, никто не мог остановить их, ведомых паникой, когда огонь гнал их позади. Я оставил свою попытку попытаться соединиться с теми, кто собрался около Тамуки, решив, что лучше всего отступить, перегруппировать мои умены здесь, к северу от города, и дождаться рассвета, чтобы двинуться всеми силами.

Джурак кивнул в согласии.

— Второй умен?

— Также уже перестраивается. У нас будет двадцать тысяч хорошо вооруженных воинов, при поддержке артиллерии и полдюжины броневиков, которые мне удалось вытащить с одной из фабрик прежде, чем она была захвачена.

— Очень хорошо.

— Мой лорд.

— Да.

— Лагерные стоянки кланов черных лошадей и серо-хвостатых лошадей. Наши соплеменники находятся в летних лагерях на юге, на холмах.

Джурак не совсем понял на минуту, к чему он клонит.