Чтение онлайн

— Догнать! — коротко приказал поручик. — Догнать и отдать собакам на расправу. Живыми не брать. Вы меня поняли?

— Так точно, ваше благородие, — козырнул старший из конвоиров. — Собаки свою работу сделают.

— Вперед!.. Они не могли уйти далеко!

…Люди с трудом сдерживали рвущихся по следу волкодавов, бежали на пределе сил, обнаруживая все более свежие отпечатки.

Кузьма и Лука услышали лай погони, в панике заоглядывались, прибавили ходу, хотя силы были на исходе.

Собаки настигали их. Конвоиры свистели и кричали.

Убегающие сбросили лыжи, попытались бежать в густую тайгу, путаясь в глубоком снегу и падая.

Натасканные на преследование псы вскоре настигли их.

Набросились жадно и остервенело. Люди пробовали отбиваться, но животные с азартом грызли им руки, ноги, одежду, лица, глотки.

Снег окрашивался кровью.

Вскоре все было окончено — на вытоптанной полянке лежали два бездыханных тела. Собаки возбужденно скулили, конвоиры с трудом сдерживали их.

Егор Никитич смотрел на князя спокойно и даже с некоторой иронией.

Икрамов полистал бумаги, принесенные следователем, поднял глаза на визитера.

— Я, ваше высокородие, — произнес тот, — имею нехорошую привычку излагать свои мысли прямолинейно и достаточно откровенно. Невзирая на ранги и звания.

— Похвально, — кивнул князь, улыбнувшись. — Вы готовите мне некий сюрприз?

— В каком-то смысле да, — следователь достал из папки карандашный портрет Таббы под кисеей. — Вам никого не напоминает сия дама?

Ибрагим Казбекович взял листок, довольно внимательно стал изучать его.

— Что-то знакомое есть, но припомнить не могу.

— Позвольте вам подсказать, князь?

— Разумеется.

— Помните, в свое время в оперетте блистала мадемуазель Бессмертная?

От услышанного Икрамов на мгновение замер, но совладал с собой, довольно спокойно ответил:

— Помню. Не однажды бывал на ее спектаклях.

— Совершенно верно, Ибрагим Казбекович. Но, опять же по моим сведениям, вы какое-то время были весьма увлечены ею.

Князь вспыхнул.

— Это имеет отношение к конкретному разговору?

— В какой-то степени. Однако степень остроты будет известна со временем.

Икрамов взял папиросу, закурил.

— И что же, по вашим сведениям, приключилось с примой после «Инвалида»?

— Сведения, ваше высокородие, разноречивы. Ходили слухи, будто бы она основательно опустилась, даже оказалась едва ли не на паперти, но спустя какое-то время следы ее затерялись совсем.

— Есть сведения, будто она живет в доме княжны Брянской?

Гришин удовлетворенно пожевал губами, кивнул.

— Я к этому иду, — достал из папки второй портрет, протянул Икрамову. Это был тоже портрет Таббы, но уже после посещения ею театра. — Как вам эта особа?

— Очаровательна. Кто она?

— Кто она? — переспросил Егор Никитич. — В этом вся прелесть и завлекательность момента.

Гришин сунул портреты в папку.

— Это, князь, одна и та же особа.

Икрамов внимательно посмотрел на следователя, совсем негромко спросил:

— Вы хотите сказать, что на обоих рисунках… мадемуазель Бессмертная?

— Именно это я и намерен вам сообщить, ваше высокородие.

Князь откинулся на спинку кресла.

— Мне трудно в это поверить!

— Мне также, князь. Поэтому не стоит торопиться с окончательными выводами. Необходимо время, чтобы провести слежку, поработать с агентами, сопоставить факты и уже затем проводить следствие. Но как начальнику следственного управления Департамента полиции я обязан был доложить вам о ходе ведения дел по налетам на банки.

От подобного заявления князь сильно раздавил окурок в пепельнице.

— Уж не хотите ли вы сказать, будто мадемуазель замешана в налетах?

— Прямых улик пока нет. Однако отдельные факты настораживают и заставляют следствие двигаться именно в этом направлении.

— Но это невероятно!

— В наше время, ваше высокородие, все вероятно. Выгляньте в окно, послушайте, какие песни распевает народ, и вы согласитесь со мной.

Гришин завязал тесемки папки, поднялся.

— У меня все. Если у вас, князь, имеются вопросы ко мне, я готов ответить.

Икрамов вышел из-за стола, приблизился к следователю.

— Вы ведь в свое время вели дело Соньки Золотой Ручки, матери госпожи Бессмертной?

— Совершенно верно, князь. Более того, весьма сочувствовал воровке. Но самое удивительное, я поймал себя на том, что начинаю также сочувствовать и ее дочери, мадемуазель Бессмертной.

— Вы сентиментальны?

— Скорее, излишнее желание войти в положение жертвы.

— И просьба, и совет. Если зайдете в тупик, подобный былому, не торопитесь пускать пулю в лоб. Вы, сударь, еще понадобитесь Департаменту полиции. И, кроме того, помните, что вожжи всех дел в моих руках!.. В том числе и по госпоже Бессмертной. Не дергайте их без моего ведома, сударь.

— Благодарю за напоминание, доверие и рекомендации, ваше высокородие. Постараюсь держать в голове ваши бесценные наставления, — ответил Егор Никитич и покинул кабинет.

Обучение аргентинскому танго проходило в обычном режиме — столь же жестко и нервно отсчитывала ритм Эва, самозабвенно играли музыканты, двигались, шурша платьями, танцевальные пары.

— Выход в променад! Идет поддержка!.. Стойка компактнее!.. Спинки прямые, головы откинуты!

Гришин сидел на втором этаже класса, через слегка приоткрытую дверь наблюдая за танцующими. Его больше всего интересовала девица в изящной масочке и ее партнер. Они, пожалуй, были здесь самой эффектной, самой привлекательной парой.