Чтение онлайн

В медпункте Колин бывал уже столько раз, что и не сосчитать, но редко случалось так, чтобы это он сидел у койки, на которой кто-то другой несет всякий бред под действием обезболивающих.

– Как демон. Или привидение. Или… у него лицо плавилось, – бормочет Джо.

– Да все уже в порядке, – успокаивает крестного Колин. Джо всю ночь трепался о демонах. – Это все морфий.

Открывается дверь, и входит Мэгги со свежими бинтами и стаканом воды. Ей немногим больше двадцати, но в глазах, полных заботы, в усталых морщинках на лбу читается мудрость гораздо более зрелой женщины.

– Как он? – спрашивает она у Колина.

– Все несет какую-то фигню насчет демона с расплавленным лицом.

Сжав губы, Мэгги мычит что-то неопределенное и откидывает с Джо простыню, проверить состояние повязки.

– Его надо бы в больницу отвезти, так надежнее будет.

– Да в порядке я, – ворчит внезапно очнувшийся Джо. – Вот еще, два часа езды ради того, с чем ты сама справишься получше.

– Я могу тебя зашить, но рана глубокая. Шрам будет, и немаленький.

– Я остаюсь. Перед кем мне тут щеголять безупречной кожей.

– Шрамы украшают мужчин, – говорит Колин, стараясь его отвлечь.

Джо стонет, когда Мэгги снимает с раны пропитанную кровью повязку. Колин, внутренне сжимаясь, отводит взгляд. Порез глубокий, но чистый, и Колин уверен, что в ране мелькнула кость. Мэгги прогоняет его на другой конец комнаты, пока она накладывает швы. У него все внутри переворачивается, когда он видит Джо таким: старым и уязвимым.

– Иди отсюда, парень, – говорит Мэгги, кивая на дверь. – Ты зеленый совсем.

– Я… никогда его таким не видел.

– Угу. А как ты думаешь, что чувствовал он, наблюдая тебя в гораздо худшем виде, не знаю даже сколько раз?

Колин знает, что она права. Ему вспоминается, как он, бывало, лежал здесь или в больнице после очередного падения: сломана пара ребер плюс огромная дыра в скальпе. Он тогда еще гадал, сумеет ли выжить. Все казалось так просто: либо умрет, либо нет. Ему и в голову не приходило, что могут чувствовать другие при мысли о том, что могут его потерять.

– Иди давай. Поспишь хоть. Я тут пригляжу, – говорит Мэгги.

Колин смотрит на человека в койке.

– Ты как, Джо?

Джо кряхтит, пока Мэгги обрезает нить.

– Завтра на работу пойду, – говорит он.

– Черта с два, – смеется медсестра.

Колин резко просыпается, когда Джей возвращается в их с Колином общую комнату. Скользнув по стене, тусклый свет из коридора исчезает опять.

– Надеюсь, ты один, – бормочет Колин в подушку. Это был безумный день, и последнее, чего ему хочется – иметь дело с одной из девушек Джея, потихоньку проникшей к ним в комнату Если их поймают, выговор получат все трое.

– Я один. Чувак, как же я устал.

Колин слышит, как шуршит одежда, как, споткнувшись, ругается Джей, и приглушенный стук об пол – ключи, потом кроссовки. Жалобный стон матраса, когда Джей с размаху падает на кровать. Промычав что-то, он переворачивается на живот.

Дыхание Джея выравнивается, и Колин приоткрывает один глаз, пытаясь разглядеть часы рядом с кроватью. Четыре утра, с одной стороны, слишком рано, с другой – слишком поздно; где был Джей, не угадаешь.

– Ты где пропадал? – спрашивает он. Джей не отвечает, и он задает вопрос опять, погромче, потянувшись при этом здоровой рукой за пустой бутылкой из-под воды, которую швыряет в направлении Джея.

Джей вздрагивает, поднимает голову, потом снова роняет ее на подушку.

– Слушай, чувак, я сплю.

– Шелби? – спрашивает Колин.

– Не. С ней вечно сплошные драмы. Не говоря уж о том, что она психованная.

Колин закатывает глаза, а также фыркает, чтобы его неодобрение уж точно дошло до Джея, пусть он его и не видит.

Все девушки, с которыми встречается Джей – психованные.

– Как там Джо?

– Серьезный порез на ноге, – отвечает Колин, потирая лицо. – Но в остальном, когда я уходил, вроде все было нормально.

– Ему ж поди семь тысяч лет, – удивляется Джо. – Но все нипочем. Даже когда все это гребаное крыльцо под ним обвалилось.

– Ему семьдесят два, – ворчит Колин. – И ему просто повезло. Пару сантиметров левее, и он бы истек кровью до смерти.

На это Джей отвечает соответствующим случаю молчанием. Иногда, при удачном положении планет, даже до него доходит, что остроумные комментарии могут быть и не к месту.

– О, – произносит он с большим энтузиазмом. – Я тут твою девушку видел.

– Что?

– Люси. Видел ее по пути сюда. Она сидела пред Этан-холлом. Я ее спросил, не нужно ли ей чем помочь, но она сказала «нет».

– Для начала, она – не моя девушка…

Джей стонет в подушку.

– Поверь мне, – отвечает Колин и, открыв глаза, пялится в потолок: ему теперь не до сна. Над ним в темноте – россыпь звезд из светящейся в темноте пластмассы и модель Солнечной системы. Папа сделал для него эту модель незадолго до смерти, и она переезжала вместе с Колином в каждую новую комнату, где ему доводилось жить. Он вздыхает, опять трет руками лицо и думает, кто же эта странная девушка, и какого черта она делает снаружи, одна, в четыре часа утра. – Она сказала мне оставить ее в покое.

– Господи, – стонет Джей. – Да ты вообще хоть что-нибудь в женщинах понимаешь? Они все говорят подобную хрень. Да они и не могут иначе. Это, типа, прошито у них в мозгу или вроде того. Они так говорят, чтобы не грызть себя потом за то, что им хочется, чтобы мы на них накинулись. Я думал, это всем известно.

– Подобного рода рассуждения приведут к тому, что твоим будущим «сокамерником» будет твой же «малыш», – фыркает Колин.

– Если я не прав, тогда почему мне довелось перепихнуться, а ты лежал тут один в обществе собственной руки и кучи грязного белья?