Чтение онлайн

— Я имею в виду... ох, забудь. Да, я только что сделала комплимент твоему члену. Он огромный. Ну вот, ты теперь больше самоутвердился, как мужчина?

Она проделывает большую работу в попытке восстановления контроля над своими собственными комментариями, но видно, что все еще чувствует себя невероятно пристыженной.

— Слоан, я уже самоутвердился, как мужчина. Я чувствую себя каждый раз, как мужик, когда заставляю тебя кричать. Нет, пошло все на х*р. Я чувствую себя, как долбаный король, когда заставляю тебя кричать.

Она прекращает нести нервную чушь и переставлять вещи на столе и смотрит прямо на меня. Ее глаза пылают, и именно взгляд выдает внутренний огонь. Я не могу остановить себя. Существуют вещи, которые начисто лишают парней контроля, и этот ее взгляд, что прикован ко мне, — является именно такой.

— Поднимись, Слоан.

— Что?

— Поднимайся, мать твою, на ноги и следуй за мной. — Я встаю и оставляю свой кофе и нетронутый завтрак, протягивая руку. Она замирает на секунду, прежде чем берет мою ладонь в свою, чтобы следовать за мной.

— Куда мы идем?

Доходим до коридора, когда понимаю, что мы не дойдем до спальни. Я прохожу еще немного, чтобы добраться до арки в холле, резко хватаю ее и поднимаю вверх, впечатывая в стену, прижимаясь к ней всем своим телом.

— Зет!

— Да, во так. Слышать то, как ты произносишь мое имя это как... Это как чувствовать себя мужчиной, — рычу я. Влажные волосы касаются моего лица, когда я наклоняюсь, чтобы поцеловать ее шею, линию челюсти, ключицы. Нежная кожа ощущается на моим языке свежей и чистотой с присущим только ей вкусом. Член, как сумасшедший, пульсирует у меня в штанах. Мне необходимо обладать ей. Я, черт побери, больше не могу ждать.

Я стягиваю с нее футболку и в тот же момент опускаю голову к ее груди. Самая потрясающая грудь, которую когда-либо видел. Прижимаю ее нижней частью тела к стене, она оборачивает ноги вокруг моей талии, и я наконец могу взять в ладони и сжать эти замечательные сиськи. Слоан задыхается, ее голова откидывается назад, обнажая еще больше шеи. У меня, бл*дь, не хватает рук. Я хочу прикасаться и поглаживать ее везде.

— Черт бы тебя побрал, девчонка, — фыркаю у ее кожи, потираясь членом о нее. Это ощущается восхитительно; я хочу толкаться сильнее, погрузиться внутрь, чтобы она кричала так громко, чтобы могла разбудить весь дом.

Слоан невероятная. Я беру ее сиськи в свои ладони и сжимаю их вместе, таким образом, что розовые упругие и твердые соски буквально умоляют меня поласкать их. Она издает сдавленный стон, когда я облизываю их, посасывая каждый сосок по очереди и затем прикусываю настолько сильно, что она отрывисто выдыхает. Ее голова опускается вперед и укол воспоминания пронзает меня — когда я в последний раз трахал ее в такой позиции, она поцеловала меня. Как она просто подалась вперед и прижала свои губы к моим, проскальзывая руками в мои волосы. Как заставила меня пылать. Я могу с уверенностью сказать, что она тоже думает о том поцелуе. Это была бы самая нормальная вещь на земле — просто поцеловать ее прямо сейчас. Внезапно мое сердце заходится внутри грудной клетки, с каждым следующим ударом, словно убеждая меня: я не могу, не могу, не могу. Я немного отстраняюсь и позволяю ее ногам соскользнуть на пол.

— Какого...

Я расстегиваю ее джинсы, прежде чем она успевает закончить это предложение. Слоан собирается спросить, что не так, а я просто не хочу слушать это. Вся ситуация — она и я — не поддается каким-то описаниям.

Стягиваю с нее джинсы, немного усмехаясь, когда она опускает ладони на мои плечи для поддержания равновесия. Нет, не просто стягиваю, я срываю их, вместе с ними сдергивая ее легкие кожаные сандалии.

Она стоит передо мной в трусиках, сжимая руки в кулаках по бокам, пытаясь решить, прикрыть ей грудь или нет. Сотканная из плавных линий и мягких форм, стройная, но в то же время женственная, застенчивая, но отлично понимающая какую сексуальную энергетику она излучает.

Я должен трахнуть эту девчонку.

Прямо, мать его, сейчас.

— Развернись, Слоан. — Она бросает на меня осторожный взгляд, но ее грудь тяжело вздымается. Она возбуждена так же, как и я. И сделает все, о чем бы я ее не попросил прямо сейчас. И эта мысль воспламеняет меня. А если еще учитывать тот факт, куда прилила вся моя кровь прямо сейчас, то ощущение такое, словно, мой член может взорваться в любой момент. Она отталкивается от стены, медленно поворачивается, бросая на меня последний неуверенный взгляд через плечо.

Я лишь раз взглянул на ее черное кружевное французское белье, и со мной покончено. Три секунды на то, чтобы полностью раздеться. Я провожу руками по загорелому изгибу, сжимаю ее задницу, втягивая резкий вдох через зубы. Не могу больше ждать. Я не могу терпеть, когда мой чертов член вновь вернется домой, в ее тело. Мне потребовалась вся моя выдержка, чтобы неспешно толкнуться в тело Слоан, чтобы она могла удерживаться у стены. И я получаю то, на что так наделся, она наклоняется вперед, прижимаясь ко мне задницей. И это самая потрясающе красивая вещь, которую только мог видеть за всю свою жизнь.

Она дрожит от жажды. Я не шутил, когда сказал, что чувствую себя, как долбаный король целого мира, делая это с ней. Скольжу руками вверх по ее спине, достигая груди, обхватывая ее. Они тяжелые и полные, и это просто потрясающее зрелище. Чувствую себя, словно ребенок на игровой площадке, и ее тело — только моя игрушка. Я подаюсь бедрами вперед и чуть ли не кончаю в этот момент, и затем она изгибает спину подобно кошке и толкается своей задницей в мою сторону в ответ.

— Бл*дь, Слоан!

— Трахни меня, — выдыхает она в ответ. — Трахни меня сейчас. Пожалуйста. Пожалуйста.

Ее сбившееся дыхание, словно музыка для моих ушей. Она уже влажная для меня — чувствую это через трусики, которые уже оставили влагу на головке моего члена, поэтому я не действую нежно. Просто не могу. У меня нулевая выдержка. Я сжимаю в кулаке материал милых трусиков и срываю их с ее тела, не испытывая совершенно никакого раскаяния по этому поводу. Я куплю ей еще. Куплю ей черное белье стоимостью тысячи долларов в обмен на эти прямо сейчас. Эта самая справедливая сделка, которую я когда-либо совершал. Слоан вскрикивает, я могу сказать, что она пытается остановить себя, но ей это не удается. Издаю про себя победный петушиный клич из-за того, что она не может себя контролировать.