Чтение онлайн

Эльф взял меня за руку. Вроде как для того, чтобы я лучше ориентировалась в подземных улицах, но мне хотелось думать, что просто потому, что ему так захотелось.

— Смотри, — показала я Иорану на открытую ливневку вдоль дороги, что отводила воду во время обильных дождей.

Прямо сейчас вниз по склону, едва не заходя за края стока, обильно стекал ручей.

— Там наверху, — я подняла палец к небу, — Дождь! Солнца нет, хотя сейчас день. Пойдём? Когда ты последний раз видел дождь?

Иоран пожал плечами, жестом демонстрируя, что он действительно не помнил когда.

И я порадовалась.

Одно дело — терпеть дождь в походных условиях, другое — выйти на минуту, промокнуть насквозь, а потом вернуться домой и нырнуть обратно в объятия тёплого одеяла.

Тем временем там, на поверхности, хлестало так, что не было видно ни зги. Даже главная пирамида перед нашим взором превращалась в огромное сплошное пятно — не разобрать ни ступеней, ни плато.

Пирамида!

Чёрт!

Мысленно я треснула себя рукой по лбу. Завтра же отправлюсь в храм говорить с жрецами!

Сейчас идти к религиозным светилам смысла не было — прямо в этот момент святоши были заняты тем, что перед толпой свидетелей скрепляли союз двух «влюблённых» сердец.

Зажмурившись, я запрокинула голову, подставила лицо под обильные дождевые струи и глупо по-детски улыбалась. Мгновение — и я мокрая до нитки. Льняное платье цвета индиго стало заметно тяжелее и липло к телу, чётко вырисовывая стан.

Ещё одно мгновение — и я почувствовала тёплые ладони на моей талии, а с ними опьяняющий вкус прохладных губ и лёгкое касание языка. Желанный поцелуй — сладкий, как патока, смешанный с дождём и приправленный лёгким привкусом вина.

Глава 15

О, сколько страсти, сколько алчности было в том поцелуе!

Иоран не целовал — со всем нетерпением пил жизнь огромными глотками. Прижимал к себе крепче, настойчивее сминал ткань моего платья и высасывал душу, как сам дьявол.

И я подалась навстречу, встала на цыпочки, — какой же эльф был высокий! — обвила шею руками, зарылась в волосы и с тем же яростным пылом отвечала на его поцелуй.

Бесстыдное греховное вожделение. Головокружительная опьяняющая сладость. Фигурный хаотичный контрданс.

В душе танцевало победное ликование, а вместе с ним росла и паника.

Опасное увлечение!

Я уже слышу в голове истошный вопль пошатнувшегося спокойствия, мольбы о помощи страдающего рассудка.

Сладость и горечь, триумф и поражение, страх и решимость внутри меня выплясывали задорную джигу, менялись парами и снова сплетались вместе. Кружились, летели, звенели и падали.

Дьявольскому танцу вторил дождь — усиливался, застилал глаза, отрезвлял дурман терпкого вина. Но я, мокрая насквозь, не чувствовала холода — внутри меня неистовало пламя.

Взрывы грома заглушили шум ливня. Небо ударило в свой огромный набат и заставило нас одновременно вздрогнуть.

Иоран оборвал поцелуй, обнял меня и, прерывисто дыша, шепнул на ухо:

— Пойдём скорее домой. Вымокли. Хватит. Ты же человек! Заболеть можешь. Пойдём!

Дроу потянул меня к спуску в подземелье и я последовала за ним. Я понимала, эльф был прав — задерживаться более не стоило.

Однако к поместью мы шли катастрофически медленно, то и дело снова возобновляя поцелуй. Иоран прижимал меня спиной к шершавой стене подземных коридоров, я упиралась лопатками в острые грани тхаэльских строений и издавала тихий стон. Его руки блуждали по спине, гладили плечи, шею, лицо, сплетались с волосами, а затем снова устремлялись вниз, задирали платье, чтобы огладить оголившееся бедро.

Тело ныло от предвкушения, внизу живота требовательно пульсировало. Я чувствовала возбуждение эльфа и горела от собственного желания, но в молчаливом сговоре мы медлили, оттягивали момент.

Что будет, когда мы вернёмся в поместье? В нашу спальню. Утопим друг друга ещё сильнее, поддавшись соблазну, или начнём борьбу с этой чудовищной неуёмной тягой друг к другу, в которой всё равно проиграем?

Нет, я не хочу противостоять его огню, когда сама — такой же огонь. Хочу забыться, утонуть, отдаться без остатка и гнать мысль о сожалении, что потом неизбежно сомкнётся на нашем горле холодной костлявой рукой.

До покоев мы не дошли.

У поместья нас уже ждали — высокая эльфийка с уродливым шрамом на щеке, она же королевский дознаватель, а вместе с ней стража и жреческий конвой.

— Арестовать, — услышала я приказ эльфийки и меня тут же скрутили воздушной магией, — Этого забирайте, — продолжая раздавать указы, дознаватель махнула конвоирам, — Трогать не вздумайте. С ним тоже скоро побеседуют.

Сладкая головокружительная нега тут же разбилась, разлетелась мелкими осколками и впилась под кожу пронзительной досадой. Как будто спящего окатили ледяной водой и жестоко выдернули из сказочного сна.

Я непонимающе мотала головой, беспомощно пищала и невнятно блеяла — пыталась прояснить причину ареста, но тщетно.

За поцелуй с эльфом, которого мне с самого начала навязали в любовники, под стражу не берут. Но и закон нарушить за эти пару часов я не успела.

— Объясните! Что произошло? В чём меня обвиняют?! — я кричала до хрипоты.

Дознаватель никак не реагировала на мои вопросы, а стража, грубо схватив меня под руки, тут же потащила, как я предполагаю, в Дом Правосудия.

Иорана же повели обратно в храм. Он пытался сопротивляться, так же как и я, исступленно мотал головой, рычал, что-то выкрикивал, вырывался, но толку не было — что можно сделать против вооружённого конвоя?