Чтение онлайн

…

— Точнее вопрос прекращения там войны. Решать как угодно — но решать.

Народ завис. Понимаю.

— Все помнят бдения у Юрия Владимировича?

…

— Вот, давайте и побдеем. Или побдим.

Бдения у Андропова — это были полноценные мозговые штурмы. Я не был ни на одном из них, только читал — но кто сейчас это проверит? Авторитет надо нарабатывать.

Кстати, с бдениями Андропов опередил западный менеджмент лет на десять…

Начали отрабатывать сценарии.

Первый — уходим совсем. Американцы, скорее всего не выполнят обещания, а то и не дадут их — и мы через некоторое время получим на своей границе враждебный, радикализованный, скорее всего вооруженный трофейным оружием Афганистан. Даже если мы будем успешно защищать свою границу — воздействие источников радикального ислама на Среднюю Азию трудно спрогнозировать. Но то что добра от этого не жди — это точно.

Второй вариант — уходим, но частично. Как оказалось, такой вариант уже рассматривался. Просчитывались варианты. Оказалось, что для контроля Кабула и окрестностей надо не менее двадцати тысяч человек. Тогда же кстати прорабатывался совершенно новый для Советской армии вопрос контрактов — сверхсрочка с повышенным до тысячи и более рублей в месяц денежным довольствием. Ни к чему не пришли.

Третье — оставляем все так как есть — то есть уже запущенный процесс национального примирения с вялым выводом войск без сроков и в общем то без понимания, когда конфликт будет урегулирован и мы сможем уйти.

Вариант с победой даже не рассматривался.

Выслушав всех, начал говорить уже я

— …Исходя из всех трех пунктов, я вижу только одно — уверенность в том что сами афганцы не смогут или не захотят защитить завоевания своей революции. То есть, мы почему-то делаем афганцам революцию за них.

Все молчали, потому что и сказать было — нечего. А что тут скажешь?

— Товарищи, исходя из того что я знаю, там два основных языка — пашту и дари. Верно? \

— Не совсем так, товарищ генеральный — заговорил Соколов — языков, как и национальных групп там намного больше, но большинство — да, говорят на одном из этих двух языков. Причина в том что в Афганистане крестьянское и городское население принадлежало к разным народам, простые афганцы не смогли создать свою высокую культуру и были вынуждены пойти на ее заимствование в Иране. Персидская культура, ее ареал вместе с персидским языком — это фарси и есть — распространены далеко за пределами Ирана, есть даже фарсиязычные народности в Индии. Афганистан — сложная страна, север — это горы, но там традиционно и много городов, в которых кого только нет — от потомков воинов Александра Македонского до потомков басмачей, которых мы выгнали в двадцатые. Север страны говорит в основном на фарси, хотя встречается и таджикский и хазарейский и другие языки. Юг — в основном пустыни, единственный крупный город — Кандагар, но он и при королях был наполовину суверенен. Там есть свой король, свои принцы. Там зона языка пушту и главные там — племена пуштунов…

— Как же так получилось? — спросил я — такое разделение.

— Сложно сказать. Пуштуны расселены и на востоке страны, есть пуштунские племена в Пакистане, среди пакистанских офицеров немало пуштунов — они очень воинственны.

— А кто за нас?

— За нас в основном север — образованный класс, меньшинства, практически все женщины. В феодальном Афганистане они все подвергались угнетению и издевательствам, хазарейцы например занимались только тяжелой и грязной работой, такой как развозка дров, очистка выгребных ям.

— То есть, пуштуны в основном против нас?

Соколов замялся

— Не все так просто, Михаил Сергеевич. Руководство НДПА — почти все пуштуны, среди них есть очень прогрессивно мыслящие люди. Но они — да, многие из них изгои в своих собственных племенах, они отвергли старые догмы и принципы жизни ради марксизма и их за это ненавидят. С ними сложно. Некоторые офицеры говорили мне что по несколько лет не видели собственной родни — чтобы их не убили.

— Что если мы разделим Афганистан на север и юг по языковому и национальному принципу?

…

— Афганцы на это не пойдут, Михаил Сергеевич.

— Товарищи, рано или поздно нам придется заканчивать афганскую историю. Пока мы понимаем только одно — мы не понимаем как ее закончить. Мы расходуем, тратим ресурсы и не представляем, где в этой истории конец и сколько еще придется тратить. Это неприемлемо.

…

— Это как если течет кровь и ее не останавливать. Пока что это только предложение. Но его надо прорабатывать, как и остальные. Возможно, первым шагом будет что-то вроде федеративного устройства. Но затем… из того что сказал товарищ Соколов ясно: есть пуштунские традиционалисты, которые и являются оплотом реакции, и есть все остальные, которые готовы двигаться по пути социального прогресса.

Я же по дороге думал вот о чем.

Так как волей судьбы меня забросило сюда, сам не знаю зачем — приходится решать задачи по мере их поступления. Поступают они быстро. Но сейчас, по мере того как немного освоился, я начинаю думать о принципиальных моментах. Что было не так в СССР, что он рухнул — и как это «не так» исправить, пока не поздно.

Одна из причин, почему СССР рухнул, на мой взгляд — изначально порочная политика экспорта революции.

Начиная с 1917 года — большевики считали, что победа революции в России это лишь маленькая часть будущей всемирной земшарной революции, и ее надо приближать всеми силами, не жалея того ресурса что у них есть. Таким образом, СССР изначально, находясь в тяжелейшей разрухе — вступил в конфликт со всеми ведущими державами мира. Первопричиной конфликта — послужило именно намерение распространять свою идеологию, в том числе силой.

Если бы этого не было — СССР бы оставили в покое.

Это соответствует политике Мао — но в корне противоречит политике Дэн Сяо Пина, который начиная реформы, полностью отказался от попыток навязывать кому-то китайский путь, и вообще от активной внешней политики. И кто оказался прав?

Что мы, в сущности, получили на этом пути борьбы за всемирную революцию? Мерзли, голодали, делились последним. В сорок шестом спасали от голода Восточную Европу — то-то она благодарна будет…

Возьмем пример американской революции — а это была именно что революция. Американцы ведь строили свое государство как изоляционистское, все отцы — основатели были изоляционистами. Америка вышла из окопов спустя двести лет после своего основания и то во многом вынужденно. Среднему американцу совершенно не интересна внешняя политика, ему не интересно, кто и что сказал про США, они по-прежнему глубоко провинциальны. Пример Америки — покорил весь мир своим успехом, а не тем что американцы навязчиво пытались заставить мир следовать своим путем. Как только они начали это делать — так все и начало валиться.

В Великобритании — Славная революция тоже была чисто английским делом.

А вот французская и венгерская революция — привели к войнам вовне и до добра не довели. Разгром Наполеона куда более известен, чем то, что случилось в Венгрии. Там они попытались отделиться от Австрии, и, в общем-то, уже по факту отделились. Возглавлял революцию Кошут. Но особенностью венгерской революции было то что они немедленно начали угнетать местные национальности… например румын, немцев в Семиградье, напали на сербов. Именно эти войны ослабили революционеров и подняли против них все окраины. И Вене удалось мобилизовать как внешнюю, так и внутреннюю контрреволюцию — с запада пошли в наступление хорватские войска под командованием бана Елачича, которые вовсе не хотели считать себя «венграми», а с востока пошла в наступление русская армия во главе с фельдмаршалом Дибичем — и с независимой Венгрией было покончено буквально за пару месяцев. И когда сейчас венгры жалуются по поводу несправедливостей Версаля — они как то забывают помянуть, как они издевались над национальными меньшинствами в своей стране. То же самое и Польша — сначала католическая шляхта издевалась над православными крестьянами, а потом удивлялись, а чего это крестьяне не поддержали их во время антироссийского восстания. Может, не надо было называть людей быдлом и скотами?