Чтение онлайн

Я посмотрел на обувь. Кто босиком, кто в лаптях, кто в мокасинах, есть и в сапогах. Некоторые ненадолго отрывались от прополки или вывешивания горшков на заборы, и провожали нас нелюбопытными взглядами.

Раза три или четыре попалась крашеная одежда, коричневая или зелёная. Все трубы курились, явственно чувствовался запах дыма. Из быта Волчков я уже понял, что это не топят, а готовят. Газа-то нет. Поэтому у каждого дома нехилая поленница во всю стену.

И вот странность: здесь были собаки! Обычные дворняги - черные, рыжие, маленькие и большие. Лаяли они лениво и всё больше что-то грызли. Кошек я тоже насчитал немалое количество - в основном серые дворовые. Самые обычные.

За домиками виднелась тёмная городская стена и шпиль замка.

Это поселение от собственно города отделяла просека метров в двадцать, за которой начиналась собственно городская стена.

Вблизи она производила самое благоприятное впечатление. Оштукатуренная, выкрашенная красной краской, нигде никаких потёков или выбоин, с башнями и бойницами. Крепкие дубовые ворота, украшенные позолоченными накладками. Тщательно выкошенная трава вдоль стен, сложенная в аккуратненькие стожки.

Город с наружной стороны производил сытое и самодовольное впечатление.

У ворот стояла стража. Четыре человека в начищенных шлемах и нагрудниках, с пиками наперевес. Бороды, заплетённые в одну косицу и перевитые золотой лентой торжественно лежали поверх сверкающих доспехов. Коричневые штаны и куртки, блестящие сапоги. Желающих проехать в город было совсем мало. Три телеги с товаром, явно принадлежавшие торговавшемуся со стражниками купцу в красном кафтане, и расфуфыренный детина в жёлто-зелёной накидке на рыжей лошади, увешанной бирюльками не меньше, чем Роксана в нашу первую встречу.

Купец торговался, размахивал руками, бил себя в грудь и, наконец, проехал. Франт небрежно швырнул стражникам монетку и тоже проехал, подбоченясь и смерив нас презрительным взглядом.

Мы с Роксаной спешились, Мих и эльфийка остались в сёдлах.

Стражники скрестили перед нами новенькие чистенькие пики. Кстати, весьма массивные. Золотые ленточки заискрились в бородах.

– Куда?

– На суд достославного и досточтимого нашего градоначальника его сиятельства Синеслава Краснобрадова!
– отчеканил начальник лесной стражи.

– А это кто?

– Злостные нарушители лесного спокойствия и порядка, покусившиеся на уникальные и вымирающие экземпляры единорогов нашего прекрасного края!

– По четверть серебрушки с человека и эльфийки, и по серебрушке с лошади. Щенка, так и быть, бесплатно, - объявил правый стражник.

Подумал и добавил:

– И серебрушку за всех трёх козлов. На продажу, небось, везёте? Только у нас и своих в городе хватает!
– ухмыльнулся он.

– Какие деньги? Какие козлы?
– вздёрнул пегую бороду глава лесной стражи.
– Перед тобой, тупица, три уникальных экземпляра единорогов, которым этот негодяй отсёк волшебные рога! Именно по этому вопросу мы и ведём их на суд градоначальника!

Стражники дружно загоготали. Они хлопали себя по доспехам, дёргали за заплетённые бороды и утирали пот со лба.

– Ну, ребята, вы даёте, - отсмеявшись, пропыхтел правый стражник.
– Я понимаю, бабки из окрестных деревень волокут сюда своих козлов с отпиленным рогом, чтобы за единорогов на рынке выдать! Так они на воротах честно говорят - козёл! Но чтоб вообще без рогов… гы-гы-гы… и при этом утверждать, что это уникальный экземпляр… Да я тебе таких уникальных экземпляров за неделю дежурства пять дюжин настрогаю!

Он не выдержал и снова зашёлся смехом.

Тут вмешалась практичная Роксана:

– Я не собираюсь платить за вход!
– Она колыхнула бёдрами и чмокнула щенка в нос. Стражники вытянулись в струнку и выпятили груди колесом.
– Кто притащил нас на суд градоначальника, тот и должен платить за въезд! Где это видано - нас леший знает в чём только не обвинили, приволокли сюда, и говорят - плати!

– Как это мы должны платить?
– хором возмутились егеря.
– А кто кричал "На суд градоначальника"?

– Вы кричали!
– огрызнулась Роксана.
– А я согласилась! Когда шесть разбойников, не предъявив никаких егерских блях, целятся в тебя из луков, на что только не согласишься!

И она выразительно хлопнула ресницами. Стражники щёлкнули каблуками и выпятили груди еще сильнее. Скоро они у них станут пышнее, чем у Роксаны.

Спор пошёл по новой. Потом по кругу. Я ждал, что, может, он всё-таки пойдёт по спирали, но никакого движения вперёд не наблюдалось. Строго по кругу.

Мимо нас никто не проезжал, желающих пройти в город не было. Мих сжевал травинку и выплюнул. Услада рассматривала бойницы на стенах, узкие и чёрные, как глаза Роксаны. Егеря ругались со стражей. Две ветви правопорядка не желали находить общий язык. Когда спор, не сходя с круговой трассы, перешёл в иную плоскость по громкости, из ворот появился невысокий щуплый мужчина с аккуратно подстриженными усами и бородкой. Серый неприметный кафтан, начищенные сапоги, невыразительное, смуглое даже на фоне местного загара, лицо. Стража и егеря резко замолчали. Если это начальник стражи, то выбивался он не из рядовых.

– Доложить, - негромко произнёс смуглый хорёк.

– Шесть егерей привезли четверых браконьеров на суд градоначальника, и ни одна из сторон не желает платить за вход. За козлов тоже платить не желают, мотивируя это тем, что сии козлы и есть объект браконьерства, суть единороги!
– скороговоркой отрапортовал правый стражник, вытянувшись в струнку.

– Так, - негромко подтвердил начальник стражи, окидывая нас быстрым взглядом, от которого я лично поёжился. Впрочем, он несколько задержал его, оценивая перепад размеров между талией и бёдрами Роксаны. Значит, нЕчто человеческое ему всё же не чуждо. Хорёк отвёл чуть потеплевший взгляд и посмотрел на меня:

– Что скажете?

Я беспомощно оглянулся на Миха. Он уже успел где-то разжиться очередной травинкой-сеном, которую теперь безмятежно жевал.

– Подтверждаю, - охрипшим голосом произнёс я, подавляя желание соскочить с лошади и вытянуться в струнку.
– Только это суть козлы!

– Подробнее.

Я опять оглянулся на Миха. Меч с умным видом изучал облака, перекатывая многострадальный стебелёк из одного уголка рта в другой. Услада вертела зелёной головой, строя глазки стражникам. Роксана вцепилась в щенка и начала страстно его целовать, бессовестно хлопая длинными ресницами. Ага, понял!