Чтение онлайн

— Теперь, стало быть, пора возвращаться к Плющу? — отдышавшись, спросил Стан.

Наставник кивнул со своим обычным сурово-задумчивым видом.

— Целиком мы эту тварь не унесём, и даже половину — тоже, — ответил он, вкладывая в ножны оттёртый от тёмно-красной крови мута мачет. — Надо кусками… Каждый пусть отрезает себе столько, сколько, как думает, съест сегодня вечером и завтра; я возьму себе и Плющу.

Лас! — грозно сказал велк, когда Стан первым сел на корточки и стал увлечённо терзать труп зверя. Лас весь подобрался, зная, что ему сейчас придётся выслушать. — Что это было? Как можно быть таким беспечным?! По тому, что мут бросился к тебе, я могу заключить, что он почуял твой выдвинутый из ножен мачет. Ты забыл, что ли, что запах металла эти чудовища чуют ещё лучше, чем наш, а?!

— Забыл, — понурившись, признался подсталкр.

— Ну ладно, эта твоя ошибка смертельной не стала — мут всего лишь кинулся в твою сторону. Но вот объясни мне: какого Первосталка ты и дальше продолжил тупить?! От дерева сразу отпрыгивать надо было! А ты оставался на пути зверя до последнего! Вот зачем, скажи мне на милость, а?!

— Я… увидел… — неуверенно начал Лас, не зная, как повести разговор об обломках около Трубы, но велк, уловив в ответе подсталкра только желание оправдаться, не дал тому договорить:

— Что ты там увидел?!! Ты должен был на мута смотреть, а не куда-то в сторону! Если бы ты попытался отпрыгнуть на миг позже, ты бы просто не успел — зверь бы уже откусил тебе голову по самые плечи! Вот это на самом деле могло стоить тебе жизни. Хорошо, что мы вовремя подоспели… В следующий раз, запомни, спасать твою жизнь мы не станем; выкручивайся сам, как сумеешь. Шапку подбери, — добавил наставник, давая тем самым понять, что отповедь окончена, — и давай отрезай свой кусок, — сказал он, увидев, что Стан поднимается с увесистым шматом истекающего свежей кровью мяса в руках.

Лас тихо вздохнул, сел на траву, забрызганную красным, и воткнул в плоть убитого мута свой заляпанный этой же жидкостью мачет.

* * *

Идя обратно, к месту привала, в хвосте отряда, Лас размышлял над тем, что же он увидел во время схватки с мутом.

Теперь понятно, что у Трубы никого на самом деле не было, иначе в рассказах сталкеров обязательно всплыла бы та странная штука. Лас сделал в памяти зарубку насчёт того, чтобы как-нибудь в будущем, когда он сам станет сталкером, сходить туда и попробовать разобраться с этим предметом.

…Во время боя Стан кинул мачет, который пролетел в опасной близости от головы Ласа. Снова дала о себе знать подозрительность в отношении друга. Какую в действительности цель желал тот поразить? Убить мута и спасти тем самым Ласа? Возможно, но не достоверно. Снести Ласу голову? Маловероятно: ведь велк Зор всё видел и мог обвинить Стана в убийстве, а такое в деревне не прощалось… А может, тот хотел промахнуться, но отвлечь Ласа от битвы, а мут тем временем прикончил бы подсталкра? К сожалению, эту возможность теперь нельзя было сбрасывать со счетов…

Но зачем Стану желать его смерти? Что это — зависть, ненависть, что-то ещё? Но зачем идти на такие крайние меры?..

«Ладно, оставим это, — решил Лас. — Всё можно будет выяснить и позже». И он ускорил шаг, неся в руке (а как ещё? Надо привыкать к тяжёлым походным условиям…) свою порцию сырого мяса мута.

Тучи тем временем опускались всё ниже и темнели. До начала дождя — а скорее, ливня — оставалось совсем немного. Надо было поторапливаться.

Успели. Плющ всех уже заждался. В ямке, получившейся при срывании дёрна, весело трещал костёр. Подсталкр даже принял меры к тому, чтобы предсказанный им дождь не залил огонь, — соорудил навес из трёх воткнутых в землю вокруг костра длинных веток и положенной на них сверху какой-то толстой тряпки, которую он предусмотрительно захватил с собой. Под навес поместился и запас хвороста для того, чтобы вновь разжечь костёр утром.

Велк Зор скупо, но ощутимо похвалил ученика и отдал ему шмат мутятины. Вскоре все уселись у огня и принялись жарить первую половину мясных резервов отряда, насадив пищу на веточки и держа над пламенем.

Никто ничего не говорил, все сидели в задумчивости. Лас продолжал мысленно мусолить почти что не странное на первый взгляд поведение Стана вкупе со своим непонятным видением; Стан и велк Зор… лишь Первосталк ведает, о чём они тогда думали; Плющ наблюдал за членами маленького отряда, по их неразговорчивости и невесёлости догадывался о том, что что-то произошло, но узнать ничего, к собственной досаде, не мог.

И тут, наконец, хлынул дождь. Вот только что не было, вдруг раз — и уже ливень стеной. Тряпка над костром сразу же начала темнеть от впитываемой воды. Лас почувствовал, дожаривая свой ужин, как волосы вмиг промокли от просочившейся сквозь шапку влаги, и поёжился, ощутив текущие по шее холодные струйки. А чтобы утешить себя, в последним раз провернул над огнём кусок мяса, подсел на несколько врехов поближе к костру и с удовольствием впился зубами в истекающую соком обжигающую мутятину.

Стан, Плющ и велк Зор последовали его примеру.

* * *

Дождь прекратился к позднему вечеру. Стало совсем темно: свет маленькой местной луны не мог пробиться через толстенную пелену туч, которые уходить всё ещё не собирались, — холодно и очень мокро: одежда всех членов отряда увеличилась в весе в десятки раз и бесполезным грузом прилипла к телу, но раздеться никто не решался, иначе поступил бы в полное распоряжение пронизывающего ветра и влажной травы на раскисшей от влаги земле.

По поляне туда-сюда расхаживал велк Зор, охраняя сон подсталкров. В бою с мутом он полностью разрядил свой самопал, но, к счастью, он догадался взять с собой дополнительный боезапас, так что ещё пару десятков щепочек всадить во что-нибудь велк мог. В деревянных ножнах на его поясе болтался мачет, превращая его в очень, очень сильного и грозного противника.

Но подсталкры, чей сон, как думал, оберегал их наставник, не спали, а просто тихо дышали, лёжа рядом друг с другом на мокрой траве и делая вид, будто спят. Но они не могли заснуть: обстановка не слишком располагала. Всё-таки холодная лесная земля оказалась намного менее удобной, чем грубая лежанка в доме в деревне, которая теперь была, как всем казалось, далеко-далеко…

Подсталкры не спали: они тихонько переговаривались — так, чтобы их шёпот не достиг чувствительного слуха велка Зора.