Чтение онлайн

Я снова дошёл до входа в большую комнату и осмотрел стену справа. Показалось или?.. Да, так и есть, ещё один скрытый ход. Если бы не моё восприятие, не ощущение маны и не поднявшаяся наблюдательность, я бы не заметил его. А так, стоило только прикоснуться к чуть сильнее выпирающему камню, как часть стены отъехала в сторону.

Сами собой зажглись факелы и светильники. Над проходом засветилась надпись «сверхтяжелый путь». Ну, ни фига себе! И надо мне туда лезть, спрашивается? Но, посмотрев на обилие ловушек, как преодолеть которые я не имел ни малейшего понятия, и вспомнив встречу с летучими мышами, которые оставили на мне целую кучу болезненных ранок и немного порвали рубашку, тяжело вздохнул и переступил порог.

Коридор оказался довольно коротким и хорошо освещённым. В его конце стоял саркофаг, перед которым появился сперва полупрозрачный силуэт, а через пару секунд сформировался полноценный… скелет в лохмотьях. В его пустых глазницах горел сине-зелёный огонь, костлявые руки сжимали большую книгу. С костей свисали редкие обрывки сгнивших мышц и сухожилий.

Скелет висел над полом, а его рваный балахон развевался сам собой, как в невесомости.

Удивительно, но никаких неприятных запахов я не почувствовал. То есть, вообще никаких.

— Ты решил пойти самым сложным путём, смертный? — раздался скрипучий глухой голос, вызвавший у меня озноб. — Ты уверен? Ещё не поздно повернуть назад.

Я посмотрел через плечо.

— И в чём заключается сложность? — спросил я.

— Тебе всего лишь надо меня одолеть. Вот и всё. Только дело усложняется тем, что я могущественный лич, и обладаю огромной силой.

Прекрасно! Просто блеск! И что мне теперь со всем этим делать? Может и правда, попытать счастья с ловушками?

Одна догадка заставила меня снова посмотреть на лича.

— И в чём мы будем состязаться? В чём мне тебя одолевать?

— Ну, можем заняться старым добрым поединком — магия, меч и всё такое. Можем… придумать что-нибудь поинтереснее. Судя по твоему виду, я размажу тебя одним лишь своим словом, поэтому подумай ещё раз, хочешь ли ты связываться с могучим личом?

Так, вот оно. Кое-что не увязывается.

— Если ты такой могучий лич, что ты делаешь здесь, в стене, посреди подземелья одного не самого нормального человека?

Судя по всему, я задел его за живое, если такое применимо к нежити. Лич скрипнул зубами, а огонь в его глазах притух. Выглядело довольно угрожающе.

— Ты смеешь насмехаться надо мной? — его рука взметнулась в воздух, начав плести какое-то заклинание. С кончиков костлявых пальцев срывался сине-зелёный след.

— Нет, что ты! Наоборот, пытаюсь понять, как ты оказался в столь незавидном положении.

— Зачем тебе это знать? — рука лича замерла.

— Ну, пока что делать мне всё равно нечего, через другие пути я вряд ли смогу пройти. А поговорить с древним могущественным созданием никогда не повредит. Может быть, я смогу чему-нибудь у тебя научиться, — ответил я, чем заставил лича задуматься.

— Прежде чем я отвечу тебе, скажи, что тебя связывает с Легроузом?

Я подцепил пальцем ошейник и вытянул его из-за ворота рубашки.

— Я его раб. Меня захватили орки и продали ему, а он засунул меня сюда. Выбора у меня нет — или пройти до конца, или погибнуть, так что… К самому Легроузу у меня стойкое отвращение и нерипятие, и окажись он передо мной, я бы ему хорошенько врезал. От всей души.

Похоже, мой ответ удовлетворил лича. Он опустил руки, огонь в его глазницах стал чуть ярче.

— Подойди ближе, смертный. Пока что я тебя не трону.

Я пошёл вперёд и дошёл до самого саркофага. Тут же оказался какой-то старый ящик, на который я и сел.

— Как тебя зовут?

— О… Хоглон. А тебя?

— Я Айшуррэс Тегзимон, бывший архимаг, а теперь слуга этого… графа! Он захватил мою филактерию души и теперь может в любой момент убить меня. Или не убить — это уж как он захочет.

— И что, поделать ничего с этим нельзя? — задумчиво произнёс я.

— Теоретически, если меня развоплотить, я окажусь возле филактерии, но какой в этом смысл? Он сразу же развеет меня. И ослушаться его приказа я тоже не могу — по той же причине. Так что, сразиться нам придётся.

— Мы же можем выбрать любую форму состязания, верно?

— К чему ты клонишь? — огоньки в глазницах черепа сузились.

— Нам не обязательно выяснять отношения с помощью силы или магии. Мы можем… поиграть в загадки, например! Или в ещё что-нибудь такое.

— И зачем мне на это соглашаться?

— Как минимум, для разнообразия. Я думаю, тебе не очень интересно торчать в этом месте всё время, каждый день и ночь. Сколько других приключенцев прошли через тебя за последнее время?

Лич скривил челюсть на бок и молчал некоторое время.

— Спрошу по-другому — когда ты видел приключенца в последний раз, не считая меня?

— Очень давно…

— Вот! А загадки или слова или ещё какая-нибудь игра здорово может разнообразить твоё пребывание здесь. Плюс ко всему, если ты согласишься, и я пройду дальше, я в итоге доберусь до графа и могу отобрать у него твою филактерию.

— Демоны и дьяволы! По рукам!

— Только… я не помню ни одной загадки, — добавил лич.

— Значит, попробуй отгадать мою. Если не получится, ты пропустишь меня дальше. Если отгадаешь, я признаю своё поражение и позволю себя уничтожить. Только давай ограничим время на раздумье, а то я не смогу просидеть тут с тобой слишком долго.

Лич молчал ещё некоторое время, что-то взвешивая, и наконец, решился.

— Ладно, давай свою загадку.

Прежде, чем я успел что-то сообразить, рот, словно сам собой выдал первое, что пришло мне в голову: