Чтение онлайн

— Эрик, я полагаю, ты возьмешь мистера Мантелла в лабораторию и проведешь обследование в полном объеме, — он в упор глянул на Мантелла и добавил: — Конечно, вы понимаете, мистер Мантелл, что эта вынужденная мера предосторожности часть нашей повседневной работы.

«Мистер»… бывший бродяга, к которому никто не обращался иначе, как «эй, ты!» целых семь лет! Мантелл коротко кивнул:

— Понимаю!

— Вот и отлично. Идите.

Мантелл проследовал за стариком Хармоном в сопровождении охранника. Проходя мимо инкрустированного золотом косяка двери, он услышал низкий рокочущий бас, отвечавший на какое–то тихое замечание девушки:

— Да, наверное… Но с ним, скорее всего, все будет в порядке, вот увидишь.

— Надеюсь, мы его не прикончим, Бен, — сказала девушка громко. — Пожалуй, он мне нравится.

Дверь за ними захлопнулась, и разговор оборвался.

Мантелла ввели в хорошо оборудованную лабораторию. Там, занимая весь центр комнаты, возвышалась привычная паукообразная громада Хармоновской психопробной установки, включавшая стандартной модели электроэнцефалограф и разное оборудование, которое Мантеллу было незнакомо. Возможно, в него входили какие–то новые хармоновские устройства. Два ассистента услужливо препроводили Мантелла к кушетке и привязали ремнями. Хармон надел ему на голову металлический колпак зонда. Его поверхность была холодной и твердой. Сознание того, что один неверный поворот рычажка может сейчас повредить его мозг и вызвать путаницу восприятия, не способствовало поднятию духа.

Глаза Хармона горели энтузиазмом. Старческими, похожими на клешни руками он коснулся эмалированных кнопок пульта управления и улыбнулся.

— Полагаю, вы не откажетесь рассказать мне немного о себе, мистер Мантелл.

Мантелл сжал челюсти, когда вдруг всплыли старые, давно забытые болезненные воспоминания. Он проговорил усталым голосом:

— Я бывший специалист по вооружению. Семь лет назад со мной случилась одна неприятная история — я потерял работу. А потом меня занесло на Мульцибер, где я пробыл дольше, чем рассчитывал. Я…

Пока он говорил, Хармон возился с установкой, поглядывая через плечо Мантелла на видеоэкраны, находящиеся вне поля его зрения, где с помощью осцилоскопа проецировались кривые биоритмов мозга.

— Как–то утром, идя с пляжа, где собирал ракушки, я… Что–то грохнуло в его мозгу, словно ударил десятитонный пресс.

Он почувствовал, как полусферы мозга будто раскололись на части, будто в его череп вонзился гигантский скальпель, чтобы взорвать по термоядерной бомбе за каждым глазом.

Приступ острой боли медленно схлынул, уступив место ноющей, тоскливой мигрени. Мантелл разлепил глаза и взглянул на старого Хармона, который искоса поглядывал на аппаратуру.

— Что случилось? — спросил Мантелл.

Хармон виновато улыбнулся:

— Небольшая ошибка в калибровке, не больше. Приношу вам искренние извинения, молодой человек.

— Надеюсь, доктор, когда вы продолжите психопробу, больше не случится ничего подобного, — содрогнулся Мантелл.

Как–то странно взглянув на него, Хармон произнес:

— Но вас уже апробировали. Это длилось не больше пятнадцати минут. И вы проспали все это время.

Пятнадцать минут! А ему показалось, что прошло всего пятнадцать секунд! Мантелл потер ноющую голову. Что–то яростно пульсировало на уровне его бровей, еще немного — и он начал бы сдирать кожу с поверхности черепа. Не вытерпев, он крепко прижал руки к ноющему месту.

Сзади густой бас Бена Зурдана спросил:

— Он в сознании?

— Только что очнулся. Он упорно погружался в своеобразный стресс, который я не в силах преодолеть, а чуть усилю давление, он сразу приходит в сознание.

— Используйте все свое мастерство, Эрик, — прогудел Зурдан. — Вы же не новичок. Если вы еще раз допустите подобную ошибку, мы поручим проведение психопробы одному из ваших ассистентов. Мантелл, вы можете встать на ноги?

— Не знаю, — неуверенно сказал Мантелл. — Попробую…

Он сполз с кушетки, на миг лаборатория поплыла перед его глазами. Шок от психопробы начал медленно сходить на нет.

— По–моему, со мной все в порядке, — сказал Мантелл. — Боль проходит. Но, как вы понимаете, я еще не оправился полностью.

— Ничего, оправитесь, — гулко хохотнул Зурдан.

— Что, уже кончили?

— Да, вы абсолютно чисты и нам годитесь. Идемте в мой кабинет, я введу вас в курс жизни на Стархевене.

Все еще слегка пошатываясь, Мантелл последовал за гигантом по коридору, который вел из хармоновской лаборатории к роскошно обставленному кабинету. Зурдан растянулся на покрытой пенящейся тканью кушетке, которая была специально сконструирована, чтобы выдерживать вес его длинного мощного тела, и небрежным жестом указал Мантеллу место напротив.

— Выпьем? — предложил Зурдан.

Мантелл кивнул, стараясь не обнаружить свое нетерпение, и Зурдан нажал кнопку в основании кушетки. Из угла комнаты к ним выкатился искусно выполненный портативный бар и остановился прямо перед Мантеллом.

После короткой заминки он выбрал забористый тройной «соур чокер». Не успел он нажать на рычаг, как робот–бар уже приготовил хрустальный бокал с тремя квартами зеленоватого зелья. Мантелл взял его, бар откатился в сторону и переехал к Зурдану, который заказал чистый «бурбон».

Мантелл пригубил и удовлетворенно кивнул.

— Подходяще. Наверное, с Муриака?

— Синтетическое — здесь все синтетическое. С какой стати нам закупать какие–то напитки, когда мои химики могут запросто создать любое пойло вроде этого. — Зурдан развалился и внимательно уставился на Мантелла. — Согласно тому, что выяснил доктор Хармон, до того как начались злоключения, вам приходилось работать техником–вооруженцем. Это автоматически делает вас очень ценной фигурой на Стархевене, Мантелл, — значительно добавил он.

Он быстро отбросил церемонное «мистер». Видно, так называли только вновь прибывших, которых еще квалифицировали, решил Мантелл.

— Ценной фигурой? — переспросил Мантелл. — Почему?

— Стархевен живет только силой своего оружия. Ослабь мы хоть на миг поле наших защитных экранов и узнай об этом наши враги, как, не успеешь оглянуться, из всех секторов галактики разом обрушится на нас армада Космического патруля. Я поставил миллиарды заслонов перед Стархевеном, Мантелл. Это первая совершенно неприступная крепость в мировой истории. Но, как бы то ни было, без техников, устанавливающих орудия и экраны, нам не обойтись.