Чтение онлайн

Я валюсь на землю, и у меня нет сил даже на сны.

Мы отправляемся в путь с первыми лучами солнца. Мы не разговариваем, и я этому рада. Гнев и обида все еще бурлят у меня в груди. Я была бы счастлива провести весь остаток этого путешествия в тишине.

Прошло уже больше двух дней без еды и воды. Мое сердце бьется слишком быстро — словно последний всплеск жизни, финальный отчаянный рывок. Меня мутит. Каждый шаг дается с трудом, но тело все равно движется, прекрасно понимая, что если я остановлюсь, то умру.

Это сказывается не только на мне. Рейкер движется медленнее, чем когда-либо. Мне хочется предложить ему снять доспехи, оставить их здесь, но после того, как я уже произносила эти слова там, под землей — в отчаянной мольбе, при совсем иных обстоятельствах… я решаю держать рот на замке.

Земля идет под уклон, словно она плавится. Я готовлюсь к еще большему запустению, к еще большей жажде.

Но впереди виднеется что-то зеленое. Лес? Надежда захлестывает меня, пока мы не добираемся до зловонных вод.

Трясина.

Из горла вырывается скрежещущий звук — слабый, жалкий шум, который Рейкер игнорирует.

В жилах будто пересохло. Дыхание стало поверхностным. Я не могу идти дальше. Я обязана идти дальше.

Потому что где-то рядом есть чистая вода. Если это путешествие и научило меня чему-то, так это тому, что у любых потрясений всегда есть конец. Всегда есть конец гнили, туманам и тьме.

Мне просто нужно продолжать идти.

Вокруг полно густых деревьев, наполовину сгнивших и оплетенных лианами, покрытыми острыми шипами. Вода отливает разными оттенками мутно-серого. Обхода нет, только напролом.

Миг отчаяния.

А затем я следую за Рейкером в воду.

Ему она по колено. При моем росте она доходит мне до талии. Я держусь на расстоянии, наблюдая за его движениями, чтобы убедиться, что глубина не увеличивается.

Она не становится глубже. Неподвижная и застойная, вода воняет омерзительно. Мое тело содрогается от позыва к рвоте, но желудок пуст, и извергнуть нечего.

Вокруг нас жужжат насекомые, и этот звук спиралью ввинчивается в мозг. Участки воды покрыты густым черным мхом. Я пробираюсь сквозь него, морщась от того, какой он шершавый на ощупь. Скольжу ногами по дну, отпихивая твердые предметы. Странно. Я приоткрываю рот, когда чувствую что-то новое. Касание к ноге, мягкое, словно лоскут ткани.

Я замираю. Впереди Рейкер продолжает идти, рассекая воду своим широким телом. Мой голос звучит не громче хрипа, когда я наконец нарушаю наше молчание:

— Ты это…

Меня затягивает под поверхность болота прежде, чем остальные слова слетают с губ.

На этот раз я не вскрикиваю. Не вдыхаю воду. Этому я хотя бы научилась. Вместо этого я открываю глаза; кислая вода нещадно их жжет, и мое тело костенеет.

Блеск металла. Повсюду. Дно этой трясины усыпано мечами, чашами и другими бесценными сокровищами.

И телами со сморщенной кожей, которые каким-то образом сохранились в этой едкой воде.

Не все из них мертвы. Горло перехватывает, когда тварь, затащившая меня вниз, наконец попадает в поле зрения. У нее бледное мужское лицо, но у него… у него нет рта. Глаза молочно-белые. Из черепа короной растут острые кости; каждый шип обтянут пепельной плотью. Поношенные лохмотья с золотым шитьем свисают с костлявых конечностей, а в центре груди, даже сквозь ткань, видно багровое светящееся пятно. Ужас пронзает меня насквозь.

Скельмайр.

Об этом говорилось в книге. Легенда гласит, что когда-то они были членами королевской семьи, которых поглотила жадность. Теперь они забирают себе всё, что случайно попадает в их болота. Мне следовало вспомнить об этом прежде, чем ступать сюда.

Проклятье.

Скельмайр наклоняется вперед, и его плоть… она начинает слезать с конечностей длинными лентами, оставляя после себя лишь кости. Костлявая рука тянется ко мне —

В мгновение ока эти ленты плоти разматываются, приковывая меня ко дну, словно кандалы.

Я бьюсь в его хватке, легкие сдавливает. Везде, где он касается меня, кожу нещадно жжет.

Существо склоняет голову, так что я вижу лишь его венец из плоти. Оно приближается, будто собирается пронзить мой череп этими костяными шипами…

Но не успевает: оно исчезает. Я свободна.

Я с шумом вырываюсь на поверхность, отплевываясь; в голове стучит. Я вижу, как тварь стоит прямо перед Рейкером. Без головы. Но она всё еще заносит меч.

— Его камень! — выпаливаю я, вспомнив книгу.

— Что? — требует ответа Рейкер.

— У него в груди драгоценный камень. Он поддерживает в них жизнь даже после смерти. Ты должен… ты должен вырвать его, чтобы убить их!

Кулак Рейкера проламывает грудную клетку скельмайра, с хрустом проходя сквозь кости. Я сглатываю, пораженная этой первобытной силой. Его рука появляется снова, сжимая мерцающий рубин.

Существо рассыпается, кости разлетаются в стороны и тонут в трясине.

Рейкер оглядывается на меня, и по наклону его головы… кажется, он почти впечатлен.

Не жалкая. И не «ничто».

Именно это говорит мой гневный взгляд, пока я пытаюсь отдышаться, чувствуя, как облегчение успокаивает кровь.

Но прежде чем мое сердце успевает вернуться к нормальному ритму, неподвижная серая гладь вокруг нас взрывается. Из глубин медленно поднимаются десятки скельмайров. В руках у каждого — мечи, которые они, должно быть, выудили со дна болота.

Мы с Рейкером обмениваемся взглядами.

Мы окружены. Я истощена. Мне хочется просто опуститься на дно этой трясины и сдаться. Позволить этому болоту победить.