Старый дом
Шрифт:
Слава прислушался, покатал на языке слова, которые там застряли: получилось что-то вроде «то, что не вышло вчера, почему бы не выйдет сегодня» на неизвестную мелодию…
Он хорошо понимал, что имело в виду его подсознание, и мысль эту, уже вполне осознанную, так же вполне приветствовал. Однако постарался отложить в сторону – негоже встречать любимую девушку с мыслями только о постели – надо и о любви подумать, что-то теплое и нежное ей приготовить, не только страстное…
Чтобы отвлечься, Слава позвонил дочери, та трубку не взяла, тогда он набрал Володю.
Тот обрадовался, услышав «тестя», но сказал, что сейчас приехать не может, с Мариной и детьми все в порядке, а будет он к вечеру.
Прохоров распаковал принесенные вчера книги, полюбовался, сложил их аккуратной стопочкой на краю стола, считать прибыль не стал – это удовольствие отложил до встречи с «зятем».
Появилась мысль пойти пройтись, но была тут же жестоко изгнана – вдруг Надя вернется, а его нет…
Тогда Прохоров взял себя в руки и, понимая, что это решение – единственно правильное, усадил сам себя за компьютер.
В самом деле – подписался на работу – надо делать. И неважно, что на фоне предстоящих заработков сумма, предложенная Горохом, казалась смехотворной. Тронул – ходи…
Да и время так быстрей пойдет…
Слава включил комп, подтолкнул очередную коробку к столу, аккуратно, чтобы не смешать с принесенным вчера, выложил содержимое на край…
И решил для себя, что не будет глядеть на часы, пока не закончит эту порцию…
А мы, соответственно, не будем заглядывать ему через плечо и рассказывать, что он собственно в этот день описывал. Никому это, скорей всего, не интересно, кроме опять же антикварных дилеров, но пишем-то мы эту историю отнюдь не для них, точнее, не только для них…
А всем интересно вот что: Слава закончил коробку, опустил глаза на часы в углу экрана – полпервого, а Нади все нет…
Он походил по комнате, подвигал плечами и пару раз присел, потом подтащил еще одну коробку и опять принялся за работу.
Короче, когда приехал «зять» (а было это примерно в шесть, а Нади так и не было), Прохоров успел закончить описание всего, что ему было прислано, и даже позвонить Вадику, чтобы забирал эту, а присылал новую партию.
– Сегодня? – переспросил «бычара».
– Лучше завтра… – подумав, ответил Прохоров.
Видеть Вадика ему совсем не хотелось, а завтра можно будет смыться или в Надину Москву или все-таки заманить ее сюда, погулять…
Да, ей здесь не нравится, но ведь и там тоже…
Да, там за ними устремились шпики, но в этот раз они будут вести себя осторожней…
В общем, что-нибудь придумается, завтрашний день Слава отводил для себя и своей дамы…
А сегодня он еще успел здорово проголодаться… Холодильник был пуст, а выходить он никуда не мог – ждал известно кого.
И Володе забыл сказать, чтобы купил чего-нибудь съедобного. Так что пришлось ему еще полчаса просидеть одному: Нади так и не было, а Володя, услышав, что «тесть» ничего не ел с утра, поехал в ближайшую кулинарию.
Прохоров пытался его отговорить, считал, что сначала надо представить отчет о вчерашних событиях и покупках, но Володя поразил его тем, что сказал:
– Сейчас привезу еду и все посмотрю и послушаю…
А Славе всегда казалось, что тот больше всего любит книги.
Он побродил по комнате, потом полез в комп, посмотрел новости – ничего нового в новостях не обнаружилось. Единственно осмысленное действие, произведенное им в Яндексе, – Прохоров установил, что хозяин салона Фаберже, с которым он общался, – это родной сын Карла, основателя фирмы – ювелир и художник. Ничего нужного в этой информации не было, но все-таки интересно…
Однако ссылка привела его на интересный сайт, где, как понял Слава, некий энтузиаст собирал и выкладывал антикварные новости. Здесь он нашел свой кирпич, оказывается, он (сам керамический предмет) изготавливался на фабрике некоего Гусарева. И в этой информации ничего нужного не было…
Прохоров заложил страницу и попробовал поиграть на компе во что-нибудь – не играется…
Потом попробовал посмотреть в окно – там тоже ничего нового…
На самом деле он понимал, почему его так колбасит: Нади не было, и неизвестно было, когда она появится. Он не боялся, что с ней что-нибудь случилось, вчерашние ее рассуждения о незаметности произвели на него впечатление, но разве мы переживаем отсутствие близких людей только из тревоги за них?
Наконец, вернулся Володя, Прохоров схватил его за руку и поволок к столу, где уже разобрал утреннюю стопку и разложил вчерашние покупки на маленькие стопочки по месту приобретения.
Но произошло странное: «зять» как-то спокойно, почти равнодушно посмотрел книги (надо признать, что ни Блока, ни Цветаевой, то есть поэзии, которую так любил Володя, в стопках не было, они остались у Надежды) и попросил в подробностях рассказать, как все прошло вчера.
Прохоров начал свой рассказ, поведал, как облажался с конкой, вспомнил про наконечники шляпных булавок, упомянул о соломе на проезжей части и наконец, дошел до магазина Фаберже.
Пожалев о том, что Маринка не приехала (осталась с детьми, потому что заболела няня), он начал расписывать удивительные вещи, которые видел там.
И прикидывать, что нужно вложить и что они получат на выходе, если заняться только Фабером.
Но тут Володя, который слушал все это с удивительны спокойствием (что было странно для человека, стоящего на пороге заработка в несколько сот тысяч долларов), сказал:
– Ты знаешь, Слава (они, как сказано выше, были на «ты», несмотря на разницу в возрасте), похоже, что ничего этого мы вообще там покупать не будем…
45
– Что? – не понял Прохоров.
И даже головой потряс, словно пытаясь отогнать что-то.
– У нас с Маринкой, – ничуть не смутившись от такой реакции, начал объяснять «зять», – появилась некая идея, которой мы хотели поделиться с тобой. И обсудить, естественно… Я собственно за этим и приехал…
– Ну, говори… – Слава медленно опустился на стул.
– Как ты относишься к тому, – Володя прошелся по комнате, постоял перед «уродцем», покачиваясь с носка на пятку, видно было, что говорить ему трудно – чтобы вообще остаться в том времени?