Чтение онлайн

— Мулла-ага, этот ваш ахун случайно не в Каабу шёл? — перебил его старик в бязевой сорочке.

— Да, — удивился мулла, — именно туда, он сам об этом говорил, а вы, ага, откуда знаете?

— Оттуда, что он очень давно идёт в Каабу, но никак не выберется из Ахала и его окрестностей. Мне самому довелось его слушать с полгода назад, — заметил старик, — а как вы сами, мулла-ага, думаете, смогут ли несколько селений Ахала противостоять хорошо вооружённой русской коннице?

— У туркмен не несколько селений, — возразил мулла, — помимо ахальских текинцев есть ещё и геоклены, емуды, салыры, сарыки, марыйские текинцы, да я многие другие. И если все они соберутся в старой Геоктепинской крепости, их окажется не меньше, чем русских. К тому же хорошо известно, тем, кто выступает за нашу праведную веру, сам аллах помогает…

— Мулла-ага, вы из каких званий будете — ходжей, магтумов или шихов? — снова спросил старик.

— Мы из магтумов! — приосанился мулла.

— И каждый из магтумовцев, по-вашему, готов нацепить чалму и, обнажив саблю, выступить против русских иноверцев, и вы тоже, не так ли?

Многие из гостей хмыкнули. А разозлённый мулла стал бормотать слова какой-то молитвы.

Но тут вошёл распорядитель тоя и сообщил:

— Если кто пожелает помериться силами или захочет посмотреть гореш, пусть пожалует на северные вески, там же рядом будет стрельба по мишеням, кто верит в свою меткость, пожалуйста…

Гости оживились.

— Хыдыркули-бай, вы, наверно, не упустите случая оставить свои точные меты на атюс мишенях, — спросил кто-то из гостей.

— Даст аллах, попытаем счастья, — ответил бай.

После Того, как мулла прочитал молитву, все вышли из кибитки. Назар подошёл к Хаджимураду в по здоровался со всеми стариками, стоявшими возле его друга.

Людей у северных песков собралось очень много. И всё было бы ничего, если бы среди них Хыдыркули не заметил Карягды, да не одного, а со множеством своих родственников. Конечно, если бы Хыдыркули знал, что и его недруги приглашены, он бы ни за что не пришёл на той. Ну, да ладно, нельзя же всё время избегать тех приглашений, где могут оказаться его недруги.

Назар шепнул на ухо Хаджимураду то, что узнал от слуг:

— Видишь, вон справа стоит группа людей, это родственники Карягды, а тот высокий, в светлой папахе, и есть сам Карягды.

Хаджимурад присмотрелся к карягдинцам. Почти все они здоровые и хорошо одетые, каждый с саблей, ножом или даже винтовкой за плечами…

— Начнём гореш! — крикнул распорядитель. Почтенный аксакал подозвал его и шепнул тихо:

— Ты не вызывай людей Хыдыркули на состязания с людьми Карягды, они и так ищут повода, чтобы сцепиться, как бы не произошло кровопролития.

Распорядитель вышел на середину круга:

— Мурад-пальван! — выкрикнул он и уступил середину круга симпатичному молодому крепышу. — Есть ли желающие, померяться силами с Мурадом? — спрашивал он, — иначе придётся без борьбы вручить ему приз.

— Как ты думаешь, не попробовать ли мне с ним схватиться? — спросил Назар друга.

Распорядитель собирался уже выкрикнуть слово «три», но Хыдыркули опередил его:

— Ты постой, не торопись отдавать приз Мураду, тут есть люди, которые хотят с ним побороться.

Кто-то из шутников заметил:

— А ну, Хыдыркули-ага, скорее на середину! Покажи этому пальванчику, что такое настоящая борьба, пусть он не заносится.

Люди засмеялись.

— Я выхожу на середину, — успокоил всех Назар и стал разматывать портянки.

— Подожди разуваться, я с ним вернее справлюсь, — сказал Хаджимурад и сам появился в центре круга, мигом сняв сапоги…

Пальваны вышли на середину. Проверили кушака друг друга и, уцепившись за них, оба наклонились. Сперва осторожно проверяли силы один другого и крутились вроде бы на одном месте. У обоих штаны засучены до колен, у обоих крепкие ноги. Хаджимурад и на круг вышел в своей нарядной одежде — в синих штанах и зелёной сорочке. Рядом с Мурадом он выглядел чуть ли не подростком. Мураду показалось, что он уже знает возможности противника и стал действовать активнее. Притянув соперника к себе, поднял его и стал валить на спину. Но почему-то ноги Хаджимурада одновременно коснулись земли и он не упал. Мурада-пальвана это крайне удивило… Теперь он приподнял противника и на своих сильных руках стал его крутить, собираясь в подходящий момент бросить на землю. Из толпы доносились насмешливые возгласы?

— Эй, пальван, недалеко забрасывай его!

— Голову парню не расшиби!

Мурад попробовал перекинуть гостя за спину, но Хаджимурад каким-то чудом снова оказался на ногах, и в тот же миг он дал подножку тяжело дышавшему пальвану, напрягая все свои силы, поднял его и положил на спину. Люди шумно приветствовали победителя. Побеждённый же, не зная, что сказать в своё оправдание, решил отделаться шуткой:

— Это я ему уступил, как гостю…

Но люди посмеялись над незадачливым шутникам.

Хаджимурад же в награду получил новенький чекмень из верблюжьей шерсти. Потом на середину площадки вышли ещё два молодых пальвана. Один из них был на голову выше своего соперника. Зато невысокий пальван был поплотнее длинного. Зрители бесконечными криками поддерживали их.

И вдруг из двух разных групп наблюдателей один за другим стали выскакивать люди и бежать в сторону песков. И люди Хыдыркули, и люди Карягды на бегу обнажали сабли.

— Да помогите же их разнять, иначе они перебьют друг друга!..

Хаджимурад с Назаром кинулись за бегущими. За барханом, в лощине, сверкало и звенело множество обнажённых сабель. Хаджимурад ворвался в самую середину и, зычно крикнув: «Стойте!», дважды выстрелил вверх. В это время Назар и ещё несколько человек тоже принялись разнимать дерущихся. То ли выстрелы, то ли решительность смельчаков несколько остудили воинственный пыл. Люди той и другой сторон прекратили драку, хотя сабли пока ещё не прятали в ножны. Но, видимо, те и другие начинали осознавать, что они натворили. Убито было человек пять, а ранено раз в пять больше. Хыдыркули лежал на песке чуть живой… Карягды, обливаясь кровью, пытался встать на ноги и что-то сказать. Пострадали в одинаковой мере те и другие. Какой-то добросердечный человек стал жечь свою лохматую папаху и прикладывать к ранам пострадавших пепел, чтобы остановить кровь. Другой старик, приехавший на той издалека, разорвал свою белую чистую сорочку и принялся перевязывать пострадавших. К месту недавнего побоища всё подходили люди. Тем, кто мог сидеть я седле, помогали отправиться домой. Для тяжелораненых на спинах верблюдов стелили мягкий селин, и их тоже развозили по домам.

Хаджимурад и Назар помогали хоронить убитых.

Так трагически закончился этот той.

Вечером Хаджимурад пришёл к тяжелораненому Хыдыркули и справился о здоровье старика. У обескровленного хозяина хватило сил лишь отрицательно покачать головой, дескать, плохо. Но он беспокоился сейчас не только лично о себе. Ему казалось, что люди Карягды могут снова налететь на них и добить всех окончательно. Боялся, что если рядом с его поредевшей роднёй не будет старшего или просто такого, как гость, сильного человека, она не устоит перед врагом. Старик слабым голосом спросил: