Чтение онлайн

Вскрикнула она по причине, что Вера схватила ее за волосы с одной стороны, а Мария с другой, и сестра зашипела:

– У тебя совсем мозги отшибло от блеска алмазов и золота!

– Займись лучше делом! – прикрикнула и лидер компании. – Вон, пока мы тут прослушиваем, смотайся лучше в остальные три мира, которые ведут с плиты! Они тоже в кружках и тоже с молнией рядом, так что оттуда тоже есть переходы обратно. Пошла!

Страшно обиженная любительница танцев подалась к восьмиугольной плите с жутким недовольством и озлобленным ворчанием:

– Сами… дуры. И сами заслеплены! Мозги бы вам прочистить, да нет на вас Бореньки! Он бы вам показал, как меня за волосы дергать! – (В ответ от окна ей просто молча показали кулаки, намекая, что сейчас еще набавят, а то и вообще волосы выдернут.) – Ничего-ничего, вот брошу вас, найду своего лейтенанта Миурти, и будете вы без меня плакать. Никогда больше к вам не вернусь! Злые вы! И без капельки романтики. А все потому, что вас никто не любит. Никто! Даже…

Она запнулась на полуфразе, видя, как все три воительницы повернули в ее сторону лица в ожидании конкретного имени. Кого это, мол, не любят?

– Ай как страшно! Вся дрожу. И что тут за значки такие?.. Интересно!

Ей и в самом деле показалось, что побывать в иных мирах в тысячи раз интереснее и полезней, чем выслушивать бред хвастающихся паломников. Вдруг там тоже подобные статуи? И вдруг они тоже заполнены несметными сокровищами? Такие мысли вмиг застлали Катерине глаза туманом мечтательности, и она взялась за дело со всем присущим роду Ивлаевых рвением.

Значки были разные, никогда ранее не виданные и несколько несуразные. Звезда на фоне волны. Два облачка друг над другом. Некий зверь с бивнями, не то мамонт, не то морж. Каждый обведен кружком. Заметив, какой именно и где находится, девушка взобралась на плиту, сняла заплечный мешок, куртку с тяжеленными кожаными вставками, служащими броней, и даже расправила волосы. Захотелось быть красивой и эффектной. Затем выбрала мир со зверем для посещения первым. Еще подумала перед переходом:

«Наверняка цветущий рай! Полно цветов и россыпей алмазов».

Презрительно фыркнула в напряженные спины своих подруг и опекунши и смело шагнула в неизвестность. Как только приставила левую ногу к правой, ее чуть не сшибло ледяным порывом ветра, и ударившие по распахнутым глазам снежинки вызвали обильные слезы. Но рассмотреть все-таки удалось: несколько ступеней впереди, а потом бескрайняя, покрытая льдом и снежными торосами равнина. Причем снег не белый, а какой-то серый с мертвенно-синеватым оттенком. Ледяная пустыня!

Почувствовав, что становится сосулькой, Катя быстро развернулась и шагнула с бетонного, обледеневшего постамента обратно.

«Если бы там поскользнулась, по ступенькам бы уже не взошла!» – думала она, сотрясаясь от холода, стуча зубами и с поспешностью напяливая на себя куртку.

В сторону вернувшейся из иного мира подруги никто даже не оглянулся: то ли не услышали возвращения, то ли так увлеклись прослушиванием. Поэтому путешественница и не стала что-то кричать, стонать и привлекать к себе внимание. Молча стиснув губы, шагнула туда, где имелся значок в виде двух облачков.

«Раз на раз не приходится! Если там не повезло, то тут…»

В следующий момент у нее перехватило дыхание, и тело не спеклось лишь по той причине, что оно еще оставалось обледеневшим после предыдущего мира. Даже не рассматривая мелькнувшие барханы и вьющиеся над ними смерчи песка, девушка шагнула обратно и, только оказавшись в полом туловище «Ласточки», шумно набрала нормальный воздух в легкие.

«Это я такая невезучая или дальше все-таки утону в сокровищах? Ведь недаром там звезда на фоне волны! Если и в третьем мире не повезет, плюну на все эти путешествия, и пусть первой всегда шагает Машка!»

А после шага она оказалась на площадке какого-то возвышения над морской пучиной. Сзади – пустота. Спереди и с боков – поручни. А чуть дальше и впереди вздымается огромная кошмарно-черная волна. Не в силах развернуться, Катя только и успела, что схватиться мертвой хваткой за поручни и испуганно завизжать. Громада волны разбилась о башенку, ударила по ее основанию и тяжеленной шипящей пеной облила свидетельницу своего падения с ног до головы.

Дожидаться следующей волны испытательница порталов не стала. Живо развернулась и на дрожащих ногах вскоре уже стояла на восьмиугольной плите. Вода с нее текла ручьями, шумный всхлип вырвался вместе с чихом, но все равно, кроме Веры, никто не обернулся. Зато она, увидев сестру в таком состоянии, скользнула вниз с ящиков и поспешила на помощь. Все-таки двойняшки любили друг друга, чувствовали боль друг друга как свою, и в подобных случаях забывались все предыдущие распри и обиды.

– Что там такое?! Кто тебя облил?

– Море… Страшное!

– Мамочки родные, снимай же с себя все, не то простудишься! Вот горе ты мое!

Пока сестры помогали друг другу и делились впечатлениями, Мария и Апаша продолжали внимательно вслушиваться в обращения молящихся к своей богине. И все больше и больше недоумевали: а паломники ли это? И молятся ли они?

Никто ничего не просил. Никто ни на что не жаловался. Даже скорбно и несчастно выглядевшие женщины старались поведать что-то хорошее, радостное и доброе. Чаще всего откровенно хвастались, особенно молодые и гордые. Те, кто поскромней, просто пересказывали маленькие житейские радости. Как то: невестка удачно родила, девочка очень славная, назвали Ниночкой. Или: внук не погиб, вернулся живой и здоровый с равнины, и теперь в семье на две коровы больше. А то и: сын завтра идет свататься к дочери десятника! И девушка уже ответила предварительным согласием. Большой почет и уважение для рода. Скоро будет свадьба. Прекрасная Герчери тоже приглашается на праздник, и все очень надеются, что она не обделит молодых своим даром продолжения рода.

– Поняла! – зашептала зуава. – Герчери у них – богиня любви! Как у нас Лада – покровительница рода. Получается, что у них тут бытует мнение, что богиня одобрит любое благое начинание, если совершить к ней паломничество.

– Все равно странное это паломничество, – возражала Мария, пока следующая по очереди женщина внизу что-то неразборчиво бормотала, склонив голову. – Получается, что для этого в лагере надо прожить огромное время, вон, даже за новыми животными приходится в долины наведываться, да еще с риском для жизни.

– М-да, мне тоже это не нравится.

Во время очередной паузы в прослушивании из-за тихого голоса сгорбленного мужчины к окошку подобрались близняшки. Комментарии быстрой скороговоркой об иных мирах давала Вера, а Катерина лишь кивала головой да все пыталась отогреться, завернувшись в куртку сестры. Хотя под конец все-таки высказалась:

– Не знаю, кто здесь в этой статуе жил раньше, но это был явный любитель экстремальных ощущений. Там такой кошмар, такой ужас!.. Вполне возможно, что он отправлял туда смертников.