Чтение онлайн

— Теперь мне всё ясно. Гера сообщил, что я дозрел, — думал Лыков, идя по коридору.

Крыленко был уже в кабинете:

— Здравствуй, Коля.

— Виделись.

— Точно. Ну, лишний раз пожелать здоровья не помешает.

Чувствовалось, что своим решением признаться, Лыков снял у них много проблем: и у Геры, и у Крыленко.

— Садись, кури. Надеюсь, что у тебя было время подумать?

— Да, я подумал, — ответил Коля.

— Тогда, вот тебе ручка, я буду диктовать, а ты пиши. А потом, по старой дружбе я поговорю с прокурором, чтобы тебе не дали слишком много. Сейчас и адвокат подойдёт, чтобы всё по закону было.

— Спасибо, ты — настоящий друг, — ответил с иронией Лыков, — только раньше я бы хотел в туалет.

— Это можно. У тебя, как у плохого бойца перед атакой понос. Ха-ха.

Зашёл полицейский и повёл Колю в туалет, предварительно пристегнув Колину руку к своей руке наручниками. Лыков бывал уже под следствием и был уверен, что справлять нужду ему придется пристегнутым к вертухаю. Но перед входом в кабинку, к удивлению Лыкова, полицай наручники снял, хотя Коля и не слишком на этом настаивал. Закрывшись в кабине, Лыков быстро отсоединил от сливного бачка цепочку с массивной фаянсовой ручкой. Потом он приоткрыл дверь и принялся скрести пальцами по стенке. Полицай, услышав шум, заглянул в кабинку. Уловив момент, Лыков ударил его фаянсовой ручкой по голове. Тот мгновенно обмяк и упал. Коля быстро его раздел, нацепил мундир, закрыл полицая в одной из кабинок и быстро пошёл по коридору.

День был предпраздничным, время было обеденное, народа в управлении почти не было. На выходе молоденький дежурный милиционер хотел было что-то сказать, но Коля опередил его:

— Я только за сигаретами, взад-вперёд.

Милиционер понимающе кивнул. Коля вышел на улицу. Отойдя от здания управления, он остановил первую попавшуюся машину:

— На вокзал. Я прошу вас помочь в проведении следственных действий.

Шофёр микроавтобуса не стал пререкаться и помчался к вокзалу. Там Лыков успел запрыгнуть в последний вагон пригородной электрички.

Через две остановки Лыков сошёл. На этом тихом полустанке жил его приятель, на которого Лыков мог положиться. Причём, никто из знакомых Лыкова о местожительстве Артёма, так звали приятеля, не знал. У Артёма можно было отсидеться, собраться с мыслями и решить, что делать дальше.

Спал Кривцов очень крепко. Проснувшись около десяти часов утра, он не сразу понял, почему он спит в зале, на диване. Он грешным делом подумал, что напился вчера, и до своей кровати не добрался. Так иногда бывало раньше. Но, увидев на столе початую бутылку коньяка, он все вспомнил.

Кривцов прислушался. На кухне слышалось какое-то шипение и пахло блинами.

— Чего я с ней все праздники делать буду? — спросил он сам себя, — ума не приложу, — роман начинать вроде бы рано. Да и зачем мне этот роман? Дама она умная, пол мира проехавшая, ничего серьезного между нами быть не может, да и не хочу я ничего серьезного. А просто переспать? Так это я сейчас только книжку записную возьму и можно хоть каждый день и все с разными. Сюда, конечно не приведешь, но есть такие, к кому можно и на дом сходить.

Потом они ели блины и болтали о всякой ерунде.

— Сегодня, между прочим, Новый Год, — сообщила в конце завтрака Ольга.

— Неужели? — в тон ей ответил Кривцов, — кто бы мог подумать.

— Как будем праздновать? — спросила она.

— Предлагаю провести инвентаризацию имеющихся продуктов. После этого решить, что из них можно приготовить праздничного. Алкоголя у нас полно. Все просто.

— А ты, может быть, какие то другие планы имел, ну до моего появления?

— Какие я мог иметь планы, — соврал Кривцов, — я уже много лет встречаю Новый Год одинаково. Телевизор, вино, банка консервов.

Было заметно, что это враньё Ольге понравилось.

— Может, у тебя тоже были планы? — спросил Кривцов.

— Были. Но тетка умерла, а больше у меня никого из родственников нет. Есть правда подруги, но у них свои семьи. Связи я с ними не поддерживала, они до сих пор уверены, что я еще не вернулась. Нет, если, конечно, я им позвоню, то они меня пригласят, но делать этого мне не хочется. И вообще с будущего года жизнь моя изменится, не знаю, в какую сторону, но все будет иначе, я это чувствую.

— С чего это ты так решила?

— Ну, как же. Жить придется в другом месте. Родных не осталось никого. Работа только осталась прежней, а в остальном….

Ольга притихла, на ее глазах опять стали надвигаться слезы:

— Тебя вот еще стесняю. Прости, пожалуйста, но ты мне уже сильно помог, не знаю, что я делала бы в гостинице.

— Ну ладно, ладно, — Кривцов погладил ее по голове, — сегодня же Новый Год. Плакать нельзя, а надо наоборот веселиться. Поэтому на правах старшего объявляю общий сбор с целью поиска продуктов.

— Зачем? Я сейчас схожу в магазин и куплю все, что надо, — Ольга промокнула выступившие слезы и поднялась на ноги.

— Еще чего, — запротестовал Кривцов, — деньги тебе еще понадобятся.

Олег мог бы сходить в магазин и сам, но по правилам конспирации, которым он следовал неукоснительно, после работы лучше не появляться в общественных местах пару недель. Он стал извлекать из стоящих на кухне тумбочек свертки и банки и ставить их на стол.

— Хорошо, будем исходить из того, что есть, — согласилась Ольга.

— И правильно. Если бы я был один, то я бы открыл банку консервов, сварил картошки и устроился перед телевизором, — вдохновенно врал Кривцов, — но в присутствии дамы это неприлично.

— Дама все понимает, и что-нибудь изобразит из подручных средств.

К вечеру в квартире Кривцова появился неплохо сервированный стол. В числе прочих блюд имелся даже симпатичный на вид тортик. Он отметил про себя, что Ольга, несомненно, хорошая хозяйка и умеет не только вкусно готовить, но и подать приготовленное. В полночь они поздравили друг друга с Новым Годом и переместились к телевизору.