Стеклянное сердце
Шрифт:
Она рассказывала про быт в монастыре, про серые одинаковые будни, по которым она сейчас так скучала. И про Сирену, и про Опаль, про других девушек. Рассказала даже про монахиню Аспру, и не было в ее голосе ни страха, ни ненависти. Прошлые обиды казались глупыми. Она все бы отдала, чтобы вернуть то беззаботное время. Подумаешь, лупила тростью по рукам. Сейчас шансы остаться живой приравнялись к нулю.
Старик внимательно слушал, изредка задавая вопросы. Кровь совсем остановилась, и она помогла ему подняться. Он вполне сносно держался на ногах.
– Может, вам лучше переждать здесь, Харл? Я могла бы добежать до ваших родных, - неуверенно предложила Эмеральд.
Губы Харла дрогнули в улыбке, он погладил седую бороду, качая головой.
– Нет, мне нужно в Авергард, дитя. Ты сильно помогла мне, и нужды возиться со мной больше нет.
– Нет, я все же провожу до переправы. Через главные ворота входить пока опасно. Мы не знаем, что сейчас с городом. Может статься что придется бежать куда глаза глядят...
Об этом думать не хотелось. Монастырь, в который она так стремилась, казался неприступной крепостью. Там святые, они ведь непременно должны помочь.
– Мне искренне жаль, что тебе пришлось надеть доспехи. Это кажется несправедливым, учитывая, что в тебе нет магии. Морвин должно быть совсем выжил из ума.
– Указ распространяется на всех, без исключений, - развела руками девушка. Она уже давно смирилась со своей участью слабого воина.
Так, переговариваясь, они обошли кромку леса, пока главные ворота не скрылись из виду. Как и обещала, Эмеральд довела Харла до реки, где они смогли добраться до города по переправе, натягивая канат и двигая плот по воде.
Лицо Эми покраснело от натуги, руки натерлись от плотной влажной веревки. Харл пытался помочь, но морщинистый лоб тут же покрылся испариной, и он плюхнулся на сырое дерево, прислонившись к противоположному столбику. Вокруг них был слышен лишь плеск воды, скрип скрепленных бревен, да учащенное дыхание Эми.
– Я смогу, осталось немного, - успокоила сокрушавшегося старика Эми, глядя на него обеспокоенно.
– Ох, и принес я хлопот.
– Ничего, я рада что вы остались живы, Харл.
Пристальный взгляд старика смутил ее на мгновение, в груди сделалось беспокойно. Всего на долю секунды она успела подумать о том, что может, лучше бы было бежать к девочкам раньше? До того, как кальдерранцы успеют захватить город. Может, старик выжил бы и без ее помощи? Выглядит сильным. Но вот он устало прикрыл глаза, и девушка застыдилась собственных мыслей. Зашептала про себя молитву, прося прощения у Святой Анхелики за собственное бездушие.
Плот прибыл на берег, и они покинули покачивающуюся переправу. Меч в руке девушки совсем не придавал уверенности, она не обманывалась на свой счет. Пробежав пристань, они оказались в северной части города.
Перед ними развернулась ужасающая картина. В городе стояла суета, повсюду слышны крики людей, сразу несколько пожаров охватило разные районы. Над главной городской библиотекой клубился черный дым. Все куда-то бежали, с котомками, баулами. То тут, то там виднелись свирепые наездники на массивных лошадях в металлических масках. Кто махал мечом, загоняя бегающих в ужасе людей во дворы, кто поджигал еще больше зданий. Кто-то сражался на базарной площади. Там была огромная толпа и давка. И всюду вопли.
– Святая Анхелика...
– прошептала Эми, потеряв дар речи.
Сузив глаза, Харл высматривал что-то в этом дьявольском хаосе. Потом повернулся к Эми и произнес стальным голосом:
– Побереги себя, дитя. Спрячься. Лучше всего вернись в лес, пока все не утихнет.
Она отчаянно помотала головой. На грязном лице с засохшими пятнами крови ручьем текли слезы. Такого увидеть она совсем не ожидала.
– Мне нужно в монастырь. Там девочки...
Взгляд старика сделался суровым. На секунду сжав ее плечо, он отступил в сторону.
– Здесь наши пути разойдутся. Прощай.
– Прощайте, Харл, - пробормотала она, продолжая в ступоре глядеть на развергнувшийся перед ее глазами ад.
Совсем рядом завизжала женщина. Чужие крики били по барабанным перепонкам, норовя разорвать их.
– Беги отсюда!
– гаркнул старик, с неожиданной силой толкая ее.
– Чего медлишь?
Только монастырь был в другой стороне, и она, с силой сжав эфес меча, все-таки побежала, больше не оглядываясь на старика. Планировал ли он прятаться сам, или побежал искать родных - она не знала. Теперь ее мысли занимали только беззащитные сестры из монастыря. Добрался ли враг до каменных стен?
Всхлипывая и уворачиваясь от попадавшихся на ее пути перепуганных жителей, она устремилась к черному шпилю главной башни, который был виден даже отсюда.
Дыхание стало болезненным и отрывистым, в горле саднило, а легкие будто стянули раскаленным обручем. Она не останавливалась ни на мгновение.
Перед воротами монастыря она остановилась, пытаясь отдышаться. За ней точно тысяча чертей гнались. Естественно, ворота оказались закрыты, и она принялась колотить кольцом по металлической бляшке.
– Откройте! Это я, Эмеральд!
– закричала она.
Оглянуться на весь тот кошмар за спиной было страшно, она продолжала колотить и кричать, пока не осипло горло. И только когда надежда покинула ее, крохотное оконце приоткрылось, и оттуда на нее воззрилось сухонькое лицо монашки Весты.
– Эми?!
– На лице появилось изумление.
– Сестра Веста, это я! Откройте, пожалуйста! Впустите меня!
– Да, конечно!
Немедленно приоткрыв ворота, она пропустила Эми в образовавшуюся щель и тут же захлопнула, как только та оказалась внутри.