Чтение онлайн

— Давайте не будем уходить в сторону, — нервно проговорил Хентмэн. — Так вы хотите, чтобы мы убили вашу бывшую жену или нет? Решайте.

— Нет. — Чак отрицательно покачал головой. Он уже не сомневался — он знал, что не хочет смерти Мэри. Хотя стоит ему сейчас только пошевелить пальцем…

У Хентмэна снова непроизвольно дернулся правый глаз.

— Вы хотите сделать это собственноручно?

— Нет, — повторил Чак, потом добавил:

— Я помню, как Шериган на моих глазах убил ганимедянина, и не хочу, чтобы теперь на месте Смайла Раннинга Клама оказалась Мэри.

Почему он пожалел ее? Ему было сложно разобраться в собственных чувствах, однако воспоминание об убийстве Смайла Раннинга Клама на самом деле подействовало на него удручающе. Мэри не заслужила подобной участи.

Хентмэн достал носовой платок и стал вытирать пот со лба.

— Ужас, что творится! Риттерсдорф, не кажется ли вам, что вы со своими семейными проблемами расстраиваете планы двух космических империй — земной и альфанской? Нет? Тогда я «пас». Вообще–то я рад, что не нужно убивать госпожу Риттерсдорф, но, с другой стороны, я просто не в состоянии заинтересовать вас чем–нибудь столь же существенным, поймите.

— Да, наверно, так оно и есть, — согласился Чак. «Должно быть, я все еще люблю ее, — подумал он. — Женщину, которая может вот так, запросто, застрелить манского солдата… Однако с ее точки зрения она защищала свою жизнь. Можно ли обвинять ее за это?» Снова раздался стук в дверь.

— Господин Хентмэн!

Банни Хентмэн отпер дверь, и в каюту проскользнул Фелд.

— Господин Хентмэн, до нас дошли телепатические излучения ганимедской плесени. Она находится вблизи корабля и добивается, чтобы ее впустили… — Фелд взглянул на Чака. — Она хочет быть вместе с Риттерсдорфом, чтобы, как она выразилась «разделить его участь». — Фелд улыбнулся. — Плесень очень тревожится за вас, Риттерсдорф.

— Впустите эту чертову слизь, — приказал Хентмэн. Когда Фелд ушел, комик задумчиво произнес:

— Скажу вам честно, мой дорогой: не представляю, что с вами будет. Вы умудрились так запутать свою жизнь, что сам черт не разберет. Развелись, потом потеряли работу, примчались сюда с определенной целью, потом отказались от нее… Что вы за человек, скажите на милость?

— Мне кажется, Спиритус Сантус возвращается к нам. — сказал Чак.

— О чем это вы?

— О Святом Духе, — сказал Чак. — Он есть в каждом человеке, но его не всегда легко распознать.

Да, он действительно чуть было не решил участь Мэри. А ведь стоило сказать лишь слово…

— А не попробовать ли вам, дружище, заполнить душевный вакуум чем–нибудь более благородным? Например, спасением бедных, больных обитателей Альфы III M2 от ужасов принудительной госпитализации? А потом вы сможете вернуться в ЦРУ. Понимаете, у меня на борту сейчас находятся двое высших альфанских военных чинов. Они готовы в считанные часы вызвать сюда альфанские силы и добиться законной передачи луны под альфанскую юрисдикцию. Конечно, поблизости много земных военных кораблей, но это еще раз говорит о том, с какой тщательностью необходимо действовать. От вас требуется только одно: получить согласие Высшего Совета луны на альфанскую поддержку. Вы, как бывший сотрудник секретной службы, проделаете это с блеском.

— У меня возникает странное чувство, когда я думаю о том, что придется провести остаток жизни на луне, населенной одними психопатами…

— А как, скажите на милость, вы жили раньше? Ваши отношения с женой, кроме как психопатичными, не назовешь. Все образуется, не переживайте. Найдете себе подружку для постели. Мы прекрасно разглядели, когда приземлялись, с кем вы там прятались. Ничего девочка, а?

— Аннет Голдинг, — сказал Чак, — полиморфная шизофреничка.

— Даже если и так, разве она не сгодится? Чак ответил не сразу.

— Возможно.

Он не был психиатром, но Аннет не казалась ему очень уж больной. По крайней мере, она выглядела гораздо более здоровой, чем Мэри. Но Мэри он знал намного лучше. И все же…

Снова раздался стук в дверь, и появился Джерри Фелд.

— Господин Хентмэн, нам удалось установить, кто нас атакует. Это симулакрум, принадлежащий ЦРУ, по имени Даниэль Мэйджбум. Нам рассказала об этом ганимедская плесень в знак благодарности за то, что мы впустили ее. Бан, у меня есть одна идея.

— У меня, — сказал Хентмэн, — есть точно такая же идея. Впрочем, если у тебя идея другого плана, то мне не до нее. — Он повернулся к Чаку. — Мы свяжемся с Элвудом, который сейчас в здании ЦРУ в Сан–Франциско, и прикажем ему немедленно убрать оператора от Мэйджбума. Кто бы там ни сидел за пультом, пусть даже Петри. — Очевидно, комик был хорошо осведомлен о деятельности и составе персонала Сан–Францисского отделения ЦРУ. — Затем, Риттерсдорф, вы возьмете управление на себя. Отсюда, с нашего пульта. И сделаете так, чтобы он прекратил огонь. На это вы способны?

— Почему я? — спросил Чак.

Лицо комика опять непроизвольно дернулось:

— П–потому, что скоро он своим чертовым лучом доберется до реактора, и мы взлетим на воздух.

Фелд указал на Чака пальцем и заявил:

— Вы тоже погибнете. Вы и ваш заплесневелый друг.

— Но если я уговорю Совет воспользоваться альфанской защитой, это может привести к новой большой войне между Землей и Альфой.

— Да нет же, черт возьми! — рявкнул Хентмэн. — Земле наплевать на эту идиотскую луну; операция «Пятьдесят Минут» была организована в чисто исследовательских, медицинских целях. В ней нет никаких далеко идущих, скрытых намерений. Уж поверьте мне на слово, дорогой мой, — у меня есть кое–какие связи в правительстве. Если бы Земля по–настоящему претендовала на луну, сюда бы давным–давно прислали кучу экспедиций.

— Он говорит правду, — подтвердил Фелд. — Наш человек из ТЕРПЛАНа недавно сообщил то же самое.

— Да, пожалуй, вы правы, — наконец согласился Чак. Хентмэн и Фелд одновременно облегченно вздохнули.

— Ладно, я соберу делегатов в Адольфвилле, — сказал Чак, — и выскажу им ваше предложение. Но сделаю это по–своему.

— Что это означает? — Хентмэн снова насторожился.

— Не умею произносить речи, я не политик. — Чак сделал паузу. — Зато знаю, как заставить симулакрума произносить речи не хуже любого сенатора. Это моя работа. Поэтому пошлю в Адольфвилл Мэйджбума, а сам буду управлять им отсюда, с пульта.