Чтение онлайн

Однако Фьюгейт не двигалась с места. Похоже он столкнулся с тем же особенным упрямством, которое обеспокоило Барни Майерсона.

— Мистер Булеро, думаю, что с этим я должна пойти в полицию ООН, — спокойно сказала она. — Мы, ясновидцы… Он резко закрыл дверь.

— Вы, ясновидцы, — прервал он ее, — слишком интересуетесь жизнью других людей.

Лео понимал, что он у нее в руках, и теперь размышлял, что делать.

— Мистера Майерсона могут призвать, — говорила Фьюгейт. — Вы, конечно, об этом знаете. И собираетесь повлиять на ситуацию, чтобы его спасти?

— Я собираюсь кое–что предпринять, — честно ответил он. — - Мистер Булеро, — тихо, но твердо сказала она. — Давайте договоримся. Пусть его призовут, а я стану вашим консультантом по прогнозам моды в Нью–Йорке. — Она выжидающе замолчала. Лео Булеро молчал. — Что вы на это скажете? — прервала молчание Рондинелла.

Она явно не привыкла к подобным переговорам, но собиралась добиться своего. В конце концов, подумал он, каждый должен с чего–то начинать. Возможно, он стал свидетелем начала крупной карьеры.

Внезапно Лео кое–что вспомнил. Он вспомнил, почему ее перевели из Пекина в Нью–Йорк и сделали ассистенткой Майерсона. Ее предсказания могли быть неудачными и даже ошибочными. Возможно, и картина будущих газетных заголовков, обвиняющих его в убийстве Палмера Элдрича, — лишь очередная ошибка, ложное предсказание, так же как и те, из–за которых она оказалась в Нью–Йорке.

— Дайте мне пару дней подумать, — предложил он.

— До завтрашнего утра, — твердо сказала мисс Фьюгейт. Лео рассмеялся.

— Теперь я понимаю, чем вы так разозлили Барни. И Барни должен был предчувствовать, пусть смутно, что Фьюгейт подставит ему ножку, угрожая его положению.

— Послушайте. Вы любовница Майерсона, — сказал Лео, подходя к ней. — Может, вам хотелось бы чего–то другого? Я мог бы отдать в ваше распоряжение целый спутник.

«Естественно, если удастся выкинуть оттуда Скотти», — подумал он.

— Нет, спасибо, — покачала головой Фьюгейт.

— Почему? — удивился Лео. — Ваша карьера…

— Я люблю Майерсона, — ответила она. — И меня не особенно интересуют шаро… — она прикусила язык. — Люди, которые лечились в этих клиниках.

Лео снова открыл дверь.

— Завтра утром я вам сообщу.

Он смотрел, как она идет по коридору, и думал: «У меня есть время, чтобы добраться до Ганимеда и Палмера Элдрича. Тогда я буду знать больше. Я узнаю, ложны твои предсказания или нет».

Закрыв дверь за девушкой, он быстро подошел к столу и, нажав кнопку видеотелефона, сказал телефонистке:

— Соедините меня с Госпиталем Ветеранов имени Джеймса Риддла, База III на Ганимеде. Я хочу говорить с мистером Трентом. — Он назвал свою фамилию и номер и отключился, потом снова нажал кнопку и набрал номер космодрома имени Кеннеди.

Он зарезервировал место на корабль–экспресс, вылетавший в тот же вечер из Нью–Йорка на Ганимед, и, расхаживая по комнате, стал ждать звонка из Госпиталя Ветеранов.

Шароголовый, подумал он. Так она хотела назвать своего работодателя.

Через десять минут его соединили.

— Мне очень жаль, мистер Булеро, — извинялась телефонистка. — Мистер Трент не отвечает на звонки по распоряжению врача.

Значит, Рондинелла Фьюгейт права: Элдон Трент существует, находится в Госпитале Ветеранов, и, вероятнее всего, это Палмер Элдрич. Наверняка стоило туда отправиться.

«Хорошенькое дело, — со злостью думал он, — есть шанс, что я встречусь с Палмером Элдричем, поссорюсь с ним Бог знает из–за чего и в конце концов окажусь виновником его смерти. К тому же сухим из воды мне не выйти. Вот так перспектива…»

Однако любопытство его росло. Даже в ходе самых закрученных операций ему не приходилось убивать. Если между ними и произойдет что–то, это «что–то» будет весьма необычным. Лететь на Ганимед определенно стоило, тем более что Рондинелла Фьюгейт говорила лишь об обвинении в убийстве и ни слова не сказала о приговоре.

Осудить человека с его положением, даже при вмешательстве ООН, будет не так–то просто.

Лео Булеро решил дать им этот шанс.

В баре недалеко от «Наборов П. П.» Ричард Хнатт маленькими глотками пил коктейль. Коробка с образцами стояла перед ним на столе. Он знал, что с вазочками Эмили все в порядке: ее керамика всегда хорошо продавалась. Проблема заключалась в ее бывшем муже и его возможностях.

И Барни Майерсон ими воспользовался.

«Нужно позвонить Эмили и сказать ей», — подумал он и начал вставать, но ему преградили путь. Странный толстячок на тонких ножках.

— Кто вы? — спросил Хнатт.

Тот закачался перед ним на своих ножках, одновременно копаясь в кармане, как будто успокаивая зуд, вызванный каким–то паразитическим насекомым. В конце концов он вытащил визитную карточку.

— Мы интересуемся, керамикой, мистер Хатт… Натт… Не знаю, как это произносится.

— Ихольц, — вслух прочитал Хнатт. На визитке не было ничего, кроме фамилии. — Но у меня с собой только образцы. Я дам вам адреса магазинов, где продается моя керамика. Эти же…

— Предназначены для миниатюризации. — Забавный тип, кивнул. — Именно это нам и нужно. Мы собираемся миниатюризировать вашу керамику, мистер Хнатт. Мы убеждены, что мистер Майерсон ошибается, — эти вазочки войдут в моду, и очень скоро.