Чтение онлайн

— Принеси свой Кэн–Ди, — сказал Норм и бросил ей вслед:

— И не волнуйся: Чуинг–Зет продавать будут. Сегодня, забирая мешок соли из последней посылки ООН, я встретил торговца. Он дал мне карточку. — Он показал карточку. — Достаточно полвосьмого вечера выпустить обычную стронциевую ракету, и сюда сразу же прилетят со спутника…

— Со спутника! — раздались изумленные голоса.

— Значит, у них санкция ООН, — возбужденно сказала Фрэн. — Может, у них уже есть наборы и их представители рекламируют их со спутника?

— Не знаю, — признался Норм. — Пока что царит всеобщее замешательство. Подождем, пока пыль осядет.

— Здесь, на Марсе пыль никогда не оседает, — глухо сказал Сэм Риган.

Они сидели кружком. В центре стоял набор Подружки Пэт, полностью собранный, как бы приглашая к действию. Все чувствовали, как он их притягивает, и Норм Шайн подумал, что это особый случай, поскольку они жуют Кэн–Ди…, если только не воспользуются набором Подружки Пэт, приняв Чуинг–Зет. Он думал о том, каков был бы результат. Интересно…

У него было странное чувство, что результат мог оказаться несколько иным и мог бы им не понравиться.

— Понимаешь, — сказал Сэм Риган новому члену их сообщества, — мы собираемся во время перемещения слушать и смотреть новый книжный аниматор Пэт — ну, знаешь, то устройство, недавно привезенное с Земли… Ты наверняка знаком с ним лучше, чем мы. Может, объяснишь нам, как им пользоваться?

Барни послушно начал:

— Вставляешь книгу, например «Моби Дика», в приемный карман. Потом устанавливаешь промежуток времени — длинный или короткий. Потом версия — смешная, или такая же, как в книге, или грустная. Затем устанавливаешь указатель на имя великого художника, в стиле которого хочешь оживить книгу. Дали, Бэкон, Пикассо…, среднего класса аниматор обладает возможностями от комикса до нескольких известных художников; ты выбираешь их, когда покупаешь устройство. Можно расширять возможности аниматора и в дальнейшем.

— Невероятно, — с энтузиазмом воскликнул Норм Шайн. — Значит, можно устроить себе развлечение на целый вечер, например, грустную версию «Ярмарки тщеславия» в стиле Джека Райта. Ух!

— В твоей душе еще свята память о Земле, Барни. — Фрэн мечтательно вздохнула. — Ты живешь этими воспоминаниями.

— Черт возьми, мы все почувствуем то же самое, — сказал Норм Шайн, — когда переместимся.

Он нетерпеливо потянулся к скудной порции Кэн–Ди.

— Начинаем. — Он взял свой кусочек и начал его энергично жевать. — Книгой, которую я собираюсь оживить в виде полнометражной смешной рисованной версии в стиле Де Кирико, будет… — он задумался, — гм… «Наедине с собой» Марка Аврелия.

— Очень мудро, — отрезала Хелен Моррис. — Я собиралась предложить «Исповедь» святого Августина в стиле Лихтенштейна…, естественно, в смешной версии.

— Я говорю серьезно! Представь себе: сюрреалистический пейзаж, покинутые, разрушенные здания с дорическими колоннами, лежащими на земле, пустые черепа…

— Давайте лучше начнем жевать, — посоветовала Фрэн, беря свой кусочек, — чтобы все переместились одновременно.

Барни взял свою порцию.

«Все, конец, — подумал он, — в этом бараке жуют Кэн–Ди в последний раз, а что потом? Если Лео прав, то потом придет нечто намного худшее, просто несравнимо худшее, чем Кэн–Ди. Конечно, Лео лицо заинтересованное. Но он прошел курс Э–Терапии. И он умный».

«Миниатюрные предметы, которые я когда–то утвердил, — понял Барни. — Сейчас я окажусь в мире, состоящем из продукции Наборов П. П.», и уменьшусь до их размеров. И, в отличие от остальных колонистов, я смогу сравнить свои впечатления с тем, что недавно оставил. А скоро мне придется проделать то же и с Чуинг–Зет», — понял он.

— Ты обнаружишь, что это удивительное ощущение, — сказал ему Норм Шайн, — оказаться в чужом теле вместе с еще троими; мы все должны договориться, что мы собираемся делать, во всяком случае, решить большинством голосов, иначе тело даже не пошевелится.

— Это бывает, — сказал Тод Моррис. — Честно говоря, довольно часто.

Один за другим остальные начали жевать свои порции Кэн–Ди; Барни Майерсон — последним и с некоторой неохотой. «А, к черту», — вдруг подумал он и, отойдя в угол, выплюнул непрожеванный наркотик в раковину.

Остальные, сидя вокруг набора Подружки Пэт, уже впали в транс, и никто не обращал на него внимания. Он вдруг оказался один. На какое–то время барак принадлежал ему.

Он бродил по комнате, вслушиваясь в тишину.

«Я просто не в состоянии этого сделать, — понял он. — Я не могу принять эту дрянь, как они. По крайней мере, пока».

Внезапно раздался звонок.

Кто–то стоял у входа в барак, спрашивая разрешения войти; решение оставалось за Барни. Он пошел наверх, надеясь, что поступает правильно и это не одна из периодических проверок ООН; в этом случае он был бы не в силах помешать солдатам застичь на месте преступления употребляющих Кэн–Ди.

У входа, с фонарем в руке, стояла молодая женщина в мощном термоизолирующем комбинезоне, к которому она явно не привыкла.

— Привет, мистер Майерсон, — смущенно сказала она. — Вы помните меня? Я выследила вас, потому что чувствую себя ужасно одинокой. Можно войти?

Это была Энн Хоуторн. Он удивленно посмотрел на нее.

— Или вы заняты? Я могу зайти в другой раз. — Она повернулась, собираясь уходить.

— Я вижу Марс поверг вас в шок, — сказал он.

— Конечно это грех, — ответила Энн, — но я действительно уже его ненавижу. Я знаю, что должна научиться терпеливо переносить невзгоды и так далее, но… — Она осветила лучом фонаря песок вокруг барака и дрожащим, отчаянным голосом сказала:

— Сейчас я хочу только одного: найти какой–нибудь способ вернуться на Землю; я не хочу никого обращать в свою веру и ничего не хочу изменять. Я просто хочу выбраться отсюда, — и угрюмо добавила:

— Однако я знаю, что это невозможно. Поэтому я просто решила зайти к вам в гости. Понимаете?

Взяв ее за руку, он помог ей спуститься по трапу, в комнату, которую ему выделили.

— Где остальные? — Она огляделась вокруг.

— Отсутствуют.

— Ушли? — Она приоткрыла дверь и увидела лежащих вокруг набора. — Ах, вот как. А вы к ним не присоединились. — Она закрыла дверь и растерянно наморщила лоб. — Вы меня удивляете. Я себя чувствую так, что охотно бы приняла немного Кэн–Ди. А вы так хорошо переносите реальность по сравнению со мной. Я такая…, неприспособленная.