Чтение онлайн

Теперь беспокойство настоятельницы стало ему вполне понятно. Герцог слишком несерьезно отнесся к чувствам Фелиции. Он считал, что девушка выдумывает эти страхи и преувеличивает события прошлого.

К тому же он видел причину такого состояния в обычной нервозности и робости дебютантки. Все юные девушки, выходящие в свет, так же неуверенны, боязливы, стеснительны и подозрительны. Видимо, герцог глубоко ошибался.

Он поспешил отвлечь внимание графа от своей подопечной и заговорил о лошадях. Рассказал о всех предстоящих скачках. Граф слушал его рассеянно и не сводил глаз с Фелиции. Он был сражен ее красотой и свежестью, она явно пробудила его интерес.

Фелиция даже не попыталась поддерживать разговор. Какое-то время она еще стояла, но ноги не слушались ее: девушка медленно опустилась в кресло. Она так и не разжала нервно стиснутых рук.

Граф невпопад отвечал на вопросы друга. Ему явно не терпелось сменить тему разговора. Наконец он сказал:

— Друзья, мне кажется, мы попусту теряем время. Такой вечер грех проводить дома. Нас ждет Париж, с его соблазнами и развлечениями, которые, без сомнения, заинтересуют мадемуазель Фелицию.

— Я думал отложить ее знакомство со светской жизнью до завтра, — заметил герцог.

— А по-моему, пора начать сегодня вечером, сейчас же, — не сдавался граф. — Я советую тебе познакомить Фелицию с ночным Парижем.

Герцог удивленно поднял брови. Д'Авлон добавил с улыбкой:

— Я не имею в виду твой ночной Париж, Красавчик. Я говорю о Париже, который уцелел в революцию. Сейчас на улицах горят фонари, а не огни повстанцев. За время пребывания в монастыре Фелиции вряд ли довелось видеть освещенные пароходы и баржи, которые теперь плавают верх и вниз по Сене.

Дарлингтон все еще сомневался, как лучше поступить. Наконец он решил, что когда-нибудь все равно придется начинать. Пусть сейчас Фелиция напугана до смерти, рано или поздно ей придется сделать первый шаг. Так почему же не сделать его сегодня? Сейчас вполне подходящий случай.

— А ты неплохо это придумал, Анри! — сказал он. — Уверен, Фелиции эта прогулка доставит одно удовольствие. Вечерний Париж покорит любого. Так в чьей же коляске мы поедем: в твоей или моей?

— В моей, — ответил граф. — Она уже готова к прогулке, а кучер знает все мои любимые места.

Герцог пристально посмотрел на друга. В глазах графа играл озорной огонек. По всему было видно, что кучер д'Авлона неспроста знал этот маршрут. Граф завоевал сердце не одной красавицы, предложив прогулку по ночному Парижу. Это был его излюбленный прием обольщения.

— Пойди возьми накидку, Фелиция, — сказал герцог.

Девушка покорно поднялась, но устремила на него умоляющий взгляд. Он говорил без слов — Фелиция не желала ехать на прогулку, но не могла отказать герцогу, боясь огорчить его.

— Тебе понравится! — твердо сказал Дарлингтон. — Так что поспеши.

Фелиция послушно кивнула и вышла из гостиной. Оставшись наедине с герцогом, д'Авлон воскликнул:

— Mon Dieu! Где ты нашел такое сокровище? Она прекрасна! Бесподобна! И мне посчастливилось увидеть эту красоту первым. Я не верю своему счастью.

— Фелиция покинула монастырскую школу только сегодня утром, — сухо ответил герцог.

— Тогда я самый счастливый мужчина на всем белом свете! Я опередил всех. Такое чудо! А тебе непременно нужно сопровождать нас? Поверь, я отдал бы полцарства, чтобы остаться с ней наедине, — не унимался граф.

Герцог улыбнулся:

— На это ты не получишь ее согласия. Я очень серьезно отношусь к обязанностям опекуна и буду сопровождать ее везде. Фелиция ничего не знает о жизни, мне необходимо присматривать за ней.

— Ничего не знает о жизни? — повторил граф. — Тогда немудрено, что она так чиста и невинна.

Слова графа почему-то вызвали у герцога раздражение. Он боялся, что д'Авлон переусердствует в своем ухаживании и испугает Фелицию еще больше. Его чрезмерное восхищение и впрямь способно навредить ей.

— Послушай, Анри, — обратился к приятелю граф. — Фелиция еще очень молода и неопытна. Я не хочу, чтоб ты хоть чем-нибудь расстроил ее или смущал, и вгонял в краску.

Граф удивленно посмотрел на друга.

— Ты ли это, Красавчик? Какая муха тебя укусила? — спросил он. — Ты что же, хочешь вывести меня из игры прежде, чем я приближусь к намеченной цели?

— Я просто хочу, чтобы ты не торопил события и не напугал мою подопечную.

— Я, конечно, постараюсь, но обещать тебе ничего не могу, — отвечал граф. — Во мне кипит кровь, Красавчик. Что-то подсказывает мне, что я уже влюбился…

— Не забывай, я опекун Фелиции, — перебил его Дарлингтон. — Даже если у тебя самые серьезные намерения относительно девушки, в чем я очень и очень сомневаюсь, я не позволю тебе приставать к ней со своими ухаживаниями.

Граф д'Авлон не успел ничего возразить: в эту минуту в гостиную вошла сама Фелиция.

Поверх белого с серебром платья она надела голубую бархатную накидку. Девушка будто сошла с картины великого мастера. Ее глаза сделались еще больше от испуга, и во тьме в них отражался огонек свечи.

— Я готова, — сказала она герцогу. Ее голос заметно дрожал.

— Эта прогулка пойдет тебе на пользу, — ответил он. — Считай ее началом своего «светского» образования, первым уроком. Уроком легким и приятным.

— А я, как учитель, искренне надеюсь, что вы оцените его и будете долго помнить, — добавил граф.

Фелиция даже не посмотрела в сторону д'Авлона, но потихоньку подвинулась поближе к герцогу.

Они покинули гостиную, пересекли зал, спустились по мраморной лестнице вниз и через парадный вход вышли во двор. Там их уже ожидала коляска, запряженная парой лошадей. Верх коляски был откинут назад, на козлах сидело двое лакеев.