Чтение онлайн

С Сэм же история обстояла ровным счетом до наоборот. Переезжать в Яви она не хотела, свою работу в сфере литературной критики прекращать из-за этого не собиралась. И хоть семья и покинула Путоран, Сэм сохранила все контакты с родиной и периодически получала задания на написание статей.

Подобная жизнь в подвешенном состоянии, тем не менее, довела ее до ощущения тотального недовольства всем и вся, и в отсутствие Марты дома происходили политические войны эпических масштабов. Один раз в ход была пущена даже стратегическая сковородка.

Поэтому Марта не любила оставаться дома и после уроков обычно убегала с одноклассниками гулять вдоль многочисленных набережных центральной части города. В послеполуденное время солнце чаще прочего появлялось над крышами домов, и девочка жадно ловила эти ежедневные краткосрочные порции тепла и света. Вслед за солнцем снова приходили тучи, а за ними ливень, и к этому моменту дети уже обязаны были быть дома.

Марте такая строгая погодная дисциплина казалась кощунственной, и она не переставала жаловаться на нее всем прохожим.

– Если бы мне кто-нибудь сказал, что в Яви не бывает солнечных дней, я бы никогда сюда не переехала!

Пожилой мужчина за столиком в кафе лишь хмыкнул.

– А некому такое говорить, – ответил он, переворачивая страницу газеты, и доверительно прошептал: – Отсюда не возвращаются.

Марта сглотнула ком в горле и понадеялась, что последняя фраза ей послышалась.

Мужчина понаблюдал за реакцией девочки и довольно крякнул.

– Хорошо здесь, – пояснил он. – Зачем отсюда куда-то уезжать?

Марта заметила, что все жители Яви были удивительно положительного мнения о своей стране, и эти "счастливые балбесы", как выражалась Сэм, абсолютно не желали признавать, что природные условия в стране, мягко говоря, необычны. Еще бы – с таким-то огромным содержанием озона в воздухе!

Чем больше Марта об этом думала, тем больше ей хотелось увидеть мэра, сотворившим подобное с некогда обычным государством. На днях действительно должен был проходить фестиваль воздушных шаров с его участием. Но вот незадача: в это время девочка должна была быть на занятиях.

– Давай прогуляем школу! – услышала Марта чей-то воодушевленный шепот у себя над ухом.

Вслед за этим ее дернули за косичку, так что Марта сразу поняла, кто стоит за спиной, и не обернулась.

– Я знаю, ты хочешь увидеть мэра, – продолжал шептать Тир. – Ты его профилем все поля в тетрадях изрисовала. Это же фестиваль воздушных шаров! Давай, соглашайся! Пропускать уроки весело. Спорим, ты никогда этого не делала?

Марта, фыркнув, хотела заявить, что очень даже делала. Но, подумав, решила, что пропуск занятий в связи с очередным переездом не считается.

– Вряд ли они узнают, ведь правда? – спросила Марта, имея ввиду родителей.

– Конечно, не узнают, – закивал Тир довольно.

Так, видимо, все и началось.

Первым, кого увидела Марта на фестивале, был неодобрительно глядящий в ее сторону отец.

Саго осуждающе покачал головой. Это означало, что сейчас Марта может веселиться, раз уж пришла, но дома ее ждет серьезный разговор.

Марта сглотнула и поспешила исчезнуть из поля зрения отца. Настроение ее было испорчено. Не помогал даже чудесный вид на поля, засеянными, словно семенами, разноцветными воздушными шарами всевозможных размеров. На земле и в воздухе – их было столько, что, казалось, по одному имел каждый житель Яви. Что, собственно, было не далеко от правды.

Пестрота цветов радовала глаз, и Марта в конце концов заметно повеселела. Однако, найдя в разноцветной толпе призывно машущего ей руками Тира, она воспылала праведной местью и деловито начала пробираться к нему. Попутно закрывая руками уши от громкой игры праздничного оркестра.

– Меня обнаружили! Это ты виноват! – проорала Марта на ухо однокласснику, перекрикивая музыку.

Тот, вопреки ожиданиям, захохотал. Отсмеявшись, он повернул голову упирающейся Марты в сторону сцены, и та тут же перестала сопротивляться.

Мэр выглядел именно так, как его рисовали на страницах учебников и знаменах в холле школы. Та же вихрастая рыжая шевелюра, та же довольная жизнью улыбка, те же огромные оттопыренные уши и массивные плечи, – мэр был далеко не идеалом в плане красоты, но местным жителям на это было глубоко чихать. Они смотрели на него влюбленными глазами.

– Что это за штука у него в руке? – спросила Марта Тира.

– Это трость. Мэр хромает, ты разве не знала?

Марта пожала плечами. Она много чего не знала.

Трость, тем не менее, на таковую совершенно не походила. Она была сделана из некого темного метала и, продолжаясь в длину и после рукоятки, была лишь немногим короче самого мэра – а тот был ростом с Саго.

Вспомнив отца, Марта поискала его взглядом и нашла того стоящим в паре метров позади трибуны, тот без остановки что-то записывал в блокнот.

Мэр, улыбаясь и приветственно кланяясь, засыпал землей красивое тонкое деревце. Этого и стоило ожидать: к фестивалю воздушных шаров была приурочена экологическая акция, и вслед за мэром все зрители должны были взять себе по саженцу.

– Дорогие мои явийцы и явини! – воскликнул мэр, протирая платком со лба пот и доставая свой разноцветный зонтик. – Надеюсь, наша сегодняшняя акция станет ежегодной и мы еще не раз встретимся с вами по случаю столь радостному и ценному.

Затем мэр махнул рукой, и кто-то рядом с ним нажал на большую красную кнопку. Отовсюду в воздух полетели синеватые озоновые пузыри, сформировавшиеся вскоре в большую темную тучу, зависшую прямо над мэром. Туча эта загремела, внутри засверкали искры – и маленькая молния с жутким грохотом обрушилась прямо на деревце в двух шагах от мэра.