Чтение онлайн

— Соберись с силами, — прошептал Калар своему усталому коню Гренголэ. — Только одна последняя атака.

Если бы ночь не окутала поле боя тьмой, эта атака являла бы собой величественное зрелище. Все уцелевшие рыцари собрались, чтобы нанести врагу последний отчаянный удар.

Калар помолился Владычице, чтобы Она позволила ему хорошо проявить себя в этом бою, и чтобы об этом услышал его отец.

Молодой рыцарь пришпорил Гренголэ, и большой серый конь мгновенно повиновался.

Вся усталость и боль от ран были забыты, когда Калар поскакал на врага. Хотя он знал, что, скорее всего, погибнет в этом бою, но все равно ощутил себя неожиданно сильным и непобедимым, словно один из спутников Жиля Ле Бретона, подвиги коего были воспеты в балладах.

Стрелу извлекли из его плеча, и рану плотно забинтовали, из-за чего Калару стало еще труднее двигаться. К счастью, стрела попала в левое плечо, потому что если бы ранено было правое, он не смог бы держать копье или биться мечом. Ее древко вонзилось в мышцы как раз под плечевым суставом, пробив толстые доспехи, и Калар благодарил Владычицу, что не получил более серьезной раны.

Конечно, нельзя было определить, кто выпустил стрелу. Возможно, это был лишь несчастный случай, но Калар в этом сомневался. Его уже пытались убить, и, если уж тогда не получилось, Малорик мог попытаться еще раз.

То, что Гюнтер ехал в атаку рядом с ним, наполняло сердце Калара гордостью и чувством облегчения. Он был изумлен, увидев своего учителя в доспехах, скачущего ему на помощь, потому что когда Калар видел Гюнтера в палатке, тот выглядел просто умирающим, а его раны сильно гноились. Но Гюнтер сказал, что раны заживают, и Калар не заметил лжи.

Тот факт, что неизвестный рыцарь пытался убить его прямо посреди боя, приводил Калара в ярость. Это был один из людей Сангасса — в этом Калар был уверен. Но однажды он рассчитается с этой коварной гадюкой.

Грохот копыт был оглушительным. Калар положил копье на руку, пока Гренголэ мчался по взрытому полю. Земля была усыпана трупами.

Перед атакой он на прощание пожал руку Бертелису. Братья не говорили; уже не было необходимости что-то говорить. Оба понимали, что едва ли переживут эту ночь.

«Как он изменился», подумал Калар, глядя на усталое лицо своего единокровного брата. Бертелис выглядел старше, в его глазах остался неизгладимый след всех жестокостей, коим он был свидетелем. Исчезли последние следы мальчишества. Калар теперь видел перед собой молодого рыцаря, сурового и закаленного в бою.

Мелькнула мысль, что он, наверное, и сам изменился.

Они оба видели столько смертей в эти последние месяцы. Реальность войны сильно отличалась от того, что они себе представляли. Калар почувствовал себя глупым. Хоть он в действительности и не ожидал, что война будет похожа на те легенды и истории, которые они слушали в детстве, он понял, что на самом деле даже не знал, чего ожидать. И уж точно он не ожидал того страшного зловония, поднимавшегося над полем боя.

Бертелис радостно гикнул, и Калар усмехнулся, крепче сжав копье.

Все-таки его брат не совсем изменился. Если они каким-то чудом переживут эту ночь, то потом устроят невероятную попойку, и Бертелис, несомненно, затащит в постель столько девок, сколько сможет, прежде чем напиться до бесчувствия. На мгновение мысли Калара вернулись к Элизабет, ее образ снова всплыл в его мыслях.

Он увидел ее прекрасные игривые темные глаза. Запах ее духов уже почти выветрился из шелкового шарфа, повязанного вокруг его руки, но одного присутствие дара Элизабет придавало Калару сил.

Калар опустил копье, и рыцари железной стеной снова врезались в массу врагов.

* * *

Следующую жертву подтащили к нему, и Дар, схватив несчастного за табард, подтянул его ближе, принюхиваясь и внимательно вглядываясь в человека. И снова, несмотря на цвет одеяния, это был не тот, кого он искал. С растущим чувством злости и разочарования, Дар вонзил свой зубчатый нож в шею жертвы, и отшвырнул тело в сторону, к десяткам других окровавленных трупов, валявшихся вокруг.

На поле боя зазвучал сигнал одинокой трубы, и Дар, поднявшись во весь свой огромный рост, увидел, что прямо на него мчится большой отряд врага. Вождь зверолюдов зашипел, оскалив зубы. Инстинктивно реагируя на его призыв, сотни и сотни подчиненных ему тварей прекратили свой бег к холму и бросились по взрытой копытами земле навстречу атакующим рыцарям. Бретонцы косили их как траву. Дару было все равно.

Отвечая на угрозу своему повелителю, тяжело бронированные бестигоры, до того не участвовавшие в бою, направились вперед, чтобы встать на пути врага, сжимая в руках огромные топоры и алебарды. Тогда как остальные стада зверолюдов были почти неуправляемы и мчались в бой беспорядочными толпами, бестигоры маршировали стройными глубокими рядами, неся иконы Хаоса из черного железа, и земля содрогалась от топота их окованных железом копыт. Они ловко перестроились под гром барабанов, расширив ряды и сформировав защитный барьер вокруг Дара.

Громовое рычание раздалось из тьмы, из чащи деревьев позади Дара.

Вибрация от этого звука проникла в тело вождя зверолюдов, и его губы растянулись в жестокой улыбке.

Два гигантских темных силуэта, возвышавшихся над лесом, отбрасывали деревья со своего пути, вырывая их с корнями. Жестом Дар приказал им идти вперед.

* * *

Глаза Реола сияли священной яростью, когда он прорубал путь сквозь гущу врагов на острие бретонского клина. Его клинок рассекал тяжелую броню бестигоров, словно она была из бумаги, а рядом с ним барон Монкадас разил врага страшными ударами своего моргенштерна. С другой стороны от Реола Рыцарь-в-Поиске Гундехар косил зверолюдов могучими взмахами двуручного меча, страсть и вера придавали ему сил.

До края леса оставалось не больше сотни ярдов, и рыцарь Грааля чувствовал гнилостное зловоние изуродованных колдовством деревьев. Погоняя коня, чувствуя поблизости зловещее присутствие вражеского вождя, Реол скакал дальше, прорубая путь сквозь плотные ряды бронированных зверолюдов.

Раздался страшный треск и грохот, и Реол обратил взгляд во тьму леса. Он увидел, как вырванные с корнем деревья отлетают в стороны, и земля содрогается под невероятно тяжелыми шагами.

Два гигантских чудовища возвышались над лесом, древние существа, выросшие до громадных размеров из-за искажающего влияния Хаоса.