Чтение онлайн

Кстати, и разведчики тоже утратили связь с полками и тоже работали сами. Две с половиной сотни спецов действовали в тылу врага, а тот об этом даже не знал. И до поры знать не должен. Таков замысел.

Якушев держал постоянную связь с Бердиным и с базой. Они помогали ему отслеживать передвижения противника, а также координировали действия корпусов. Конечно, Вьерд об этом не знал. Но удивительная осведомленность «посланца Трапара» его не удивляла. На то он и посланец!

Впрочем, Вьерд и сам был хорошо осведомлен об обстановке. Разведка даже в отсутствие эскадронов велась постоянно. За этим в армии хордингов следили особо.

Еще более жестко держали связь. Десятки связных сновали между штабом корпуса и полками, передавая донесения и приказы. От согласованности действий всех частей зависел успех молниеносной войны.

Поздняя осень в Тиагане изобиловала резкими скачками температуры и непостоянством погоды. То греет светило и теплынь, хоть в воду лезь, то небо укутают черные тучи, холодный ветер срывает последнюю листву с деревьев и по ночам на землю ложится первый ледок.

Предзимье – не время для войны. Даже степняки никогда не лезли к соседям, сидели по шатрам. Обычно все пограничные свары проходили или раньше, или позже.

Но хординги спешили выйти к границе с империей к началу зимы и гнали войска вперед, невзирая на непогоду. В конце концов, не весенняя распутица, кони и повозки пройдут, значит, можно воевать.

Полковник Нурамет не расставался с картой. И в седле с ней, и в походном шатре, благо в отхожее место не брал. И хотя знал все наизусть, все равно смотрел.

До Накотаима по прямой сто пять верст, по дорогам около ста сорока. На пути с десяток средних и два десятка мелких поселений. Две реки, пара мелких озер и леса, леса. Самый удобный маршрут – по прямой. Но там незаметно не пройти. А разведка хоть и старается, но вряд ли перехватит всех гонцов. Какого-нибудь шустрого подростка упустит, а тот шмыгнет к городу и скажет, что идет враг. Тогда Накотаим с налета не взять. И дружину в поле не застать.

Не хотел Нурамет устраивать осаду по всем правилам. Не хотел тратить время. Бердин еще во время обучения втолковывал – скорость и еще раз скорость. Сильного врага можно упредить и нанести удар, застав его врасплох. Тогда его сила сойдет на нет, а внезапность испугает. Да так, что он побежит.

Бежать гарнизону Накотаима некуда, если только его командир не испугается. Но тот вряд ли станет трусить, будет стоять до конца. И отнимет время.

– Во всех встречных поселениях брать повозки с лошадьми, – велел Нурамет. – Все повозки и всех лошадей!! Это не даст местным послать гонца и поможет нам ускорить движение. Пошлите отряды за повозками в ближние поселения, даже если они в стороне от нашего движения. Говорите, что мы армия короля. Поверят или нет – не важно, главное сбить с толку. Можете и заплатить.

Командиры рот слушали молча, лишних вопросов не задавали. Все предельно ясно.

– Никаких пожаров и больших костров, – продолжал полковник. – Чтобы ни один дым не встал над дворами! Следите за реками. Рыбаков сгоняйте на берег. Большие лодьи, суда – все останавливать. Смотрите за небом. Чтобы крельники не летали. А крельничьи площадки в поселениях рубите. Вдруг кто пошлет птицу с запиской.

– В поселениях почти нет грамотных, – подал голос один из ротных.

– Хватит и клочка ткани. Белый с красным – сигнал тревоги! Враз поймут. Так что без разговоров рушить площадки. Гарнизон в Накотаиме надо застать врасплох. Не выйдет – придется окружать и штурмовать. А я этого не хочу!

Возражений не последовало. Командиры разделяли мнение полковника. Хотя в лагере они хорошо изучили принцип штурма замков и крепостей и не раз брали учебные стены приступом, но повторять это в реальности желания не возникало. Осада – это затяжка времени, это потери, это риск. А в армии каждый воин на счету, подставлять его голову под луки, топоры, камни и смолу нет никакого желания.

– Идем самым скорым маршем. И ждем донесений от Завака!

Завак – командир разведэскадрона, что сейчас действовал где-то впереди. Он должен был оставлять в тайниках послания полковнику. Связь хоть и односторонняя, но важная.

– Выдержим темп – возьмем город тихо, – закончил полковник. – Трапар жив!

Ротные вскинули левые руки к голове и повторили:

– Трапар жив!

Чуть позже Нурамет принимал в шатре походного вождя племени окоротов. Тот выглядел ничуть не лучше своих грязных воинов, но держался с апломбом великого воителя.

– Твои храбрые воины должны пойти вдоль русла Берсигиача. Как можно дальше. Все, что возьмете, – ваше. Но пока не дойдете до Больших камней – не поворачивайте.

Большими камнями здесь называли пороги на реке, из-за которых Берсигиач и был непроходим дальше на полдень. Раньше степняки во время налетов никогда не доходили до камней, хотя знали, что там хватает богатых поселений. И сейчас полковник бросал им хорошую наживку.

Отряд окоротов должен был отвлечь армию и создать впечатление, что это очередной дерзкий набег и не более. Пусть лучше ловят степняков, чем стерегут города.

По большому счету Нурамет бросал окоротов на съедение, ведь из такого рейда тем не вернуться. Но наживка слишком привлекательная и союзники на нее клюнут. А вырежут их – и ладно, невелика потеря.

– Мы пройдем до камней и возьмем добычу! – напыщенно пролаял вождь. – Мы привезем в Степь молодых пленниц и сильных рабов!

Степи этому вонючему уроду больше не увидеть, но говорить этого полковник само собой не стал. Как и рассказывать, что их кочевья должны были быть захвачены силами резервного корпуса.

– Покажите вашу удаль! – так же напыщенно ответил Нурамет и кивнул вождю.

Тот вышел из шатра, унося тяжкий дух немытого тела пополам с запахом конской мочи.

Стервятник! Как минимум половина его войска разбежится после первой же стычки с королевскими отрядами. Станут кружить поблизости, ждать случая, чтобы внезапно ударить, ограбить. Образуют шайки мародеров. Но это тоже пока выгодно. А потом их прижмут. Либо выловят и снова направят в строй, либо вырубят.