Чтение онлайн

Дружно повздыхав о чём-то неопределенном, девки отошли в сторону и стали полностью невидимыми…

Уяснив, что так другой полезной информации не добыть, Егор решил выйти в Мир, да и переполненный мочевой пузырь давал о себе знать. Он подошёл к двери отодвинул два массивных засова, толкнул легонько — нет, дверь не поддавалась.

Снаружи раздались неясные звуки: кто-то довольно и ехидно хмыкнул, послышалось какое-то чирканье, звук удаляющихся шагов, из-под двери плотоядно заструились тоненькие спирали желтоватого и очень вонючего дыма.

«Хреново-то оно как-то», — подумал Егор и сильно закашлялся.

Дождавшись, когда приступ кашля пройдёт, он снял с шеи медную цепочку с бронзовым ключом, засунул ключ в замочную скважину, повернул. Нет, чем-то подпёртая снаружи дверь даже не шелохнулась, дыма становилось всё больше…

Закрывая нос рукавом рубахи, Егор отошёл к противоположной стенке, прыгнул вперёд, ударил в дверь плечом. Ещё раз, ещё. Было больно, лёгкие буквально «горели». Удар, ещё один, ещё… Только с двенадцатой попытки дверь распахнулась, слетев с верхних петель.

Егор вышел из своего жилья, набрал в лёгкие — полной грудью свежего воздуха: был обычный русский рассвет, уже даже «зарассветье», часов шесть утра. Где-то далеко печально мычало кукуйское стадо, уходящее в русские поля…

Домик горел сразу в двух местах: лениво дымился правый северный угол, да низ дощатой двери, видимо, щедро облитый каким-то хитрым составом, пылал достаточно бодро и весело.

Заскочив обратно в помещение, Егор схватил первую подвернувшуюся под руку дерюжку, выбежал обратно, в течение трёх минут оперативно затушил оба источника возгорания.

Вокруг было тихо, ни души.

— Ничего себе — встреча! — возмутился вполголоса Егор. — Только что прибыл, а кто-то уже сжечь хотел, спалить заживо! И почему это никто дыма не заметил, не поднял тревоги?

«Совсем не обязательно, что это именно меня хотели отправить на тот свет, — подумалось. — Может, это настоящий Александр Данилович здесь кому-то насолил знатно. Ладно, разберёмся…»

Он с трудом повесил тяжёлую дверь обратно на петли, защёлкнул замок с помощью бронзового ключа, отошёл на несколько метров в сторону. Выяснилось, что его каморка являлась половинкой маленького домика под плоской крышей, с двумя одинаковыми входными дверьми по бокам.

«Интересно, а кто у нас сосед? — озаботился Егор. — Надо будет как-то прояснить…»

Просторный ухоженный двор, с южной стороны — симпатичный кирпичный домик, практически — коттедж. Далее поляна — сплошной газон, зелёный и нежный. Со всех сторон на приличном расстоянии у низенького забора располагались самые различные строения: низенький амбар, скотный двор, сарай, русская баня, сенник, конюшня, пара треугольных погребов, колодец-журавль…

«Неплохой у Лефорта земельный участок, — отметил Егор. — Гектара полтора будет, а то и все два…»

Навстречу ему выскочила, радостно лая, низенькая и смешная собачка — сплошные уши. Собачка не верещала, не пласталась, она просто рассказывала о том, что она очень рада этому светлому утру, этому скромному рассвету…

Егор, ласково почесав собачонку за развесистыми ушами, не мешкая, пошёл к дворовым постройкам, надеясь обнаружить там нужник. Ага, вон пожилой мужик в потёртом кафтане и в смешном войлочном колпаке на голове, держа в руках несколько зелёных листьев лопуха, вошёл в небольшой деревянный сарайчик, стоящий на отшибе. Через минуту-другую туда же попытался пройти молоденький парнишка в длинной холщовой рубахе, подпоясанной красным кушаком. Выяснив, что дверь заперта изнутри, паренёк недовольно сплюнул в сторону и справил малую нужду прямо на угол сарайчика.

Не долго думая, Егор последовал примеру мальца, отойдя за ближайший амбар.

Что ж, теперь можно было заняться и серьёзными делами.

Егор пошёл на неясные голоса, раздававшиеся со стороны конюшни. Повернул за угол, там три мужика разного возраста окружили крохотного гнедого жеребёнка, о чём-то оживлённо споря.

— Данилыч, соседушка! Утро доброе! — радостно приветствовал Егора высокий кряжистый тип в кузнечном фартуке на груди и животе, заросший чёрной курчавой бородой, такое впечатление — по самые глаза. — У тебя же батяня — знатный лошадник! Вот, рассуди ты наш спор. Я говорю, что этот стригунок в бабках слабоват, да и дёсны у него желтоватые и рыхлые… Продавать его надо срочно, пока не отбросил копыта. Вот и Вьюга согласен со мной. А Васька балаболит, — ткнул корявым пальцем в худосочного юнца, лицо которого было щедро покрыто россыпью крупных алых прыщей, — мол, добрый конь получится из этого уродца. Вот рассуди ты нас, друг сердечный!

— Доброе утро, воистину — доброе! — важно провозгласил Егор, внимательно рассматривая лица спорщиков.

«Судя по тому, что кузнец обратился по отчеству, я здесь, определённо, в авторитете! — решил про себя Егор. — Поэтому и вести себя надо соответственно. Ну и лица у них: мальчишка весь в прыщах, у кузнеца физиономия разукрашена какими-то ямками и угрями, старик Вьюга и вовсе — одни сплошные оспины и родимые пятна. Видимо, совсем здесь плохо с косметическими препаратами…»

Егор неторопливо обошёл вокруг жеребёнка, присел, с видом знатока ощупал его ноги, нежно пальцем погладил по ноздрям, осторожно помял верхнюю губу, веско высказал своё мнение:

— Ты, Васенька, завсегда слушай старших. Они много чего видали по этой жизни. Никуда не годится этот коняшка-стригунок! Совсем слабый и хилый, чисто первый комар по ранней весне…

— Ну, Данилыч, ты горазд по-умному говорить! Иногда так завернёшь, хоть стой, хоть падай! — восхитился кузнец. — Только ты лучше здесь не ходи, хоронись, поближе жмись к господскому дому…

— Что так? — нарочито небрежно поинтересовался Егор.

— А то сам не знаешь?

— Не, ни сном, ни духом. Вот те крест!

— Да Фома тебя, Санюшка, ищет. Прибить грозится, бугай здоровый, — проинформировал рябой старик Вьюга. — Кто-то ему донёс, что ты его дочку Марфутку… Ну, того самого, сам знаешь, чего…

— Врут всё! — искренне возмутился Егор. — Наговор сплошной! Домогалась эта дура меня, врать не буду. Но отказал я ей, не нравятся мне такие глупые бабы. Где сам Фома-то сейчас?

— У себя, где ж ему быть ещё! — Прыщавый Василий махнул рукой в сторону сенника. — Мастерит чегой-то.

— Покедова вам, люди добрые! — кивнул головой Егор и бодро зашагал в сторону высоченного сарая, где складировали сено на зиму.