Стрелок-4
Шрифт:
Увидев Будищева, она на секунду застыла, будто не веря своему счастью, а потом бросилась к нему и с рыданиями повисла на шее.
— Не положено, — попробовал удержать ее конвоир, но наткнувшись на красноречивый взгляд непонятного флотского отступил.
— Какой пассаж! — округлил глаза адъютант.
— Вам тоже нравится? — улыбнулся уголками губ ротмистр.
— Но, черт возьми!
— Если я расскажу, вы все равно не поверите!
— Даже так? — высоко поднял брови тюремщик.
— Ты пришел, — плакала тем временем на груди Дмитрия Стеша. — я знала, я верила, ты придешь за мной и заберешь отсюда!
— Все хорошо, милая, все кончилось! — успокаивал он ее, после чего повернулся к сопровождающим, — мы можем идти?
— Конечно, — почти сочувственно отозвался, бог знает, что себе вообразивший адъютант. — Извольте следовать за мной.
К счастью на обратном пути никаких приключений не случилось и через несколько минут Будищев, Стеша и сопровождавший их жандарм смогли покинуть мрачные своды Петропавловской крепости.
— Господи, неужели я на свободе? — прошептала девушка, услышав, как за ее спиной лязгнули окованные железом ворота.
— Стешенька! — обрадовано завопил с высоты козел Шматов и, спрыгнув, кинулся ее обнимать, приговаривая, — А я уж и не чаял увидеть …
— Умеешь ты ободрить, — криво усмехнулся Дмитрий. — Все. Хорош! Торжественная встреча и банкет будут потом, а сейчас домой.
— Как скажешь, Граф, — тут же согласился Федя и открыл дверцу экипажа. — Садитесь, Степанида Филипповна, доставим по первому разряду! Эх, кабы вы знали, каких людей я в нем возил…
— И в самом деле, — усмехнулся Ковальков, — раненный император и покушавшаяся на убийство приказчика девица. Какая ирония судьбы!
— Господин ротмистр, — резко повернулся к нему Дмитрий, — надеюсь, вы сумеете самостоятельно добраться до Зимнего?
— Конечно.
— Тогда, до скорого.
— Уж не сомневайтесь, господин подпоручик, — прошептал ему вслед жандарм. — Непременно встретимся!
— О чем он говорил? — спросила Стеша.
— Не бери в голову, — отмахнулся Будищев. — Давай лучше подумаем, что делать дальше.
— О чем ты?
— Тебе надо на какое-то время уехать. Лучше всего с Лиховцевым в деревню.
— Хорошо, — не стала спорить девушка. — А Семка?
— Если все будет хорошо, тоже, — помрачнел моряк.
— Ты знаешь, кого я видела в крепости? — неожиданно спросила Стеша.
— Откуда же мне знать.
— Гесю!
— Что?!
— Да. Она тоже томится в Трубецком бастионе. Мы случайно столкнулись. Меня тогда только привезли, а ее вели с допроса.
— Ну и черт с ней!
— Не говори так, прошу тебя. Ты не знаешь, каково находиться здесь, а я знаю…
— Послушай меня, девочка! — прервал ее Дмитрий. — Ты не представляешь, чего мне стоило вызволить тебя и я, если честно, до сих пор не могу понять, как это получилось.
— Но…
— Что ты хочешь?
— Помоги ей. Пожалуйста. Да, я знаю, она дурная женщина и обманывала тебя, но такого никто не заслужил. Даже она…
— Обманывала?!
— Ой…
— Говори, раз уж начала.
— Она беременна, — нахохлившись как воробей, ответила воспитанница.
— Е… батюшки! — искренне изумился подпоручик.
— Не ругайся, — еще более нечастным голосом попросила Стеша.
— Это я еще ласково, — устало откинулся на спинку сиденья Будищев. — В общем, так. Я не хочу ничего слышать об этой женщине! Не перебивай! У нас сейчас и помимо тебя с Семеном чертова куча проблем и еще одна мне ни в один хрен не уперлась! Так понятно?
— А что с Семкой? — насторожилась услышавшая его, наконец, девушка.
— Ранен он, — буркнул Дмитрий.
— Как?! Где он? Вези меня туда, я хочу его видеть!
— Стоп, девочка. Посмотри на себя, в каком ты виде? Давай сначала домой, умыться, переодеться, причесаться там…
— Митя, миленький, пожалуйста, отвези меня к нему!
— Ладно, — сдался подпоручик и постучал кулаком по стенке кареты, — Федя разворачивай к Студитскому, пока мы в слезах не утонули!
Доктор Щербак выполнил свое обещание, и все это время оставался с мальчиком. Бледный Семен, весь перемотанный бинтами, вытянувшись лежал все на той же кушетке и улыбался. Рядом на маленькой скамейке, сидела едва сдерживающая слезы Степанида и держала его за руку.
— Тебя отпустили? — еле слышно спросил он.
— Да, — закивала она не в силах отвечать.
— Я так и хотел…
— У тебя получилось, — вздохнул Будищев. — Государь узнал, о чем ты хотел его просить и повелел освободить нашу Стешу
— Я знал, что получится, — удовлетворенно улыбнулся Семка и тут же, будто вспомнив о чем-то важном, пожаловался, — а Ирина Михайловна сказала, чтобы я уходил…
— Ты про что? — насторожился Дмитрий. — Какая еще Ирина Михайловна?
Увы, ответа от притихшего мальчика не последовало.
— Он заснул? — холодея от предчувствия, но, все еще надеясь, спросила Степанида.
Утомившийся за день доктор Щербак тут же неожиданно легко подскочил и, приложив два пальца к тонкой шейке пациента, попробовал нащупать пульс. Так и не обнаружив биения жилки, Александр Викторович повернулся к Будищеву и немного виновато развел руками.
— Царство небесное, новопреставленному рабу божию! — истово перекрестился скромно стоявший до тех пор в уголке Шматов.
Будищеву хотелось что-нибудь сломать или, на худой конец, грязно выругаться, но он невероятным усилием воли сдержался. Подойдя к своему воспитаннику, он провел по его лицу рукой, закрывая глаза, потом приложился губами к холодному лбу и на негнущихся ногах вышел из комнаты. Рыдающая Стеша и пытающийся успокоить ее доктор этого даже не заметили, и только Федор, уловил в глазах боевого товарища какое-то знакомое выражение.