Чтение онлайн

Ника швырнула молнию в приближающееся подкрепление, но те оказались не лыком шиты. Отверженных сопровождали маги. Молния растеклась по магическому щиту, который прикрыл отверженных. В сторону от места удара разлетелись яркие искры, но уже совершенно безобидные.

Очевидно, все наши силы мы должны сосредоточить на Перчинке. Она самая опасная. Если возьмём ее в заложники, сможем диктовать свои условия. И пусть только попробуют сопротивляться!

Я рвался к Перчинке сквозь ряды отверженных. У меня наготове были все мои Способности, если не считать Ну Тупые. И Сюжетная броня, и Сын маминой подруги — все рвались в бой. В Ядрах Сущности находились Гибкие лианы и Манипуляция с кодом Речи. Не знаю, правда, как последнее мне может сейчас пригодиться… здесь же нету боссов подземелья. Если только попробовать поковыряться в интерфейсе Наперченой. Но для этого ее для начала надо поймать и обездвижить!

Я незаметно разрезал перед собой пространство клинком Грез, оставив в воздухе сверкающую радужную полосу. Наш потенциальный путь к спасению. Если что будем отступать через него.

Несколько отверженных на полной скорости забежали в разрез и скрылись в нем, не успев остановится. Ну бывает, что уж там. Внимательнее надо быть.

Плохо, что из-за Нереалистичности, я вынужден использовать клинок Грез. Ферра куда эффективнее… ну да ладно, пусть она сражается сама по себе!

— Ферра, вмажь им! — рявкнул я, выбрасывая клинок из инвентаря.

Ферра тут же приняла свой привычный для Грез облик — трехметровой жуткой женщины со стальными глазами. И весом во много сотен центнеров.

Всей своей стальной тушкой она рухнула на группу отверженных, придавив их к полу. Поверхность под ее весом вмялась и прогнулась… как бы они на нижний этаж не провалились.

Сахаринка, крепко сжимая шестоперы, крутилась вокруг своей оси. Словно смертоносный волчок, она врубилась в ряды отверженных, нанося удар за ударом. И никто не мог остановить мирмецию, стремящуюся спасти свою маму.

Я все ожидал, что Перчинка жахнет Способность социальной справедливости, но министр почему-то медлила. Она пряталась за спинами отверженных и лишь изредка лупила по мне лучом Нереалистичности.

Видимо, она не хотела вредить своим подручным. Сила СЖВ лупила по площади. Чужих и своих не различала. Скорей всего Способность изрядно ослабит ряды армии самой Перчинки. А она этого не хотела.

Дело было в том, что существовал определенный шанс, что моей команде Способность Перчинки особого вреда не нанесет. Допустим, сменится у Сахаринки временно ориентация, ну начнет ей Ника нравиться больше, чем я… и что? На нашей боеспособности это никак не скажется.

Полагаю, Перчинка припасла СЖВ-power на крайний случай. Если мы заборем всех отверженных, то министр жахнет по нам из всех орудий.

И не стоит также забывать, что у Перчинки есть и пятая, неизвестная мне Способность. Не удивлюсь, если она окажется самой опасной из всех.

Поэтому я тоже не торопился раскрывать карты и припрятал Сюжетную броню напоследок. Под ее воздействием со мной ничего плохого случиться не может. Главное, не потратить раньше срока.

— Хм, забавненько, — неожиданно произнесла Перчинка, слегка удивлённо глядя на Сахаринку. — Каким образом ты стала Муравьём-интелектуалом? Твой интеллект ведь по-прежнему на весьма удручающем уровне… Это дело рук Батикова? Да, точно, кого же ещё, — она усмехнулась. — Вот уж не думала, что магию мамы Эгины можно обойти или поломать. Надо будет подумать, как в будущем более не допускать подобных эксцессов.

Она выстрелила в Сахаринку лучом Нереалистичности. Я не успевал его отразить, но воительница, умница и красавица, справилась сама. Она ловко отскочила в сторону, луч пронесся мимо и поразил одну из отверженных. С громким хлопком та превратилась в обычного человека и рухнула на пол.

— А ну не трожь Сахарка! Трусливая сука! Дерись со мной! — взревел я, удваивая натиск. Отверженные передо мной разлетались как кегли после мощных ударов. Я врубился в их ряды, раздавая смертоносные удары направо и налево. Клинок Грез рассекал воздух передо мной радужными росчерками.

— Госпожа, почему вы позволяете ему так с вами разговаривать? С вами, со спасительницей Мирмеграда, апостолом новой веры? — прошептала Перчинке на ухо одна из мирмеций с перекрученными усиками — секретутка. До сих пор в потных ладошках сжимает блокнотик с самопишущие пером. — Давайте используем вашу сильнейшую Способность!! Накажем его! И его мерзких распутных девиц! Мы так долго к этому шли… к великому очищению Мирмеграда от разврата и пошлости… Осталось совсем чуть-чуть и вся мерзость будет уничтожена руками Параситик… всех развратников мы оставим на поверхности, лишь святые и целомудренные спасутся в благословенной Тьме подземного Мирмеграда… Этому жалкому извращенцу не остановить нас! Давайте прикончим его!

Но Перчинка отчего-то медлила. Что-то мешало ей применить свое ультимативное оружие, если оно у нее и правда было. Перчинка внимательно глядела на меня, и в глубине ее глаз я видел борьбу двух сильных, но противоречивых чувств…

Отверженные все прибывали и прибывали. Отлично вооруженные, как сталью, так и магией, их сопровождали отверженные маги, переходные формы, а также немногочисленные отверженные-солдаты. Ника и Ферра, конечно, не давали им спуску, однако под напором такой силы даже мои девоньки начали отступать.

Я просто не знал, что делать дальше. Перчинку нахрапом взять не получилось, эффект неожиданности пропал. Миссия провалилась, нам осталось лишь отступление.

Да, похоже на то… Если я хочу сохранить своих девочек, надо отступать. Риск не оправдался, случайность поломала все наши планы. Только вот как выручить Эгину? Нельзя же отдавать королеву на растерзание ломехузе и ее подсоскам?

Я до хруста, до боли в дёснах стиснул зубы. Думай, Славич, думай… должно же быть решение!

— Давайте же, госпожа… — секретутка продолжала подзуживать Перчинке на ухо. — Почему вы медлите? Покончим с ним раз и навсегда!

Перчинка выпустила воздух через плотно сжатые зубы и с явной неохотой произнесла:

— Хеппи-Энда не будет!

Яркая вспышка ударила мне по глазам. Я ощутил паралич во всём теле, мышцы не слушались. Даже мысли словно застыли и ворочались с другом, словно в очень плотно киселе. Что происходит?

Когда ко мне вернулось зрение, то ситуация в зале совещания в корне изменилась. Я, Ферра, Ника и Сахаринка — все лежали на полу, крепко связанные! Кляпы, верёвки — упаковали нас как надо. Ферру так и вовсе туго обмотали цепями, а в рот ввинтили огромный стальной болт.