Чтение онлайн

— Аха, скорее, не встретились, а сцепились. Настоящее бедствие, а не девушка. Холодная, блеклая… как ледышка. Айсберг!

— Синар! Она твоя избранная, подбирай слова.

— Но очень красивая, — исправился я с оттяжкой. — Только сухая, какая-то бездушная, словно из нее эмоции выпили. Да теперь все равно, какая… Я не успел узнать ее получше — погибла Любава, — наконец, озвучил правду, и самому плохо стало от услышанного. — В моей колеснице девчонка была… Я своим ходом возвращался домой, потому и… задержался немного, — усмешка получилась диковатой, но лучше сейчас шутить не получалось.

— Тебя три года не было, — содрогнулась мама, сжав горло до болезненного всхлипа. Она отвернулась, спрятала глаза и затряслась в глухих рыданиях.

— Жив я, не плачь. — Перехватил ее руку, потянулся обнять, но силы резко закончились — рухнул на подушку. Проговорил слабо: — Что-то с порталом случилось. Нужно выяснить, кто настраивал мое перемещение. Похоже на покушение.

— Много времени прошло, — прошептала мама, стирая слезы, — вряд ли выйдет что-то выяснить. Я…

Она моргнула, захлебнувшись словами, но я понял, что хотела сказать. Что не надеялась на мое спасение, что ночами в подушку рыдала, что себя винила за то, что отпустила на бал.

Горевал ли отец, когда узнал, что я не вернусь? Или два запасных сыночка есть, чего тужить?

Погладив ладошку мамы, я поцеловал ее влажные пальчики. Раньше мог бы согреть своим дыханием, теперь только охладить. Нет во мне былого жара, гудящая пустота осталась.

— А из академии не связывались с вами? — спросил, откинувшись на постель. Подниматься сейчас, словно камни таскать, сил совсем не осталось. — Ничего не сообщили?

Мама пожала плечами и посмотрела на свои руки.

— А что сообщать? Многие видели, как колесница вырвалась из портала в небо, а после рухнула в расщелину. Не до академии было, сынок. Да и новость о твоей скоропостижной смерти облетела весь Энтар.

Я поморщился. Любят у нас сочинять и судачить…

— Но все видели, что на машине улетел не я, а невеста, почему никто вам не сказал?

— Я не знаю. Там не до этого было. Через три дня после твоей… — мама сглотнула, — гибели умер старый ректор.

Я почти не отреагировал на новость, ведь седого старика почти не знал, поэтому и удручаться не стал. Все мы уйдем со временем во тьму.

— Обломки? Меня искали?

Мама втянула плечи и покачала головой.

— Синар, расщелина так глубока, что дна ее не видно. Это было бессмысленно. Тем более, после…

— Ясно. Значит, смирились.

— Нет же! — мама встала, отступила от моей кровати к окну и подставила бледное лицо свету лотта. Она заговорила снова, но сухим, бесцветным голосом: — Если бы я знала, что есть хотя бы шанс…

— Наверное, его и сейчас нет, — бросил я слишком резко. — Заранее не радуйся.

— Зачем ты… — мама обернулась, по лицу и плечам разбежались искры кританской магии.

Как ее утешить, не знаю. Чем помочь — тоже. Тут бы не сдохнуть от слабости, духом не пасть, как последний трус, все остальное как-то блекнет теперь. Гулянки, выпивка, девки… Бессмысленное. Дешевое, как моя жизнь. И пустое.

Я теперь хуже простеца, у тех здоровье конское, а мне и руку не поднять.

Заговорил, собирая волю в кулак, хотя ее остались крохи:

— Понимаю, что тебе тяжело это пережить и принять, мам, но я все еще не восстановился, все еще без магии и сердца. Надежды на улучшение нет. Ты это знаешь. Все это знают.

— Мы придумаем что-то…

— Конечно, — я скупо заулыбался, — еще один осколок или что-то покруче? Желательно такое, чтобы убило с первого раза и не оставило меня ходячим, немощным трупом.

— Син! — взмолилась мама.

Только в меня будто мрак вселился. Были бы силы, ушёл бы от этого разговора, хлопнув дверью, а так — только рукой махнул, мол, хватит.

— Погибла невеста, которую артефакт выбрал. Что теперь будет? Папа другую мне подложит?

— Сейчас проверим, погибла или нет, — голос отца пробил комнату настоящим громом.

Как он вошел, я не заметил.

— Дэкус, пожалуйста… — мама подбежала к королю и почти повисла у него на шее. — Синара три года не было… будь помягче. Мы же думали, что не вернется…

— Помягче? — в голосе отца звенела настоящая ярость. Конечно, я всегда и во всем виноват. — Он банальное задание выполнить не смог — привезти невесту домой. А ты говоришь мне — быть помягче?! Я уже и осколок дал в помощь, идиоту, да он профукал все! Крита из-за его выверта на ушах!

— О, конечно, — я засмеялся через боль. — Лучше бы я вообще не родился…

— Милый, перестань, — мама смотрела на меня, но тут же ринулась к отцу. — Он наивный мальчик, не суди так строго, — горько плача, хватала короля за руки, будто тот сжалится, глядя на ее слезы, а меня это раздражало.

Почему она унижается? Словно я войну развязал, а не девушку упустил.

— Может, пообщаетесь снаружи? — прикрыв ладонью глаза, протянул я умоляюще. — Дайте поспать.

— Выспишься после смерти! — вскрикнул отец и оттолкнул маму.

Я ошарашенно взглянул на него и понял, что совсем не знаю этого мужчину напротив.

Папа всегда был строгим, но чтобы орал на меня или смерти желал, не припомню.

Король горой двинулся на меня.

— Дэкус, остановись, — не унималась мама, но уже не приближалась. — Он же наш сын.

— Нормальный сын привез бы домой выбранную девушку, а не позволил ей захватить колесницу. Сэйлана, ты же понимаешь, что девушка убежала не просто так, — отец яростно жестикулировал, бесился, краснел. Его волосы разлетались по сторонам, будто снежные вихри. — Он проигнорировал волю осколка, оттолкнул невесту. Не знаю, что нужно было сделать, чтобы избранная ушла от своей судьбы! Что? Можно? Было? Вытворить?!

Мама заломила руки на груди, поправила гладкую ткань голубой юбки.

— Это я виновата, Дэкус. Сказала Синару перед отлетом, что в первую очередь он сам должен выбрать, а осколок — просто совет.