Чтение онлайн

Мне тоже нравилось учиться, но далеко не всегда. Основными и обязательными на первом курсе ускоренного обучения были: история, матометрология, материаловедение и естествомагия.

На истории было интересно и легко, потому что преподаватель много рассказывал, вовлекая студентов в дискуссию. История увлекала меня за исключением тех моментов, когда я путал даты и названия.

На матометрологии мы постоянно что-то вычисляли, измеряли, чертили. А сами занятия частенько проходили на природе. Мы наблюдали за небом, облаками, изучали структуру Ледяных гор, состав почвы и камней вокруг Фегля. А преподаватель увлекательно рассказывал нам о стихиях и катаклизмах.

Материаловедение и естествомагию нам преподавал сам Тильтилиг. И помимо того, что его занятия всегда были интересными, я обнаружил у себя странную тягу к естественным наукам, чего никогда за собой не замечал. Мне нравилось опытным путём выделять из веществ различные компоненты, соединять их и создавать новые. Я многое узнал о технологиях Фегля. Созидатель рассказал нам, что здания в городе возведены из особого серо-серебристого искусственного камня, который синтезируется из порошка серебрянки, ракушечника и рудной крошки. Поэтому дома и мостовые кажутся серебряными. А ещё я научился делать разные предметы из горного хрусталя и серебрянки.

Но самыми интересными были занятия по естествомагии, где я впервые постиг магическое устройство этого мира, узнал о соотношении сил. А мне с каждым днём хотелось знать всё больше об этом мире, особенно о стране лежащей в кольце Ледяных гор и разделённой на две части Чёрными горами. Я прямо сам себе удивлялся.

Но иногда, несмотря на это, меня таки охватывала жуткая хандра. И тогда я пропускал занятия. Сбегал из школы и бродил в одиночестве по лесопарку на Вороновых холмах. Я шатался от дерева к дереву наедине со своими мрачными мыслями, бродил как привидение среди древних стволин, имея весьма слабое представление о времени и о том, как долго мне осталось так бродить. Возможно, скоро я и стану тенью и никогда не вернусь домой.

Я так часто бывал в лесу, что даже вороны привыкли ко мне. При моём появлении они приветствовали меня ироничным «Карр-кра» и величественно отворачивались, сидя на ветках, или же улетали, чтобы не мешать мне хандрить. Догадливые и мудрые птицы.

Я трогал кору, расшвыривал сухие листья, сгребал их в охапку, и, устроившись на шуршащей куче, жевал припасённый бутерброд, разглядывая блёклое предзимнее небо, просвечивающее сквозь сплетённые голые ветки.

Тем временем наступила зима, и вершины Ледяных гор укрыл снег, искрящийся в солнечный день миллионом слюдяных чешуек. По вечерам с рек на город наползали туманы и оставались до утра, рассеивая свет фонарей. Заметно похолодало, и все надели тёплые куртки, плащи и шубки. Последние, по всей видимости, из неубитых баранов или пантер.

Все готовились встретить феглярийский Новый год, а я продолжал жить на грани исчезновения. Меня терзали дурные предчувствия и холод по очереди, а часто и вместе. Особенно когда я задерживался по вечерам и возвращался с лесных прогулок грязный, мокрый, пропахший землёй и тоской, натыкаясь на неизменно-укоризненный взгляд Верении и холодное молчание Астры. Она обычно сидела в гостиной у камина и мечтательно смотрела на огонь. Но сегодня вечером всё было иначе. Хотя начиналось как всегда.

Я вот так же в гордом одиночестве вернулся в дом Керика после очередного прогула. Понуро поднялся на второй этаж, где находилось моё личное временное пристанище и ещё в коридоре, не доходя до своей комнаты, услышал, как оттуда доносятся голоса. Сначала я испугался, ведь там находился сундучок с волшебными предметами. Однако дом Керика хорошо охранялся…. Вскоре я уловил, что это голоса девчонок, и перепугался ещё больше. Мало ли… Я ворвался в комнату и застал следующую картину.

Астра заслоняла собой сундук, стоящий на столе, а Ринка с Динкой решительно наступали на неё.

— Не смейте!

— Это ещё что такое?!

Девчонки обернулись и резко скисли. Астра, увидев меня, облегчённо вздохнула.

— Наконец-то! Я устала охранять твоё добро от этих чокнутых.

Чокнутые внезапно кинулись ко мне с умоляющими лицами. От неожиданности я с силой оттолкнул дверь, которая тут же захлопнулась, и упёрся в неё спиной под напором двух торпед в женском обличье.

— Кеесик! Милый! Кеесик! — вопили они, вешаясь мне на шею и даже пытаясь чмокнуть меня куда попало.

— Ке-ееесиик!

— Како-овааа!!! — душераздирающе заорал я, и они испуганно отпрянули.

— Так, — продолжал я уже спокойно, отстраняя растерянных девчонок и проходя в комнату. — Что здесь происходит?

— Мы хотели только немножко, совсем немножко, — залебезила Ринка, умильно улыбаясь, а Динка бочком-бочком подобралась ко мне и взяла под руку.

— Ну можно нам взять флакончик? А? — просюсюкала она.

— Какой ещё флакончик?

— Волшебный.

— Как вам не стыдно, девчонки! — взорвалась Астра.

— Ну, мы немножко только, — заюлила Ринка. — Вот и бутылёчки прикупили. Краси-ивенькие.

Она пошарила в сумочке и выудила два крохотных пузырька из розового стекла.

— Са-авсем малюпусенькие… же…

— Говорят вам, нельзя!

— Погоди, Астра, — остановил я её и обратился к девчонкам. — Так что вы хотите сделать с флаконом?

— Мы нальём туда немного волшебных духов, — Динка вздохнула. — Немно-ожечко. Вот стоко-очки… И она замахала пальчиками вблизи моего носа.

— Пожа-алуйста, — Ринка прижала руки к груди. Весь вид её умолял.

— Кееси-ик…

— А зачем вам волшебные духи? — сурово поинтересовался я.

— Э-э… э, — Динка с Ринкой преглянулись.

И куда вдруг девалась их решимость?

— А если скажем, дашь флакон? — хищно спросила Ринка.

— Посмотрим, — небрежно и непреклонно отозвался я.

— Ладно, — Динка махнула рукой. — Ты же знаешь о действии духов.

Я кивнул.

— Так вот, Мы с Ринальдой влюбились… — Она всхлипнула и прикрыла глаза, а Ринка продолжила.

— Они та-акие супер! Та-акие классные!..

— Кто?

— Парни из гвардейского корпуса.

— Так он ведь — женский? — недоумённо перебил я.

— Ну да, женский-женский, а зато напротив — мужской…

Н-да, теперь ясненько, что так привлекло Динарью в гвардейском корпусе. Следовало бы догадаться.

— Мы их там встретили…

— И что?

— Мы уже всё перепробовали, — вздохнула Ринка.

— А они на нас и не смотрят! — выпалила Динка, вытаращив глаза.

Похоже, сам факт невнимания к ним гвардейцев казался ей вопиюще святотатственным.