Судныи? день

Приятного чтения ?

ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ О СОДЕРЖАНИИ

Серия «Братство Обсидиана» — это мрачная романтическая серия, рассказывающая о внутренней работе вымышленного тайного общества. Мир, который я создала в этой серии, темный, зловещий и часто не очень красивый. Здесь будут такие темы, как употребление наркотиков, интимные отношения с несовершеннолетними, спортивная охота и т. д., которые некоторые читатели могут счесть оскорбительными или некомфортными.

Я надеюсь, что вы знаете свои границы и сможете перелистывать страницы по своему усмотрению.

Я лично люблю хороших морально серых главных героев и сюжетные линии без границ.

ПРИМЕЧАНИЕ АВТОРА

Если вы дошли до этой серии, вам не нужны предупреждения о триггере. Это было невероятное путешествие. Мне очень понравилось делиться с вами этим миром, и мне грустно прощаться. Спасибо, что рискнули и шагнули в темноту вместе со мной. Я искренне благодарна.

Все, что я могу сказать о Грее: забудьте все, что, как вы думали, вы знали. Идите вслепую. Вы поблагодарите меня.

И наслаждайтесь поездкой.

Xx,

Дилейни

Злодеям. Настала ваша очередь получить девушку.

ПЛЕЙЛИСТ

In the Woods Somewhere — Hozier

Hold On — Brooke Annibale

Darkness in Me — Fight the Fade

The Troubles — U2

Haunted — Acacia Ridge

Paint It, Black — Ciara

You Should See Me in a Crown — Billie Eilish

Hurts Like Hell — Fleurie, Tommee Profitt

The Devil Within — Digital Daggers

My Demons — STARSET

ПРОЛОГ

Тогда

19 лет

Лунный свет проникал сквозь полог ветвей. Корни деревьев погружались и выходили из земли, словно длинные толстые пальцы, хватающие землю, как руки, сжимающие простыни. Потускневший гобелен из некогда золотых листьев покрывал землю. Меня всегда завораживал лес. Древний. Безвременный. Спокойный. Идеальное место, чтобы спрятаться. Идеальное место, чтобы заблудиться. Покрытая мхом кора этих возвышающихся гигантов хранила целую жизнь секретов. Я тоже хотел быть хранителем тайн. Однажды я им стану. Как и мой отец.

Вдалеке, за густой рощей деревьев, мои родители устраивали вечеринку по случаю моего девятнадцатого дня рождения. Отголоски огней и музыки долетали от нашего поместья вниз по холму и через лес. Праздник был скорее для них, чем для меня. Мне не нужны были принудительные улыбки и фальшивые приветствия.

Мне нужно было это.

Она.

Мне нужны были длинные светлые волосы, кремово-белая кожа и ярко-красные губы. Ее спина, прижатая к толстой шотландской сосне, облака горячего дыхания, танцующие в холодном воздухе, и ощущение ее бедер под кончиками моих пальцев, когда я скользил рукой по ее ноге, задирая светло-розовое платье. Жар ее киски через тонкие белые трусики, когда она расширила свою позицию, позволяя мне шагнуть между ее ног. Сладчайший стон, прорезавший хрустящий ночной воздух, когда я прижался к ней, потерся о нее. Мой член уперся в молнию, так сильно, что это было почти больно.

Прикасаться к Сэди было почти так же хорошо, как трахать Сэди.

И это было намного лучше, чем собрание элитных светских львов, включая морально разложившегося короля, который смотрел на мою девочку так, словно хотел ее сожрать.

Да пошел он.

Она была моей.

Моя, чтобы смотреть на нее.

Моя, чтобы поклоняться.

Моя, чтобы поглощать.

Ее спина выгнулась, и голова откинулась назад к дереву, обнажив нежный столбик шеи. Я с радостью принял это подношение. Я провел носом по ее горлу и глубоко вдохнул, втягивая в легкие ее аромат. Мой собственный афродизиак.

— Мы должны вернуться в дом, пока они не заметили, что нас нет, — ее голос был мягким, нежным, женственным. И бездыханным.

Эти слова, как целая жизнь правильного этикета и послушного ухаживания, слетели с ее губ. Но я знал, что она не имела их в виду. Она нуждалась в этом так же сильно, как и я.

— Тогда пусть они заметят, — я взял ее за шею одной рукой и провел зубами по линии ее челюсти, остановившись на уголке ее рта.

— Это твой день рождения, Грей. Твой праздник, — ее дыхание танцевало с моим.

Я скользнул другой рукой к ее горлу и провел большим пальцем по нижней губе.

— И ты — мой подарок. А теперь будь хорошей девочкой и откройся для меня.

Ее рот повиновался, губы разошлись и пригласили меня войти. Наши языки столкнулись, и я пировал на ней. Нанес ей синяки своим ртом. Размазал ее помаду по всему ее красивому лицу. Она обхватила руками мою рубашку и стонала у меня во рту. С каждым движением моего языка против ее, огонь и потребность проникали в мои кости. Каждая секунда, когда я не был внутри нее, была мучительной.

Я оторвался от нее и прошептал ей на ухо:

— Скажи мне, чего ты хочешь.

С закрытыми глазами она провела рукой между нашими телами, чтобы погладить мой твердый член через черные брюки.

Я взял ее за запястье и поднес ее руку ко рту, затем провел языком по ее ладони. Увлажняя ее. Подготавливая ее.

Ее глаза распахнулись.

— Я хочу услышать, как ты это скажешь, — сказал я, расстегивая другой рукой брюки.

Ее отец был членом шотландского парламента, поэтому родители воспитывали Сэди как утонченную, скромную, правильную леди, которую все ожидали от нее. Поэтому слышать грязные слова из ее идеального рта было еще более возбуждающе. Как секрет, предназначенный только для меня.

Я освободил свой член, затем обхватил его крошечной, теперь уже влажной, рукой.

— Ты этого хочешь?

Она кивнула, ее грудь вздымалась при каждом вздохе.

Я держал ее взгляд в лунном свете.

— Скажи это.

Мы смотрели друг на друга, и между нами гудели грязные мысли и горячее напряжение.

Я толкнулся в ее руку.

Сэди сглотнула, затем медленно выдохнула.

— Я хочу, чтобы тебе было хорошо.

Я наклонил голову и сузил взгляд, смачивая нижнюю губу кончиком языка.