Чтение онлайн

Его жена, Марина, сказала, что это хижина, и это немного сбивало с толку, ведь она бывала там всего несколько раз. Но он хотел остановиться за припасами, которые превышали его запасы в грузовике. Особенно его горячий, загруженный вручную…

Патроны .270, изготовленные его другом в Каспере. Он понимал, что времени ехать в Каспер у него не будет, поэтому придётся полагаться на готовые патроны. Возможно, подумал он, .270 Winchester с пулями 150 гран будет достаточно. Он надеялся только на то, что прицел будет корректировать увеличение падения на больших дистанциях. Ещё больше он надеялся, что ему не придётся беспокоиться о таких вещах.

Он остановился на шоссе I-80 в Ларами, чтобы пополнить запасы и заправить машину. Возвращаясь в свой грузовик, он посмотрел на юг, на горы. В Снежном хребте белели шапки. Он знал, что снова в своей стихии, и это его единственное преимущество. Он сел в машину и направился к шоссе 230 штата Вайоминг. В это время года дорога не представляла проблем, но зимой, когда с северо-запада завывал ветер и снег, её часто перекрывали. Даже на шоссе I-80 возле Ларами были ворота, которые зимой иногда закрывались.

Он всё ещё был в добрых сорока милях от своего домика. По дороге на юг он наслаждался видом. Он не был в домике с тех пор, как в августе привёз туда Марину на рыбалку на форель. Он также провёл

Он размышлял, как ему поступить в этой ситуации. Он подумал о Чаде и Сирене и пожалел, что их нет рядом.

В Вудс-Лэндинг дорога, казалось, сужалась по мере того, как поднималась на большую высоту. Он понимал, что это оптический намёк, вызванный соснами, подступающими ближе к тротуару, и обочиной, спадающей до ширины всего около фута, но дорога действительно напоминала воронку, ведущую к Маунтин-Хоум. Теперь он находился на высоте более 2500 метров и продолжал подниматься.

Не доезжая до Маунтин-Хоум, он свернул с шоссе на грунтовую дорогу без маркировки и направился на запад. Вдоль дороги тянулись выбоины, уже его собственных шин. Он пробирался вверх, в чащу Национального леса Медисин-Боу. Это была единственная дорога. Его дед строил её вручную, вытаскивая деревья на конной упряжи. Когда правительство решило объявить эту территорию национальным лесом, деду предоставили исключительную привилегию содержать там домик на восьмидесяти акрах принадлежавшей ему земли, пока другие могли пользоваться дорогой. Поскольку дорога была в таком плачевном состоянии, ею мало кто пользовался.

Через милю дорога пошла вдоль лугового хребта. Открытое пространство тянулось почти на полмили. Двадцать пять лет назад оно выгорело после удара молнии, а теперь поросло прекрасной травой и горными цветами, на которых паслись лоси и олени-мулы.

На дальнем конце прогалины Фрэнк съехал с дороги в траву и поехал вниз с горы, спрятав грузовик среди сосен.

Затем он вернулся пешком, вытер следы грузовика и, насколько смог, поднял траву. Он вернулся к грузовику и забрал свои вещи.

Он всё ещё был в миле от хижины, но если бы он подошёл ближе, его бы услышали. Он засунул всё в рюкзак и привязал ко дну спальный мешок. Он вытащил из жёсткого пластикового кейса свой .270, но оставил прицел в кейсе и засунул его в рюкзак рядом с .44 Magnum.

Теперь он пробирался в самую густую часть горного хребта. Он планировал двигаться вдоль хребта почти параллельно дороге, поскольку знал, что дорога впереди идёт под уклон, пока не упирается в небольшой проём в расщелине между двумя горами. Через проём протекал небольшой горный ручей, снабжая пресной водой и приличным количеством форели-головорезов.

Достигнув большого скального выступа, который он назвал Лицом Индейца, он поставил рюкзак и на мгновение присел, чтобы попить из фляги. Солнце уже скрылось за горой, двигаясь к

Тихий океан, и температура начала быстро падать, пока он сидел в тени.

В мгновение ока он подполз к краю обрыва. Внизу, примерно в трёхстах ярдах, стояла его хижина. Это было довольно большое сооружение, построенное вручную из брёвен дугласовой пихты, срубленных и обструганных на берегу ручья. Его дед часто рассказывал, как трудно ему было таскать брёвна на лошади и поднимать их на место. Но это стоило того, ведь хижина оставалась в отличном состоянии даже спустя семьдесят лет.

Фрэнк открыл рюкзак и достал из футляра прицел. Он включил его и поднёс к правому глазу. Рядом с хижиной стоял новенький «Шевроле Блейзер». Если не считать брызг грязи на дверях, машина, похоже, только что со стоянки. Наверное, арендованная, подумал он.

Расстояние до цели справа показывало 270 ярдов. Не может быть, подумал он. «Чёрт», — прошептал он. Это были метры. Прицел всё ещё был настроен на «Гипершот». Он быстро перепрограммировал его на ярды, используя баллистические данные для .270 Winchester с пулей 150 гран. Затем он снова приложил прицел к глазу и проверил расстояние до «Блейзера». Он показывал 297 ярдов. Это было больше похоже на правду.

В этот момент из хижины вышел мужчина. Низкий, коренастый, в чёрных джинсах и тёмно-зелёном свитере. На нём был наплечный ремень и, судя по всему, 9-миллиметровый автоматический пистолет. Он подошёл к ручью, наклонился и плеснул себе в лицо ледяной воды. Затем он оглянулся на край поля, на небо и прямо на скальный выступ, где стоял Фрэнк. Но Фрэнк застыл. С такого расстояния, в тени, он казался просто пучком травы. Возможно, ещё одним выступом скалы. Затем мужчина повернулся и вернулся в дом.

Фрэнк подумал, как легко было бы сбить его с ног с помощью .270

С такого расстояния. Но мог ли он выстрелить в человека? Даже если бы он держался за свою жену? Только время покажет.

Он откинулся назад и вытащил из рюкзака кусок вяленого мяса. Оторвал зубами большой кусок и начал жевать. Чем больше он жевал, тем больше чувствовал себя хищником, поджидающим на вершине ничего не подозревающую добычу. Горным львом. Он должен был почувствовать в себе это животное, иначе он не спустит курок, когда придёт время.