Суперзвезда
Шрифт:
ГЛАВА 7
Смятение, возникшее на Шато-Мармон, было вызвано не его дорогим костюмом за три тысячи долларов и не его исключительным обаянием; красивые точеные черты лица, черные волосы, выразительные изумрудно-зеленые глаза — все это было здесь ни при чем. Волнение было результатом его безграничной власти.
Он так же хорошо смотрелся и без дорогого костюма, что был на нем. У него не было ни громкого титула, ни политического положения, и тем не менее в его руках была власть, позволяющая влиять на президентов и генеральных директоров по всему миру. Для него не существовало недосягаемых персон, включая деятелей Уолл-стрит и вашингтонских политических титанов.
Джек Кавелли мог пить вино, обедать и блистать в самом аристократичном обществе. Он воспитал себя на литературе и искусстве, стал известным коллекционером современной живописи, покупал работы Ротко, Поллока и де Кунинга задолго до того, как мир признал их абстрактными экспрессионистами. Он бегло говорил на шести языках, включая французский, испанский, иврит, немецкий и арабский. Он играл в гольф только с профессионалами и в прошлом году победил на одном из крупнейших чемпионатов среди любителей в «Кантри клубе» в Беверли-Хиллз. Перечислять его достоинства можно до бесконечности. Как генеральный директор и основной держатель акций — у него было семьдесят процентов от всех акций «Колоссал Студио», — Кавелли мог позволить себе содержать несколько частных самолетов и дома по всей стране, включая Аспен, Ньюпорт, Сауф-Бич, Манхэттен и, конечно, Малибу. Кондоминиумом в Центр-Сити владела студия. Были еще местечко в Санта-Барта, вилла и коллекция старинных автомобилей. Его можно было охарактеризовать тремя словами: Всезнающий, Вездесущий, Всесильный.
В Голливуде он был самым опасным, влиятельным, безжалостным, умным и амбициозным человеком. В свои сорок девять лет он был закоренелым холостяком, но страстно верил в святость брака — это был единственный его недостаток. Джек был сложным человеком. Многие женщины положили свои сердца, судьбы, даже души на алтарь любви Джека Кавелли.
Так же как многие преуспевающие голливудские бизнесмены, Кавелли впервые прибыл на Западный берег с надеждой стать вторым Марлоном Брандо. Двадцать лет тому назад он был актером — хорошенький парнишка, поклонник Харрисона Форда, Джеймса Каана и Роберта Редфорда. Замеченный предприимчивыми дельцами, он снялся в тринадцати фильмах, получил за них двадцать миллионов долларов, и к двадцати девяти годам у него были уже два «Оскара».
Но Кавелли был достаточно умен, чтобы вовремя уйти. Он искал большего, его манили деньги.
В 1989 году «Десмонд Филмз», некогда часть тройственного союза самых доходных студий Голливуда, выпустила несколько дорогостоящих неудачных фильмов. За кратчайшее время акции компании упали с пяти с половиной долларов за акцию до доллара. Роджеру Турмейну нужны были деньги, и притом срочно. Когда Джек Кавелли позвонил ему и сказал, что готов помочь, Турмейн не колебался ни секунды.
Менее чем за три года «Десмонд Филмз» снова встала на ноги и оказалась рядом с «Мирамакс» и «Нью-Лайн Синема». Сейчас она была лидером, и Джек Кавелли намеревался сохранить ее положение. «Десмонд» была творческой студией, здесь, как только не станет Роджера, Джек мог творчески развернуться, мог проследить, чтобы талантливые люди создавали кинофильмы с бюджетами, которые недоступны независимым продюсерам. Об этих фильмах заговорят все. Ради этого можно списать несколько неудач «Десмонд».
Ничто не могло сбросить «Десмонд» или «Колоссал» с Олимпа киноиндустрии, и конечно же это не под силу курносому наследнику стареющего, заносчивого Роджера Турмейна, чья звезда уже катится к закату. Джонатана Турмейна надо держать на таком коротком поводке, чтобы он мог укусить лишь самого себя.
* * *
Прежде чем сесть за большой круглый стол, пятеро мужчин ждали, пока Джек займет свое место. Они двигались, как марионетки, — казалось, что стоит потянуть за веревочку, — и их ноги и руки зашевелятся. Эти пятеро были самыми могущественными адвокатами «Колоссал». На самом деле они вовсе не боялись Кавелли. Джек был достаточно уверен в себе и не нуждался в окружении льстецов и подхалимов. Субординация, которую они соблюдали, была результатом уважения, восхищения, инстинктивного преклонения перед силой — так стая ведет себя по отношению к вожаку. Если кто-то, от начальника до рассыльного, боялся Кавелли, это происходило оттого, что сотрудник не отдавал все свои силы «Колоссал», — это было все, что требовал Джек.
Он открывал каждое корпоративное собрание, даже ежегодные собрания акционеров, одними и теми словами: работа в Колоссал — образ жизни. В компании нет места бездельникам, симулянтам, притворщикам, льстецам или второсортным талантам. Окружавшие Джека люди молчали, они знали, что сейчас перед ними будут поставлены новые цели и задачи. Глава каждого подразделения старался слушать внимательно, чтобы быть уверенным, что он на все сто процентов готов отдаться решению следующей проблемы. Эти могущественные бизнесмены смотрели на своего умного, талантливого лидера, как на икону. Они обращались к Джеку Кавелли за советами и в профессиональных, и в личных вопросах, несмотря на то что он предъявлял к каждому самые высокие требования. Он не выносил двуличности и никогда не прощал неуважения.
Джек Кавелли сформировался в системе, которая использовала любые методы для создания магии Голливуда. Интуитивно он обратился к тому, что срабатывало в старой системе, и полностью освоил это. В начале его руководства «Колоссал» одна из ведущих актрис Холли Хейс, рыжеволосая красавица, которая справлялась с драматическими ролями так же легко, как с комическими, сумела расторгнуть контракт на три фильма по техническим причинам. Последующее судебное разбирательство, включая иск профсоюзов, члены которых потеряли работу из-за закрытия комедии, которая была уже в производстве, дорого обошлось студии.
Джек не мог оставить это без внимания. Он терпеливо ждал расплаты, которая пришла в облике дочери Холли Дэрил. Юная мисс Хейс снималась с другими представителями второго и третьего поколения звезд Голливуда — Бриджит Фонда, Дрю Берримор и братьями Шин. Такая же красивая и талантливая, как и мать, Дэрил подписала контракт на съемки в 13-недельном телесериале «Колоссал», который должен был стать второй «Бухтой Доусона». Но она даже не успела сделать пробный вариант. Спустя месяцы рекламы Джек приказал отстранить Дэрил — по техническим причинам. Она принимала наркотики, но это никогда не мешало ее работе. Однажды, когда предварительный вариант был готов и уже вышел первый эпизод шоу, Дэрил пришлось сдать анализ мочи — стандартный контракт предполагал такую процедуру. Анализ Дэрил показал, что она принимала наркотики. Все знали, что накануне вечером состоялось венчание рок-звезды Оскара Гранта с актрисой и топ-моделью Сьюзан Стар. На банкете были наркотики, немного кокаина, немного марихуаны — в общем, как всегда. Так звездная карьера Дэрил Хейз оборвалась, не успев начаться. В этом состояла месть Джека Кавелли, он не забывал старых обид.
* * *
Как только все пятеро уселись, метрдотель подал меню, предоставив лишь Джеку вариант с указанными ценами. Были заказаны напитки — минеральная вода всем, кроме Джека, который пил горячую воду с лимоном.
— Джентльмены, мы все знаем, зачем собрались здесь. Нет нужды ходить вокруг да около. — Джек, как всегда, говорил очень тихо, заставляя каждого наклониться к нему и сосредоточить свое внимание только на нем. Когда один из присутствующих с шумом пододвинул стул поближе к столу, все оглянулись на него. Джек продолжал:
— Роджер сходит со сцены. Он может поправиться, но никогда не сможет работать. Если уходит такой великий человек, это тяжелая утрата для всего мира кино, в том числе и для меня. Но надо учитывать интересы компании. Мы не можем позволить сыну Роджера Джонатану захватить «Десмонд». Слишком большой риск для «Колоссал». Кроме того, бюджет фильма «Опасные желания» сильно превышен. Нам нужен быстрый, безопасный план спасения фильма и последующего слияния «Десмонд» с корпорацией. Без Роджера надобность в «Десмонд Фильмз» отпадает. Я уверен — мы все уверены, — на карту поставлено слишком много.