Чтение онлайн

Но она спросила:

— Хочешь чаю?

— Да, было бы недурно.

Она остановилась в дверях, почесывая локоть через свитер.

— Я виновата не меньше, чем ты. Чем… мы занимались в то время, когда у мальчика была галлюцинация… или что бы там ни было!

— Венди!..

— Мы спали, — негодующе сказала она, — спали как пара ребятишек, которым хорошенько почесали там, где у них зудело.

— Перестань, — ответил он. — Все кончилось.

— Ну нет, — возразила Венди с кривой усмешкой, — еще ничего не кончилось.

Она вышла, оставив Джека сторожить сон их сына.

Джек очнулся от неглубокого и беспокойного сна, в котором его преследовали по снежному полю какие-то огромные, неопределенной формы животные. Убегая от них, он провалился в темноту, заполнение какофонией механических звуков: звоном и лязгом, дребезжанием, железным скрежетом.

Рядом с ним резко села в постели Венди, и он понял, что не спит, а слышат звуки наяву.

— Что это такое? — Ее холодная рука сжала ему запястье. Он с трудом удержался, чтобы не отбросить ее. Откуда, черт побери, ему знать, что это такое. Фосфоресцирующие стрелки часов показывали без пяти двенадцать.

Снова послышался скрежет, негромкий, на одной ноге, затем последовал лязг. Резкий удар — появилось жужжание.

— Это работает лифт.

Денни тоже проснулся и сел в постели.

— Папа, папа! — Голос у него был сонный и испуганный.

— Мы здесь, док, перебирайся к нам, — позвал сына Джек. — Мама тоже не спит.

Прошелестели простыни, когда Денни забрался в постель между родителями.

— Это лифт, — прошептал он.

— Верно, — подтвердил Джек, — всего-навсего лифт.

— Что ты хочешь сказать этим «всего-навсего»? — в голосе Венди слышались истерические нотки. — Это глухой-то ночью? Он что, сам по себе ходит вверх-вниз?

Клик-клак — теперь наверху. Лязг открывшейся и закрывшейся двери, снова гудение мотора.

Денни принялся хныкать.

Джек нерешительно объявил: «Вероятно, короткое замыкание, пойду проверю».

— Не смей бросать нас одних!

— Не говори глупости, — сказал он, натягивая халат. — Это моя работа.

Венди тоже выбралась из постели, прихватив с собой Денни.

— Мы пойдем с тобой.

— Венди!..

— Что случилось? — спросил Денни хмуро. — Что случилось, папа?

Не отвечая, отец отвернулся, чтобы не выказать тревоги. На пороге он завязал пояс халата и ступил в темный холл.

Денни опередил мать, она догнала его у двери, и они вместе вышли из комнаты.

Джек не позаботился о том, чтобы осветить коридор. Венди пыталась нащупать выключатель, но рука шарила по голой стене. И на этот раз Денни первым отыскал выключатель и зажег плафоны под потолком, осветив коридор, ведущий к лестнице и шахте лифта.

Джек неподвижно стоял у закрытой двери лифта. В выцветшем банном халате, в стоптанных тапочках, с растрепанными волосами, он показался Венди нелепым Гамлетом XX века — жалкая фигура, растерявшаяся перед лицом грядущей трагедии, не способная изменить ход событий.

Боже, перестань выдумывать всякую чушь!

Рука Денни крепко сжала ее ладонь. Он пристально глянул на мать, лицо у него было напряженным и обеспокоенным. Она осознала, что ему ясно течение ее мыслей. Трудно догадаться, как глубоко проник он в них, но она покраснела, словно он в чем-то ее уличил.

— Пойдем, — сказала она сыну, и они подошли к Джеку.

Здесь гудение и позвякивание слышались громче, ужасая их отсутствием какого-либо логического объяснения. Джек уставился на дверь с лихорадочным напряжением. Через круглое окошко в двери Венди могла видеть подрагивающий трос. Лифт со скрежетом остановился внизу, где находился главный холл. Послышался лязг открывающейся двери, и

вечеринка?

почему ей пришла в голову вечеринка? Слово возникло в уме без всякого повода. Тишина в отеле была пронзительной, если не считать странного шума и голосов, доносившихся снизу, из шахты лифта.

??? Какая тут может быть вечеринка???

На миг ее памятью завладел образ одной из ее собственных вечеринок — из тех, которые дороги и сохраняются в памяти всю жизнь, но о которых предпочитают умалчивать. Огни… может быть, тысячи разноцветных огоньков… хлопанье пробок, вылетающих из бутылок с шампанским… оркестр Глена Миллера… Господи, откуда она может помнить Глена Миллера, если тот погиб в войну задолго до ее рождения?

Она глянула на Денни — он склонил голову набок, словно прислушиваясь к тому, чего она не могла услышать.

БУМ!

Внизу снова хлопнула дверь. Воющий гул мотора и кабина пошла вверх. Венди сперва увидела через окно лифта колесо с тросом на крыше кабины, затем мелькнуло круглое отверстие в медной дверце самой кабины, и на миг она увидела ее внутренность, освещенную желтым светом. Кабина была пуста, но

во время вечеринки там должна была быть толпа гостей, они должны были набиваться в кабину до полной нагрузки лифта, который, правда, тогда был новым, и все гости были в масках.

??? Каких масках???

Кабина лифта остановилась наверху, на четвертом этаже. Венди глянула на сына. Глаза у него были широко распахнуты, губы сжаты.

Дверь кабины с лязгом распахнулась, она лязгнула потому, что настало время, пришел срок, наступило время прощания.

Спокойной ночи… спокойной ночи, друзья… Да, было очень мило… Нет, я не могу ждать времени, когда нужно снимать маски… Рано ложиться, рано вставать — таков мой девиз… Ах, это была Шейла… монашка? Подумать только, Шейла в костюме монашки, очень остроумно… Ну, прощайте… спокойной вам ночи…