Свидание в Хэллоуин
Шрифт:
Матвею никогда не приходилось слышать ничего подобного. В голосе разоблаченного преступника не было ни сожаления, ни раскаяния, ни боязни. Осокин и вправду не совсем нормален. Похоже, он ничуть не огорчен происходящим, а как будто развлекается, выступает перед публикой. Пока его не переклинило, надо задавать вопросы.
– Почему на флэшке заснята усадьба Брюса? – спросил Матвей.
– Вы же думаете, что я рехнулся? – захохотал Осокин. – Так зачем вам мои объяснения? Впрочем, извольте. Дом Брюса попал на флэшку не случайно. Этот человек ловко скрывал под масками царедворца, военачальника и ученого свое лицо любителя приключений. Подозреваю, он тоже охотился за Двойником и ему тоже не повезло. Нельзя освободиться от наваждения, которое называется жажда получить в свою собственность то, что получить невозможно.
По впалым, бледным щекам Тамары Валентиновны потекли слезы.
– Он болен, вы же видите! Прекратите это безумие!
Осокин, наслаждаясь произведенным эффектом, продолжал:
– Если кто и знал баронессу Гримм, то именно Брюс. Иноземцы нередко получали богатство и титулы из рук русских царей… Зачем они приезжали в Россию? А? Молчишь… Когда драма не окончена, ее участники вновь и вновь вместе выходят на сцену! – Он перевел горящий взгляд на Астру. – Алруна у тебя? Маленькая похитительница зеркал!
– Я ничего не похищала.
– Тебе же хуже. Каждый год в ночь Самхейна кто-нибудь может прийти за ним оттуда. Не веришь мне? Напрасно… Баронесса оказала тебе плохую услугу!
Астра смотрела на него во все глаза, молчала. Ему вдруг стало трудно дышать, смех застрял в горле.
Степнова встрепенулась, словно пробуждаясь от транса.
– Доигрывай свою роль до конца! – с этими словами она шагнула к мужу и нахлобучила на него голову Ворона. – Вот так!
Что-то блеснуло ее в руке. Матвей не успел помешать. Брызнула кровь…
– Глупо… – прохрипел Осокин, заваливаясь набок.
Степнова уронила на пол окровавленный скальпель – медицинский нож, предназначенный для спасения жизни, а не для убийства…
Глава 40
Прошло десять дней.
– Что ты теперь будешь делать? – спросил Матвей, разливая шампанское. – Вернешься домой?
Они сидели в его гостиной, ужинали при свечах. Астра отрицательно покачала головой.
– Поеду в Богучаны. Поживу одна… Двоюродная сестра писала, там можно дешево снять домик.
– Топить печку, таскать воду из колодца?
– Это меня не пугает. Хочу побыть наедине с Алруной.
– Только не говори, что поверила в небылицы Осокина. Он псих! Помешался на почве мистики. Падчерицу убил, дом баронессы спалил, жену довел до ручки, любовницу повесил, твоего жениха удавил черным шнурком… Чем не маньяк? И все во имя какого-то мифического Двойника. Это обыкновенное зеркало! Старинное – возможно, его сделали в Венеции пару веков назад… но и только.
– У них с Эльзой были платонические отношения.
Карелин поднял на нее изумленный взгляд.
– Откуда ты знаешь?
– Чувствую. Есть вещи, которые нельзя выразить словами. Но я все же попробую… Ворон познакомился с Эльзой случайно, если называть так стечение обстоятельств, обусловленное его намерением завладеть зеркалом. Он хотел сделать Эльзу орудием в своих руках, но неожиданно полюбил ее. Они не могли позволить себе плотской любви, потому что оргазм – это миг бессмертия, мост, соединяющий миры. Ворон мог не удержаться на этой зыбкой грани и раньше времени либо оказаться там, откуда пришел, либо остаться здесь навсегда. Ни то, ни другое его не устраивало. Существам из его мира заказаны удовольствия, доступные людям.
– Хоть в чем-то мы их превосходим! – пошутил Матвей.
Шехерезада продолжала услаждать его слух чудесными историями, и он заслушался.
– Ворону было невероятно трудно убить Эльзу, он ужасно страдал. Эрос требовал от него принести в жертву самое дорогое…
Матвей не верил своим ушам. Кто с ним говорит? В Астре пропадает талантливая актриса. Она все еще не смирилась с тем, что все загадки в конце концов разрешились самым обычным образом. Психически больной человек, одержимый бредовой идеей, натворил бед. Ничего сверхъестественного.
– Как же Осокин исполнял супружеский долг? – с невольной улыбкой спросил он. – Не побоялся жениться?
– Эльзу он любил, а Тамару Степнову просто использовал. Это разные вещи. Чисто физический акт никого никуда не уносит – ни в небеса, ни в пекло. Безопасный секс!
Матвей набрал побольше воздуху и задержал дыхание, чтобы не высказаться резко. Астра его провоцирует. Хочет вовлечь в спор. Не выйдет. Никакой полемики!
– Борисов навел справки об Осокине, – убедившись, что номер не прошел, сообщила она. – У него нет ни родных, ни друзей. Свой бизнес он начал семь лет назад, и все эти годы обходился малым, хотя «Стиль» приносил ему хороший доход. Фирма казалась скромной, а счет в банке был солидным. Осокин экономил каждый рубль и сумел за короткое время прилично заработать.
– Выходит, Марина была права, называя его скрягой?
– В какой-то мере да. Зато на содержание Эльзы в «Тихой поляне» он денег не жалел. Знаешь, где он родился? В маленькой деревушке под Псковом. Мы с Борисовым съездили туда, побывали на его могиле.
Матвей поперхнулся шампанским, кашлянул.
– Что?
– Ты не ослышался. Герасим Петрович Осокин, уроженец деревни Котово, упокоился с миром больше двадцати лет назад в молодом возрасте. Могилу мы, разумеется, раскапывать не стали. За это время труп наверняка истлел.
– Если он вообще там был. Получается, мнимый Осокин жил по чужому паспорту?
Астра пожала плечами.
– Борисов предположил, что у настоящего Осокина могли украсть паспорт. Или он его потерял, а кто-то подобрал и воспользовался. Вариантов много.
Матвей вспомнил фразу Ворона: «Нельзя убить того, кто уже мертв!» Вот что он имел в виду.
– Я знаю, о чем ты подумал, – сказала Астра. – Мне тоже приходила в голову эта мысль.
– Скорее всего, мы так и не узнаем, с кем имели дело. Никто копать не будет. Зачем? Убитый похоронен, убийца созналась. Учитывая смягчающие обстоятельства и состояние здоровья, много Степнова не получит.