Свидание в Хэллоуин
Шрифт:
Она распахнула дверь в комнату, встала, сложив руки на груди.
Астра, охваченная странной робостью, сделала несколько шагов и оказалась в сумрачной гостиной. Красные портьеры на окнах были плотно задернуты, из мебели посредине комнаты на красном ковре стоял полукругом диван с черной кожаной обивкой. Вдоль стен возвышались постаменты, на которых красовались головы… Астра не сразу сообразила, что они из раскрашенного мрамора: Гермес, Афродита, Афина Паллада, на макушке которой восседал огромный ворон.
– Ой! – попятилась она. – Он… живой?
– Чучело. Ну, убедились, что трубы целы?
У Астры пересохло в горле, и сердце забилось часто-часто. Ворон! Это его логово.
– Ага…
– Что вы застыли? – неприязненно спросила хозяйка.
От ее голоса, по-мужски низкого и хрипловатого, пробирал озноб. В ее глазах таилась смерть. Астра ясно увидела в расширенных зрачках Степновой кровь… или так отражались в них портьеры. Эта женщина, с ног до головы облаченная в черное, совершенно не походила на ту добродушную и немного рассеянную тетю Тамару, которая в детстве угощала Астру домашним печеньем и пышными оладьями.
– И-извините… я… пойду…
Она преодолела желание распахнуть створку шкафа в прихожей, и без того понятно, что там висит одеяние Ворона, расшитое блестящими перьями, и маска с огромным острым клювом. Она бы голову дала на отсечение!
«О нет! – спохватилась Астра, выскакивая за дверь. – Голова мне самой пригодится!»
Она скатилась вниз по ступенькам, ощущая бешеный стук сердца, скрылась за углом дома и оглянулась в поисках таксофона. Зря не взяла сотовый! Ну да ладно, хоть карточка есть.
Через пару минут она уже набирала номер Матвея. Пальцы коченели на ледяном ветру, начинал сыпать мелкий снежок.
– Я нашла его… вернее, ее! – выдохнула она в трубку.
– Кого?
– Ворона! Приезжай немедленно по тому адресу, на Люблинскую! Никому ни слова, иначе мы спугнем его… ее…
– Ты хорошо себя чувствуешь? – напрягся Карелин.
– Да-да… только волнуюсь ужасно…
«Она чокнутая! – подумал он. – Чокнутая! И я становлюсь таким же!»
– Ты где?
– За углом соседнего дома… Скорее! Вдруг, он… она сбежит…
Глава 38
Снег пустился вовсю. Карелин поднял воротник куртки, но это мало помогло.
Нос Астры смешно покраснел, парик обвис; очки ей пришлось снять – из-за снега.
– Тебя не дождешься. Я тут в сосульку превратилась!
Пританцовывая от холода, она поведала Матвею о посещении квартиры и встрече со Степновой.
– Это она! Точно…
– С чего ты взяла?
– Тамара Валентиновна живет в другом месте, – там она совсем другая: жена, врач, домохозяйка. А здесь ее гнездо, пристанище Ворона! Понимаешь? У нее в глазах – смерть, кровь! Тот не жди себе отрады, в чьем дому на бюст Паллады сядет ворон, – продекламировала Астра. – Так говорится в стихотворении Эдгара По. И чучело сидит именно на макушке Афины Паллады!
– Только-то?
– Там еще бюсты Афродиты и Гермеса – римляне называли этого бога Меркурием. Кельты, между прочим, почитали Меркурия. А по мнению астрологов, эта планета управляет мандрагорой. Все взаимосвязано…
Матвей подумал о себе и Ларисе, о квартире, которую она снимает для любовных встреч. Возможно, дело обстоит проще?
– Я думаю, Тамара Валентиновна использует эту квартиру, чтобы встречаться с любовником, – заявил он. – Она ведь сказала тебе, что ждет друга.
– Где же ее друг? Я стою здесь уже час, и ни один мужчина в подъезд не входил. Старика с палкой я не считаю, детей тоже.
– Кто-то еще входил?
– Две женщины, бабулька с внуком… И вообще, видел бы ты Степнову! Она похожа на ведьму, а не на женщину, которая готовится к любовному свиданию. У нее траур, если ты помнишь.
– Значит, на фотографии не Ворон?
Астра пожала плечами. Она уже задавала себе этот вопрос.
– Глория могла ошибиться. Родственники Эльзы Коржавиной его не видели, а сотрудники «Тихой поляны» только слышали синтезированный голос.
– Как же «Гвалес»?
– Не знаю пока. Найдется объяснение.
– Откуда у Степновой деньги на все эти фокусы?
– Тихо! – Астра схватила его за руку и потянула за угол. – Прячься…
Мимо прошли двое мужчин – прямо к подъезду, у дверей которого дежурила дворняга.
– Что мы собираемся делать? – не выдержал Матвей. – Чего ждем?
– Кажется, это Иваницын…
– Где?
– Вон, с каким-то человеком. Куда они направляются?
– Вот будет номер, если твой женишок спал не только с дочкой, но и с мамой, – ухмыльнулся Карелин. – Да у них, похоже, групповуха намечается!
– Кто же второй?
– Ты его не знаешь?
Астра мотнула головой, ее глаза загорелись, как у гончей, учуявшей дичь.
– Идем за ними!
– Ты уверена, что…
Но она, не слушая, скользнула следом за мужчинами. Карелин, чертыхаясь, догнал ее уже в полумраке парадного, придержал за рукав.
– Погоди…
– Они поднимаются.
Наверху хлопнула дверь, и Астра подпрыгнула как ужаленная.
– Это там… – одними губами вымолвила она, доверчиво прижимаясь к Матвею. – Побежали! Иначе она с ними разделается.
– Не выдумывай…
Но ему ничего не оставалось, как ринуться за ней по лестнице на четвертый этаж. Она остановилась, часто дыша и прислушиваясь к происходящему в квартире. Невольно он тоже напряг слух. За дверью было подозрительно тихо – ни шумных приветствий, ни иных звуков, сопровождающих встречу двух мужчин и женщины.
Он осторожно взялся за ручку, повернул, нажал – дверь поддалась, бесшумно открылась, из прихожей пахнуло можжевеловым дымком, будто кто-то жег ароматическую палочку. Матвей сделал Астре знак – стой на лестничной площадке. Сам крадучись двинулся вперед, как он умел: без единого звука.